Марина Ясинская – Восьмирье. Книга 8. Живое сердце (страница 3)
Вика никогда не жила в полной семье, они с мамой всегда были только вдвоём, и потому она никогда не задумывалась, насколько важно то,
– Возможно, это он и был, тот самый предмет из Восьмирья, необходимый для перехода между мирами, о котором ты говорила. Осколок моей души. Уж не знаю, когда и почему он откололся и каким ветром его сюда занесло, но он был здесь. И привёл меня сюда. К твоей маме. И кто же будет по своей воле уходить от такого счастья?
Вика зачарованно кивнула.
– Словом, я больше совсем не хотел возвращаться, – продолжил папа. – Настал день, и я во всём признался твоей маме. Сказал, что хочу быть с ней, здесь, всегда. Очень волновался, как она отреагирует. К счастью, наши чувства оказались взаимными. Мы перестали искать людей и сведения, которые могли бы помочь мне вернуться, и стали просто жить.
Папа снова замолчал, на его лице играла лёгкая улыбка.
Вике совсем не хотелось мешать приятным воспоминаниями, но она не могла не спросить:
– И что же случилось? Как ты оказался в тюрьме, а мама – в нашем мире?
Папа ожидаемо помрачнел, и в воздухе запахло остывшими свечами и увядшими цветами – ароматом печали. Словно почуяв перемену в настроении хозяина, подлетел Уголёк, опустился папе на плечо, и тот его погладил.
– Раскольники совершили дерзкое нападение на хранилище Сердца Восьмирья. Мама в ту ночь как раз дежурила. Атака застала всех врасплох. А ещё стражники допустили серьёзную ошибку. Они думали, что раскольники захотят украсть Сердце, и заблокировали выходы, чтобы не дать им сбежать с добычей. Но нападавшим было нужно совсем другое. Они не собирались красть Сердце, они прямо там его сразу разбили. Такого никто не ожидал! Все растерялись, раскольники, воспользовавшись этим, принялись собирать осколки Сердца, чтобы никто и не пробовал его позже соединять, – так и произошел Раскол: Тумарье вырвалось наружу и разбило Восьмирье на Осколки, отчего случилось что-то похожее на сильнейшее землетрясение. Оно и раскольников застало врасплох! Поднялась паника, но маме хватило хладнокровия схватить один из осколков Сердца, прежде чем стены хранилища обрушились.
Вика слушала затаив дыхание. Вот, значит, как это было!
– Первые дни никто ничего не понимал, царил хаос и полный бардак. Но прошло немного времени, в городе навели подобие порядка и занялись расследованием. Начали, разумеется, с тех, кто был ближе всего к Сердцу, – со стражи. С начальницы смены – с твоей мамы. А дальше случилось неожиданное: когда она рассказала, как всё было, ей не поверили. Более того, решили, что она с похитителями заодно! Стали допытываться, где другие осколки, давно ли они с сообщниками планировали расколоть Восьмирье, грозили бросить в тюрьму…
Вика покачала головой. Как это печально! И обидно. Обидно, когда ты действительно пыталась предотвратить катастрофу, хотела помочь, старалась что-то исправить, а тебя ещё и во всём обвинили!
– Правительству очень нужно было сделать кого-то виноватым, и побыстрее, – в унисон её мыслям продолжил папа. – А тут такая удачная фигура: сама начальница стражи. Рита, правда, до последнего надеялась, что это какая-то ошибка, что во всём разберутся. Но… Словом, я уговорил её бежать. Собирая информацию, как пройти между нашими мирами, мы, конечно же, узнали про правило лишних дней и последнего закатного луча. Мы с Ритой дождались такого дня и поздно вечером вышли из города, надеясь, что у нас всё получится. Однако нас заметили. Отправили погоню. И вот в один момент мы с ней ещё мчим по дороге прочь от Делириса, а в другой – я бегу один.
– Но почему же у мамы получилось, а у тебя нет? – удивилась Вика.
Папа только развёл руками.
– Если бы я знал все правила перехода между мирами, наверное, смог бы ответить. А так…
– А я вот думала, что знаю
– Да. Меня, разумеется, поймали и долго допытывались, где другие раскольники, зачем мы разбили Сердце, где прячем его осколки и как всё починить. И конечно же, как давно мама с ними заодно – и куда она подевалась. Но даже если бы я и знал, где она, всё равно бы им не рассказал. А когда пытался убеждать, что ни она, ни я не имеем к Расколу никакого отношения, мне не верили. Словом, меня долго и упорно допрашивали, но так как мои ответы их не устраивали, в конце концов на меня махнули рукой и заперли в Куузе.
– На двенадцать лет, – прошептала Вика, завершив папину историю последней и, пожалуй, самой грустной деталью. – Из-за мамы…
– Да я же в любом случае не хранил какую-то великую тайну – я и правда не знал, где Рита.
– Ну прямо и не знал! – фыркнула Вика. На самом деле её задело, что папа словно преуменьшал ценность и значимость своего поступка. – Ты, скорее всего, догадывался, что она ушла в наш мир. Мог бы и рассказать, чтобы тебя оставили в покое. Но ты ведь не стал!
– Да мне бы всё равно не поверили, – пожал плечами папа.
– Может, и не поверили бы, – легко согласилась Вика. – Но, скорее всего, не найдя маму в Восьмирье, они в конце концов решили бы, что и твою версию тоже стоит проверить. И начали бы искать пути попасть в наш мир. И у них вполне могло бы получиться. Ну, раз ты сюда попал и я сюда попала, значит, и другие смогли бы, если бы знали, что это возможно. И ты наверняка об этом тоже подумал. И испугался, что они отправятся за мамой и, может, даже найдут…
Папа молча кивнул.
– Вот и не надо тогда делать вид, что ты просидел столько лет в тюрьме просто потому, что констебли ошибочно считали, будто ты что-то знаешь, а ты на самом деле был вообще ни при чём! – полушутливо возмутилась Вика. – Ты знал. Но молчал. Защищал маму.
– В твоей версии это всё звучит как-то уж очень по-геройски, – усмехнулся папа. – Да и потом, ну было и было, что толку теперь вспоминать?
В воздухе появился слабый запах лака для мебели и больничной стерильности, и тут Вика догадалась: да папе же просто неловко!
Девочка постаралась спрятать улыбку. Она и подумать не могла, что папа стесняется, когда ему говорят комплименты, и, похоже, не очень-то умеет их принимать.
До сей поры Вике казалось, что папа ну просто идеальный! И он оставался таким, даже когда она узнавала его всё ближе и ближе. Но ведь так не бывает, никто не совершенен. И сейчас, когда девочка неожиданно увидела папину слабость, это ничуть не испортило её мнение о нём. Наоборот, он стал в её глазах более… живым и настоящим, что ли.
И пожалуй, таким папа ей нравился даже ещё сильнее.
Глава 3
То, что никакой армии никто не нашёл, Вика поняла сразу, прежде чем кто-то успел сказать хоть слово: выражения лиц говорили сами за себя.
Майстер Цверг тоже не стал дожидаться, когда остальные доложат о результатах своих поисков.
– А может, и не было никакой армии? – задумчиво протянул он.
– Но нам же сказали, что она была здесь! – парировал Эрик. – И между прочим, не кто-нибудь, а один из наших же соратников.
Вика была рада, что он ответил. Её и саму одолевали сомнения, а когда слышишь, как их произносит вслух кто-то другой, они становятся только сильнее. В такие моменты не всегда получается найти моральные силы, чтобы отстаивать свою позицию. Трудно отстаивать то, во что и сам стремительно перестаёшь верить.
– Может, он наврал? – предположил майстер Цверг.
– Зачем ему было врать? – удивился Эрик.
– Ну мало ли.
– Мало ли – не ответ, – вмешался папа. Он говорил негромко, но эффект всегда оказывался впечатляющим: все затихали, чтобы его услышать. – Можно, конечно, предположить, что нас специально обманули, чтобы мы пришли сюда. Но если так, где засада? Для чего ещё нас было нужно сюда отправлять?
Майстер Цверг недовольно насупился, но ничего не сказал.
– Мы с Лукасом видели выгребную яму, – хладнокровно выждав, когда все замолчат, наконец сообщил Маркус.
– Браво, твоё величество, хорошая находка, – кисло сказал майстер Цверг.
– С мусором, который сожгли совсем недавно, – уточнил темноход. – Откуда взяться свежей помойке в давно заброшенном городе?
– Значит, армия здесь всё-таки была, – кивнула Вика, чувствуя, как от сердца немного отлегло. Но потом раздосадованно вздохнула. – Выходит, мы совсем немного не успели.
Ну вот! Опять она на самую малость, но разминулась с мамой… Ах, если бы они только немножечко поторопились, когда уходили из Делириса! Если бы чуть быстрее шли через чёрный туман!
Впрочем, не факт, что это что-то изменило бы. Время в Тумарье текло по своим законам, и кто знает, сколько на самом деле заняло их путешествие из Делириса в Заркану? Это им казалось, что лишь несколько часов, а тут вполне могло пройти несколько недель. И дату, как назло, спросить не у кого.
– Интересно, куда они пошли? – задумчиво протянул Андерс.
– Наверняка в Делирис, – сказал майстер Цверг. – Нам же сказали, что Морская Стражница именно для этого армию и собирала – чтобы пойти в столицу и освободить дочку. Вероятно, ей просто не успели сообщить до того, как они выступили, что Вика вовсе не в лапах констеблей.