Мария Аборонова – На изящном: мифы в искусстве. Современный взгляд на древнегреческие мифы (страница 6)
Чтобы сохранять эффект неожиданности, Зевсу приходилось образы постоянно менять. Нимфу Эгину, одну из двадцати дочерей речного бога Асопа Флиасийского[55], Зевс украл и изнасиловал то ли в классическом уже виде орла[56], то ли превратившись в огонь[57]. Секс с костром не смог представить никто из даже самых находчивых художников. Хотя убеждена, что они пытались, но каждый раз это выглядело как бодрый акт самосожжения (на что многие жертвы Зевса явно были готовы пойти, лишь бы не переживать изнасилование). Поэтому сцену робко изображают как орла, несущего огонь. В результате этого союза родился Эак, родивший в последующем браке с Эндеидой Пелея – отца Ахилла.
Фердинанд Балтасарс Боль. Эгина ожидает прибытия Зевса. 1660-е гг. Музей Майнингена, Майнинген
Но с Эгиной связана и более интересная история. Вы явно знаете выражение «сизифов труд». Вот вы катите этот камень в гору, катите, а он, едва достигнув вершины, скатывается обратно. Очень точное описание того, как работает рост доходов при капитализме и бесконечной инфляции.
По одной из версий мифов, наказание Сизиф получил за то, что рассказал отцу Эгины, Эопу, кто похитил его драгоценную дочь[58]. Стукачей никто не любит, так что Зевс его сослал в Аид.
За это либо за то, что он был неприятным человеком и совершил много ужасных дел. Чем-то Сизиф походил на Тантала – хитрый, изворотливый, нахапал много сокровищ. Когда пришло время прощаться с бренным миром и за ним пришел бог смерти Танатос, Сизиф обманом поймал его в мешок. Звучит не очень эпично, поэтому упоминаний об этом событии почти нигде нет. Расплывчато пишут «обманул»[59]. Танатос обладал обратным действием к богине Илифии: без нее люди не могли рождаться, а без него – умирать.
Так-то это богов не беспокоило, пусть себе живут, но с погребальными церемониями были связаны подношения и жертвы богам, без которых стало как-то тускло и тоскливо жить. Зевс отправил Ареса разобраться, и тот быстро и без хлопот освободил Танатоса, отправив Сизифа в Аид. Сизиф и тут успел подстелить себе соломку, заранее договорившись с женой, чтобы она не устраивала ему похороны и не приносила богам погребальные жертвы. Представляете, какими крохоборами были боги, если даже в масштабе всех возобновленных подношений после возвращения на свободу Танатоса Аид обратил внимание, что одной все-таки не хватает. Либо же в подземном царстве в Древней Греции была очень прогрессивная система учета.
Франц фон Штук. Сизиф. 1920. Частная коллекция
Аид пришел к Сизифу разбираться.
– Что за дела, почему твоя жена не платит положенную дань за твое комфортабельное проживание в загробном мире?
– Так она всегда такая была – память как у рыбки… Хотите, я с ней разберусь? Буквально одна нога тут, другая там. Сразу же вернусь!
Но Сизиф, конечно, не вернулся.
Хитрый-то он был хитрый, но умом явно не блистал. Вместо того чтобы по возвращении на землю затаиться, он устроил пышный пир и позвал кучу народа, чтобы рассказать, какой он молодец и смог избежать смерти. Его вернули обратно в Аид спустя пару лет, на этот раз отправив за ним Гермеса.
Неведомо, как Аид мог так долго не замечать отсутствие целой души, если до этого моментально обнаружил, что нет погребальных жертв от его жены, но временные петли в древнегреческих мифах вообще не привязаны к здравому смыслу.
Было бы странно, если бы жертвами Зевса были только женщины. Зевс все-таки занимал высокую должность и поддерживал тренд инклюзивности и равноправия, поэтому ради разнообразия решил похитить и юношу.
Питер Пауль Рубенс. Похищение Ганимеда. 1611. Дворец Шварценберг, Вена
Жертвой пал мальчик Ганимед, сын троянского царя Троса[60]. Не коня. Царя.
Жил он достойно, пас стадо, видеоблог постыдный не вел, прилежно учился и радовал отца. Проблема была только одна. Ганимед не просто отличался «красотой несравненной», а был «прекраснейшим из смертных».
Знаете, это тот момент, когда прилагательные правда перестают работать. Хочется поставить в ряд всех древнегреческих «самых красивых» юношей и девушек и заставить греков объяснять, что за генофонд у них такой. «Прекраснейший» – это как? Мы должны все ослепнуть, как от взгляда на солнце? Если все самые красивые, не кажется ли нам, что это какой-то неприятный поток вранья? Как так вышло, что Аркаша не забил ни одного мячика, Толенька забил десять, а Ванечка просто не понял, что надо выйти на поле и бить по мячу, но все дети талантливые и проигравших нет?
Поскольку красивым в любое время и вне Греции жилось тяжело, большая красота – большая ответственность, то у красивейшего из смертных явно должна была развиться мания преследования и сильно зашкаливать тревожность. Он знал, что рано или поздно какой-нибудь бог захочет оставить на нем свои отпечатки на всех местах.
И этот день настал. Про его существование узнал любвеобильный Зевс.
Сначала Зевс испытал некое замешательство. Не было понятно, как именно подойти к такой непростой задаче. Все-таки красивейший из смертных, такого у него еще не было в коллекции. Были красивые, очень красивые и самые красивые, а тут такой вызов. Пойти как есть – нельзя, Гера узнает. Она, конечно, и так узнает, но в случае смены обличья есть шанс отбиться.
Другой вопрос, какой креативный образ использовать? Голубем? Было – с Фтией, дочерью Форонея из Эгия[61]. Повторяться нельзя, что скажут боги? Два раза в одном и том же виде похищать человека? Это же смешно. Еще бунт устроят, решат, что Зевс сдал.
Орлом? Тоже случалось, но с другой стороны – всегда уместный облик.
Обернулся Зевс орлом и полетел забирать Ганимеда[62]. Обратим внимание – судя по картине, Рубенс считал, что парень пас стадо голышом. Так удобнее, видимо. Отличный обдув, ничто не стесняет движения. Увидев такое, Зевс-орел опешил. Куда его унести? Не в мотель же у дороги, в конце концов. Это же не абы кто – «прекраснейший»!
Такому место только на Олимпе. Все в дом, все в семью.
Гера, естественно, сразу в скандал.
– Ты кого домой притащил? В тебя молния попала опять? Совсем стыд потерял!
Но Зевса так просто на признание не развести.
– Во-первых, это не я. Это орел какой-то принес. Во-вторых, смотри, какой… достойный юноша! Некоторые – до меня дошли слухи, – считают его «прекраснейшим из смертных». Да-да, так и говорят. Ты не подумай, я так не думаю, я же не разбираюсь в смертных, а самая красивая тут только ты. Это, кстати, что у тебя – новая стрижка? Так вот, я подумал, раз такое дело, да и он уже на Олимпе, как удобно, то, может, он станет нашим новым виночерпием вместо Гебы? Ты давно ворчишь, что она тебе вечно недоливает.
Звучало фальшиво, но аргумент про вино на Геру подействовал.
– Пусть остается, но, может, он хоть простыню накинет? Или чем он вино зачерпывать нам будет?..
И Ганимед заступил на службу.
Отец Ганимеда Трос, узнав о похищении сына, впал в депрессию и начал во все инстанции отправлять жалобные письма на Зевса. Пришлось отреагировать. Зевс выслал Тросу официальное письмо: так и так, ваш достойный сын теперь служит во благо Олимпийской государственности, а тебе, дорогой Трос, я в утешение шлю эту золотую виноградную лозу и пару божественных коней[63]. Что только по мнению Зевса могло считаться равноценной заменой. Скучаешь по сыну? Держи коня, брат. Зевсу-то что мальчик, что конь, что садовый шланг. Все полезно, что в рот полезло.
За отличную работу виночерпием Зевс одарил Ганимеда еще и бессмертием. Когда вы задумываетесь, откуда на Олимпе взялась такая толпа, – вот примерно оттуда. Кто-то дарит цветы, кто-то бессмертие. Каждому по возможностям.
Может создаться впечатление, что Зевс заводил детей ото всех, кроме Геры, но это не так. У счастливых родителей было официально четверо детей: Гефест – бог огня, Арес – бог войны, Геба – богиня юности и Илифия – та самая богиня родов, из-за которой Лето пришлось страдать.
У Ареса с Гефестом, как часто бывает у братьев, постоянно были какие-то разборки. Чаще всего из-за баб, конечно.
Гефесту не очень повезло родиться хромым и не особенно красивым на лицо. А мы знаем еще по Урану, как древнегреческие боги относились к тем, кто не отвечал их стандартам красоты. Гера была глубоко шокирована тем, какой у нее некачественный получился сын, в то время как все любовницы Зевса рожали от него исключительно фотомоделей, и сбросила Гефеста с Олимпа[64].
Отверженный родной матерью Гефест страдал, но недолго. На земле его приняли в дом богини Фетида и Евринома, выкормили, вырастили и активно поддержали его интерес к кузнечному делу. Когда Гефест повзрослел, он решил отомстить матери. Сделал для нее специальный золотой трон и анонимно отправил подарок на Олимп с запиской «эксклюзивная работа для лучшей женщины в мире». Гера сразу воодушевилась, нервно разодрала обертку и немедленно села на трон. Сидеть было удобно, золото приятно холодило запястья и лодыжки, но буквально через несколько секунд подарок крепко сковал Геру так, что она не могла пошевелиться.