Мария Акулова – Под его защитой (страница 15)
Вторая сковывает ужасом. Волосы дыбом просто. Такие случайности бывают?
Такие, мать его, случайности?
— Добрый день, Алиса, — взгляд Дениса темнеет от секунды к секунде, но это вижу только я. А вот голос спокойный. Улыбка без изменений.
Он поворачивается ко мне всем телом и шагает.
Хочется отшатнуться, честно. Головой замотать, открыть дверь и смотаться. Еле сдерживаюсь.
Он вытягивает руку, я смотрю на нее, сжимая свои в замке.
— Денис Астахов. Очень приятно…
Почему я такая дура? Почему не запомнила фамилию?
Спрашиваю у себя же, через не хочу расцепляя пальцы и вкладывая ладонь в руку Дениса.
Ощущаю его тепло. Меня простреливает, как и ночью. Нахожу в себе силы, чтобы вскинуть голову и снова посмотреть в глаза.
— Взаимно… — Я по взгляду вижу, что Денис злится. Я его даже понимаю. Но я не виновата.
А может очень даже. Но что делать — пока не знаю.
— Лисёна, Денис — лучший из лучших.
Наше внимание привлекает мой отец.
Я выдергиваю руку, прячу её за спину и тру, словно обожглась. Поворачиваю голову к папе.
В ушах бьется пульс. Слушать сложно. Сконцентрироваться практически нереально. Но надо. Я это понимаю и стараюсь.
Еще сложнее из-за того, что пока я смотрю на папу, Денис продолжает сверлить взглядом меня.
Я знаю, что кожа пошла красными пятнами. Мне жарко. А он смотрит и смотрит. Делает хуже и хуже.
— Я ему не успел объяснить, в чем твоя проблема. Да и сам-то не очень силен во всем этом. Думаю, ты лучше меня справишься.
— Ага, — я вымучиваю ещё одну улыбку и киваю. Вообще не представляю, как сейчас смогу хоть что-то объяснить. Да и кожей чувствую — Денис других объяснений ждет.
А у меня перед глазами мелькает ночь и моменты, когда мы могли выяснить всё. Когда
— Я вас могу в кабинете оставить, если хотите. А можно…
— Если есть переговорка свободная — будет отлично.
Денис не дослушивает отца, делает встречное предложение, обращаясь к нему. А я ежусь. В его голосе столько всего намешано.
Он держит себя в руках. Но когда мы останемся наедине — вряд ли о деле будем говорить. Да и в жопу это дело, если честно.
Та проблема уже не кажется мне настолько большой.
— Переговорка? Конечно…
Отец нажимает кнопку на внутреннем и просит секретаря обеспечить.
Пока девушка проверяет, у нас есть ещё пара минут на троих.
В кабинете тихо. Я смотрю в никуда, забывая моргать. Мне нужно собраться. Мысли собрать.
Отец переводит взгляд то на меня, то на Дениса. Он доволен. Ему всё нравится. А если знал бы… Даже думать страшно.
— Уверен, вы сработаетесь… Алиса не по годам сообразительная, Ден, не сомневайся…
— Какие сомнения? — Я слышу в ответе яд. Иронию. Они делают больно.
Смотрю на профиль Дениса. Вижу, что у него желваки двигаются.
Господи, я не виновата. Я правда не виновата.
— Ты мне, главное, её не обижай…
Заверить, что никогда и ни за что, Денис не успевает. В кабинет стучатся. Это ничего не меняет, но я чувствую облегчение.
Отступаю, чтобы меня не задело дверью. Цепляюсь взглядом за лицо заглянувшей внутрь девушки, потому что на неё, в отличие от папы и… любовника, получается?… Хотя бы смотреть могу.
— Я провожу вас, Алиса Арсеновна и Денис Михайлович.
Я киваю, выходя вслед за папиным секретарем.
— Алиса! — оглядываюсь, услышав громкий оклик.
Ищу глазами папин взгляд, но спотыкаюсь о Дениса.
Он успел пожать отцу руку и движется на меня.
Смотрит… И сердце в пятки. Хмуро и многообещающе. Но совсем не так, как ночью. Ничего хорошего я как-то автоматом не жду.
— Да, па…
Трачу последние крохи самообладания на то, чтобы сымитировать перед папой легкость и энтузиазм.
Перестаю дышать, когда приблизившийся Денис вжимает ладонь в поясницу. Так же, как ночью в лифте. Подгоняет.
Только тогда хотел быстрее трахнуть. Сейчас, кажется, — убить.
— Ты потом домой или ко мне забежишь?
— Домой, папуль…
— Ну хорошо… Тогда вечером поделишься. Только ты не скромничай. Говори с Денисом честно. Всё выкладывай. Юристы это любят…
Папа сам же посмеивается над своей же шуткой, разводя руками.
Я кисло улыбаюсь. Денис даже не оборачивается.
Он медленно закипает.
Мужская рука жжет мою кожу через ткань.
Мы следуем за офис-менеджером. Я чувствую себя немного арестанткой под конвоем. То и дело ловлю себя на дурацком желании свернуть в один из коридоров. Но мне понятно — от разговора я не уйду.
Сердце подскакивает, когда я боковым зрением отмечаю, как Денис поворачивает голову. Смотрит на меня:
— Спасибо, что не сдал… — я произношу практически беззвучно. Самой казалось, что это должно стать шагом навстречу, но взгляд Дениса снова вспыхивает гневом. Он его душит. Мужчина склоняется.
— Знаешь, о чем сейчас жалею? — я, конечно же, понятия не имею. Мотаю головой так искренне, как только могу. — Паспорт, блять, в руки надо было брать.
Денис произносит, снова вырастая и подталкивая меня в комнату с открытыми секретарем дверями.
Я захожу, только сейчас и только на секунду позволяя на лице отразиться настоящей эмоции — горечи.
Денис — следом.
Закрывает дверь, пока я прохожу вглубь.
Вслед за первым испугом меня тоже начинает крыть — уже злостью. Потому что не я одна во всем виновата.
И потому что больно знать, что волшебство ночи, которое я собиралась лелеять в сердце, он готов так легко забыть.