Мария Акулова – Под его защитой (страница 22)

Могла зайти до Машиного приезда и собрать заказ домой, но знала, что подруге будет в кайф посидеть за столиком. А мне по-прежнему приятно делать людям приятно.

— Всё, можешь пробовать…

— Спасибо, — я улыбаюсь и тянусь за вилкой. Под зубцами хрустит шоколад, они врезаются в воздушное суфле… Это очень аппетитно, но восторга во мне не вызывает.

А вот Маша счастлива. Пробует и качает головой:

— Боже, это фантастика!!!

— Ага.

Забрасываю в рот кусочек и стараюсь распробовать… Но вкусового взрыва нет.

Я давно поймала себя на том, что с некоторых пор ощущения словно потускнели.

Воспоминания об одной конкретной ночи кажутся сочным ярким пятном, а остальное… Ну так. Просто жизнь.

— А он сюда заходит? Тут очень красиво…

Маша знает про нас с Денисом всё. Готова выслушивать мое нытье, хоть я и держу основную массу переживаний при себе. Называет его «он» и ждет, когда между нами что-то сдвинется с мертвой точки. Но мне уже понятно: не сдвинется.

— Наверное. Не встречала здесь.

Я пожимаю плечами.

На самом деле, я его почти нигде не встречала. Ни в лифте, ни заходя или выходя из подъезда. В домовом чате он просто состоит, как и я теперь. Его квартира находится ровно над моей. Иногда я прислушиваюсь, но не слышу сверху шагов. И мне даже хочется, чтобы он меня затопил. Но с Астаховым такого не случится. Уверена.

— И он на связь так и не выходил?

Перевожу голову из стороны в сторону. Вижу в глазах Маши сожаление. Не хочу быть жалкой, но она меня жалеет.

— Только рабочие вопросы. Он…М-м-м… Профессионал.

Профессионально каждый раз при общении ставит меня на место своей холодностью. Хотя и общения этого — кот наплакал. Встреч наедине у нас больше не было. Только в присутствии посторонних людей.

— А Тимур? — стоит вспомнить о бывшем, как я тут же закатываю глаза, в ответ на что Маша посмеивается.

С каждым днем я всё сильнее уверяюсь — должна до своего последнего дня благодарить ту идиотку, которая пришла ко мне в личку с рассказом, что я не должна рушить её любовь с Тимочкой.

Что там у них по любви — вообще не интересно. Но я бесконечно рада, что узнала о нем правду до свадьбы.

Могу искренне сказать, что уже даже отстрадала. Только переключилась, к сожалению, не на новые нормальные отношения, а на новые страдания.

— До сих пор наяривает, представляешь? Требует сказать новый адрес. Если будет писать тебе…

— Уже пишет, — Маша перебивает, взмахивая рукой. Мои истории о неадекватности бывшего не мешают ей наворачивать. Я же улыбаюсь. Хорошо иметь подругу, в которой на сто процентов уверена.

После моего возвращения мы влились в жизни друг друга так, будто разлуки длиной в года и не было. Находим друг для друга время. Находим друг с другом темы.

Если человек для тебя важен — ты всегда будешь искать и находить — возможности. А не поводы слиться. Денис, к сожалению, в поиске возможностей не заинтересован.

— Я как читаю его сообщения о тебе, Алис… Самой плакать хочется. Еле сдерживаюсь от вопроса: что ж ты при такой любви член-то во всех подряд совал?

У меня ответа на этот вопрос тоже нет. Но и той силы горечи, что крыла поначалу, уже не испытываю.

— Не сдерживайся. Или бань его. Я разрешаю.

— Я думаю он по списку твоих подписчиков идет и всем пишет…

Я тоже так понимаю. Мне уже несколько людей, с которыми мы не то, чтобы общаемся, но просто знакомы, перебрасывали слезные сообщения этого забаненного недоразумения.

То, что он творит, — откровенная дикость. Она ни к чему не приведет, но доставляет неудобства.

— Я просто жду, когда он устанет. Не понимаю, зачем прицепился. Я же его не устраивала…

На этот вопрос ответа не может быть ни у меня, ни у Маши. Мы переглядываемся и обе пожимаем плечами.

— Он сюда ещё не приезжал?

— Нет. Только папа и ты знаешь, куда я переехала. Я специально стараюсь не выставлять ничего. Тем более с локациями. Этот придурок припрется же…

Маша недолго думает, потом кивает.

— И ещё Денис знает… — сама не понимаю, зачем я это говорю. Но говорю, опуская взгляд вниз на тарелку.

Сейчас кажется, что в ту ночь я совершила роковую ошибку. Не хочу страдать из-за него. Вообще не хочу страдать. Хочу чувствовать и наслаждаться.

— Я записалась в спортзал, говорила уже? — чтобы не дать Марусе возможность отреагировать на мою бессмысленную фразу, резко перевожу тему. Подняв голову, смотрю с улыбкой. Типа я полна энтузиазма. Ага.

Но её не проведешь, она сначала тяжело вздыхает, потом только тоже улыбается.

— Не говорила. Но это круто. Я тоже всё собираюсь, а в итоге только жру и складочки считаю…

— Какие складочки, о чем ты…

Если я могу бесконечно ныть о Денисе, то Маша о своих несуществующих лишних килограммах. Правда налегать на десерты эта боль ей не мешает.

— Поднимемся в квартиру, я тебе покажу…

Подруга обещает, играя бровями, а я искренне прыскаю.

Эту субботу мы проведем вдвоем. На вечер закажем роллы, я приготовила две бутылки игристого. Напьюсь и буду ныть без зазрений совести. А Машка без зазрений будет гладить меня по голове и жрать свои любимые вредные чипсы.

Зато завтра утром с опухшим лицом на первую треню.

Отложенный на диванчик телефон начинает жужжать. Я переворачиваю его и смотрю на экран. С тех самых пор всегда первым делом думаю, что это может быть Денис. И почти каждый раз разочаровываюсь.

Он теперь подписан иначе. Больше не «Денис и три охуенных оргазма», а «Денис. Адвокат моего отца». Он посчитал бы, что пошел на повышение. А мне тоскливо. Раньше нравилось больше.

Но это не он. Очередной незнакомый номер. Рано или поздно Тимур на них разорится.

— Достал…

Я давно перестала брать. Сразу блокирую.

Уже не откладываю, а отбрасываю телефон. На языке крутится пара сочных ругательств, которые я хочу озвучить Машке, но стоит мне набрать в легкие воздух — всё вылетает из головы. Я узнаю этот запах из тысячи.

Его, как и ЖК, я тоже вычислила.

По коже идет мороз, когда мимо нашего столика проходит человек. Я взглядом впиваюсь в спину. Слышу каждый свой сердечный удар.

Денис меня не видит. Он пришел сюда за вкусным кофе.

Сегодня выходной, поэтому одет он не в костюм, как я привыкла, а в джинсы и поло. Подходит к стойке. Девушка, принимающая заказы на вынос, приосанивается и расплывается в улыбке. А он этого даже не замечает. Блуждает взглядом по надписям у неё за спиной.

— Это он? — на вопрос повернувшейся вслед за моим взглядом Маруси я почему-то не отвечаю. Просто пялюсь, как дура.

— Двойной эспрессо с собой.

Я помню, что двойной эспрессо. И голос помню. И оторваться сложно, хотя надо бы.

Практически силой отдираю взгляд от спины Дениса. Просто стыдно будет, если он оглянется, увидит меня и проигнорирует. Перед Машкой стыдно.

— Не волнуйся, — но стыдиться, наверное, уже поздно. Мое волнение подруга засекла. Тянется через стол и поглаживает руку. Улыбается. А я в ответ катастрофически натянуто.

Мне кажется, Денису слишком долго готовят этот чертов кофе. Не могу долго не смотреть на него. Поэтому лучше, чтоб ушел.

Пока девушка-бариста суетится, за ним собирается маленькая очередь. Меня это радует. Теперь пялиться не так палевно.