Мария Акулова – Преданная. Невеста (страница 32)
Вижу, блять. Все я вижу. Можно больше не тыкать меня носом в собственное наивное дерьмо.
— Так может я не единственная? — Демонстрирую свое ненастоящее безразличие. По взгляду Смолина вижу, что прохожу маленький тест.
— А хотелось бы быть?
Пожимаю плечами.
Сейчас мне хочется, чтобы внутри не болело.
— Он тебя не подозревает?
Веду головой из стороны в сторону, смотря чуть ниже мужского подбородка.
Это настолько ожидаемые и миллион раз обсужденные со Славой вопросы, что они не способны меня расшатать.
— Нет. Он совсем со мной расслабился.
— Это отлично, Юля. Просто отлично.
Продолжаю смотреть на подбородок, когда Смолин выравнивается, пружинит и встает со стула. Сердце чуть ускоряется.
Еще — когда осознаю, что идет ко мне, а не куда-то в сторону.
Поддевает подбородок, я запрокидываю голову.
Такая близость мне не нравится. А ему, видимо, да. Смотрит долго. О чем думает — не хочу знать.
Своим молчанием побуждает меня задать вопрос, который задавать нет смысла. Да и нельзя.
— Скажи честно. Что со мной будет, когда все закончится?
Мужские брови приподнимаются. Пальцы все так же держат подбородок.
— Не веришь, что помогу устроить жизнь?
— Не верю, потому что рано или поздно все узнают, что я крыса. Кому нужна крыса?
— А если мне?
Молчу. И он молчит.
Указательный палец проезжается по шее. Задерживается на ямке. Смолин одергивает руку и прячет в карман. Я несколько секунд смотрю на вздыбившуюся ширинку чуть ниже уровня глаз.
Он отступает.
— Отвезти тебя куда-то?
Мотаю головой.
Сердце колотится в горле. Смотрю на стол.
— Можешь не заморачиваться. Придет клининг — уберет. Если вкусно — приятного.
— Спасибо.
Произношу глухо. Только когда он поворачивается ко мне спиной — слежу за движениями. Мягкими и гибкими.
Смолин оглядывается от арки. Я не отвожу взгляд. Он просто все четче и четче дает мне понять, что они с Тарнавским выбирают не только одну доставку суши.
— Лиза не простила бы тебе связь с ее подругой.
Говорю лишнего. В ответ получаю улыбку. Смолин достает из кармана телефон. Смотрит сначала в него, потом на меня.
Ему кто-то звонит. Логично было бы оставить меня наедине со своими детскими замечаниями и уйти без ответа. Но он с улыбкой интересуется:
— Кому не похуй, Юль?
Прижимает мобильный к уху и уходит с точки, защелкнув замки снаружи.
Глава 19
Юля
Стою в раздевалке одного из магазинов ТЦ в белье и слепо смотрю на самое элементарное из существующих сообщение.
Его отправитель — судья Тарнавский. И вроде бы не менее элементарно ответить:
Пялюсь-пялюсь-пялюсь.
Блокирую. Запрокидываю голову и выдыхаю в потолок.
Я тебя избегаю. Я тебе вру. Я потихоньку оживляю свой невъебенный план. Но пока мне не то, что не легче, а только хуже.
Беру себя в руки. Разблокирую и печатаю:
Отправляю, не удалив ни слова, ни знака препинания. Убеждаю себя, что все делаю правильно.
Конечно, он не приедет. Зачем ему встречаться с Владом?
Правда он понятия не имеет, что мой брат не приехал и даже не собирался.
Я все придумала. Соврала. А потом воспользовалась его именем, чтобы отстраниться от судьи на время.
После встречи со Смолиным я впервые в жизни заночевала на точке. Долго мариновала Тарнавского ложью о том, что мой отчет еще не закончен. Потом коротко написала, что Смолин уехал, а я останусь здесь, поучусь.
Он был недоволен. Звонил. Спорил. Настаивал. Уговаривал. Я извернула так, будто никакой проблемы нет и он утрирует.
На следующий день взяла себе выходные. Потому что… Приезжает брат.
Слава не смог бы не отпустить. Он даже благородно сверху к уже выданной сумме докинул еще парочку купюр. Лично мне.
Приятно.
Спойлер: ложь.
Вчера и сегодня я снова ночевала на точке. С каждым днем мне нравится там все больше.
И совершенно не мучает совесть.
Это квартира Лизы. Я там — неуместный «гость». Но как верно подметил ее отец: кому не похуй?
Вот и мне должно быть похуй. Всё. И все.
— Девушка, с размером все хорошо? — консультант ненавязчиво спрашивает из-за шторки. Я резко дергаюсь, оглядываясь.
— А можно поменять на семьдесят С? — беру охапкой сразу несколько вешалок с кружевными бюстгальтерами и вытягиваю навстречу.
— Конечно, сейчас.
Девушка уходит, а я пытаюсь окончательно вернуться в реальность.
Сама не знаю, что делаю в бельевом магазине. И почему меряю не повседневные, а очень даже нарядные бельевые комплекты.
Желания обольщать окружающих меня мужчин совсем нет. А повысить самооценку это сильно не помогает. Но… Меряю.