Марина Якунина – Дамнар: Неведение (страница 6)

– Тебе совсем необязательно умирать сегодня. Брось топор. Время уже не терпит, и я второй раз предлагать не стану, – с угрозой и нажимом в голосе произнёс князь, чтобы все могли расслышать. Убивать парня ему действительно не хотелось. Но Бажен не внял. Резко откатился. Вскочил на ноги. С обманным движением вновь кинулся на Князя. «Жаль, хороший Волк из него бы получился», – подумал Сет, и, крутанувшись, пригнулся, уходя от атаки. И резким движением вогнал остриё противнику между рёбер прямо в сердце.

Бездыханный Бажен начал заваливаться на бок, но Сет его оттолкнул так, чтобы тот упал на спину, открывая для обзора торчавший из груди топор. Тело ударилось о землю с глухим звуком, в полной тишине. Через пару вздохов воздух разрезал душераздирающий вопль. В толпе упала какая-то старуха. Люди, осознавая, что им суждено навеки покинуть родную землю, уже не сдерживали своего отчаяния. Но Сет на это внимания не обращал.

Стоило Князю отпустить рукоять, как его виски мгновенно пронзила боль, будто бы в них впились несколько раскалённых игл. «Тебя что не устраивает на этот раз? Они сами предложили поединок до смерти, и я предлагал ему сдаться», – ответил Сет мысленно знакомому образу, мелькнувшему в каплях росы. Затем молча забрал у Волка свою куртку.

Самоназванный староста лишь покачал головой и вздохнул.

– Дозволения просим… – старик сглотнул, пытаясь справиться с эмоциями и говорить с нелюдем твёрдо, – с мёртвыми проститься.

Сет снова посмотрел на небо и тихо зарычал. Порывы ветра уже склоняли деревья чуть ли не до земли и срывали с селян шапки. Первой мыслью было велеть Волкам придать людям ускорение кнутами, но что-то в глубине души откликнулось на тон и глубокий взгляд старика.

– Дозволяю, – ровным тоном ответил Князь. – Земле предать не успеете, – облачаясь, бросил он через плечо,– тащите на общий костёр, да поживее… Проводите в последний путь. Если шевелиться начнут, отбегите. Волки приглядят, чтобы не напали. И соберитесь. Несите самое необходимое и ведите скот. Времени почти не осталось.

Условия были выполнены. С Богами дальше спорить никто не решился. Погибших сложили на общий костёр, вместе с теми, ещё шевелящимися кадаврами. На оплакивание времени не было – огонь уже начал лизать своим багровым языком дома на окраине. Перепуганным коням и коровам пришлось завязывать глаза первыми попавшимися под руку тряпками. Если кто-то из домашней твари за хозяевами не шёл – приходилось оставить. На все имеющиеся в деревне телеги и повозки наваливали запасы. Кто-то успевал забрать запрятанные тайники. Кур, гусей, поросят сажали во все доступные посудины, подходящие для переноски. Собаки брехали, как бешеные, но не решались приблизиться к Волкам, а тем более к странной троице: князю, его брату и хорнду.

– Серьёзно? Ты решил их всех взять с собой? С чего такое благородство? – Багхес с интересом наблюдал за происходящим, старательно не замечая надвигающейся стихии. – Сам говоришь, что тут демиург всё изжарит, так зачем морочиться? Не пошатнёт никакой твой любимый баланс выпиленная людская деревушка.

– Молчал бы лучше, – огрызнулся Сет. – Чтоб ты провалился… Это уже вторая тварь. След от портала, из которого она выскочила, давно простыл. Шалость немного попахивает преднамеренным вредительством, не находишь? Ты хоть какие-то опознавательные знаки мира, из которого она выпрыгнула, запомнил?

– Мой дорогой клыкастый друг, ты же прекрасно понимаешь, что мне совершенно ни к чему тебе вредить. Я же тогда не смогу продолжить обучение, – с невозмутимым видом ответил хорнд, старательно игнорируя вопрос.

Сет, понимая, что сейчас вот-вот взорвётся от бешенства, схватил Бахгеса за рог и рывком повернул его голову, заставив взглянуть себе в глаза.

– Хватит с тебя обучения! Чтоб без моего участия не пытался даже размером с монету проходы между мирами открывать. Замечу, что нарушил запрет – катись на все четыре стороны, хоть к гулю в задницу, – ещё раз дёрнув хорнда за рог, князь оттолкнул его от себя. – Так запомнил ты хоть что-то или нет? Сможешь его отыскать снова?

Освободившийся Багхес встряхнул головой и картинно размял плечи, сохраняя невозмутимый вид.

– Ну-ну, не кипятитесь, ваше мрачное сиятельство. Холодную кровь кипятить вообще вредно, особенно в такую непогоду, свернётся же… Попробуем отыскать – наверняка тот юниверсум не успел отлететь далеко, – отвесив лёгкий поклон, хорнд скрылся в портале.

Князь, всё ещё пылая от ярости, переключился на брата:

– Ну, а тебя зачем в эту дыру понесло? Знаешь же ведь, что у Багхеса они нестабильны.

Джастин несколько смутился и начал оправдываться:

– Знаю, что сглупил. Ты в прошлый раз велел изловить – мы с Олафом за ней и кинулись. Я к твоим проходам привык. Думал, изловим сразу – далеко не ускачет. А у него уже на входе сужение как горлышко у бутылки пошло.

Сет, борясь с искушением дать Джастину подзатыльник, почти прорычал, чеканя каждое слово:

– Никогда больше так собой не рискуй!

Князь отвернулся, не обращая внимания на реакцию Джастина, давая понять, что на этом короткий разговор окончен. С братом после смерти отца общаться стало сложно.

Сет подошёл к колодцу, надрезал ногтем запястье, подождал, пока пара капель упадёт в воду. Теперь он сможет опознать этот мир, даже если тот отлетит в инфинитуме [4] на многие столетия и мили.

Окинув взглядом пылающую деревню и погребальный костёр, князь вышел в портал, замкнув цепь беженцев.

_____

[3] Старинные забавы, предназначенные для молодых парней и девушек на выданье.

[4] Бесконечная вселенная, включающая в себя юниверсумы

Глава 5.1. Внутри композитума

Процессия шла медленно. Дорога в композитуме петляла, изгибалась, словно змея, прокладывающая себе путь между корягами. Повозки со скарбом затаскивали на пригорки в несколько рук. Скоту тоже приходилось помогать преодолевать препятствия.

Придирчиво оглядевшись, князь досадливо поморщился – такой халтурной работы у него уже давно не получалось. Одно оправдание – прокладывать путь пришлось в спешке, сверяясь с корявой пробоиной, устроенной хорндом.

Наткнувшись взглядом на кучерявый затылок Багхеса, Сет вновь начал раздражаться и ощущать смутное беспокойство, возникающее всякий раз, как он задумывался об этом чёрте. Ох, не нравится ему рогатый с самой первой встречи! И дело даже не в том, что их объединяла уникальная способность притягивать друг к другу юниверсумы: вселенные, созданные демиургами. В конце концов, если разобраться: что Сет, что его единоутробный брат, Селфис, который сейчас по факту являлся Королём на «Светлой» стороне Атиозеса, вообще не должны были родиться. А уж какой магией будет наделено то или иное существо – решать только законам природы каждого отдельного мира.

Один демиург мог создать сразу несколько миров, спаянных между собой. В таком случае в инфинитуме – бесконечности, они выглядели как слипшиеся между собой мыльные пузыри, и для осуществления перехода между ними уже не надо было создавать спайку-композитум, и прокладывать по нему дорогу. Как правило, демиурги сами прорубали проходы между своими мирами, буравя их насквозь, так что вообще можно было не заметить самого портала. И демиурги в большинстве своём не любили гостей. Тот, что устроил грозу, действовал весьма деликатно. И до сих пор оставался вопрос, отчего демиург мира «Атиозес» приютил у себя Сета и остальных беженцев из погибающего мира? Быть может, он спит? Или же вовсе покинул свой мир, как это сделал демиург Вириди Хорта, родного мира Сета. Но Сет склонялся к тому, что демиургу может быть попусту наплевать, что творится на одной из созданных им планет точно так же, как Сету было безразлично, чем занимались отцовские вампиры, разогнанные по своим поместьям.

Когда глаза людей привыкли к яркому свету, они стали с интересом разглядывать чудесную пещеру, по которой их провожали вперёд в неведомые дали захватчики. Стены и потолок образовывали купол. Со всех сторон, переливаясь красками, шли волны и цветные вихри. Лазурно-голубой, бирюзовый, изумрудный, лиловый… Разноцветные потоки сталкивались, перемешивались, открывая невольным зрителям всё новые и новые оттенки. То ли чудные облака, то ли клубы пара, то ли морские течения составляли внешний вид. Порой пелена из буйства красок расступалась, и можно было разглядеть сокрытые миры. Через пару мгновений видение скрылось, вновь заволоклось сиренево-зелёным клубящимся туманом.

Стыки между мирами походили на трещины коры многовекового дерева. Ложбинки сияли статичными молниями смесью голубого и ярчайшего зелёного света. Чаще всего выходы в иные миры появлялись рядом с водой. Случалось, что вид открывался из глубокой расщелины. Порой за яркими всполохами проглядывала темнота, где видны были лишь глаза неведомых чудищ. Изредка за рябью можно было разглядеть людей. Они не замечали пролегающего рядом с ними похода. Неведомая сила отталкивала их в сторону, заставляя временно изменить траекторию движения.

Дорога была гладкой, но не скользкой. Один из селян решился дотронуться до неё рукой, и потом всем рассказывал, что она холодная как лёд, но не таяла. А кожей сразу чувствовалось неприятное потрескивание. Топот копыт раздавался глухой, еле слышный. Пол немного пружинил под ногами путников, гася звук шагов, будто пытаясь скрыть от посторонних глаз их движение. В воздухе пахло озоном, солью и свежестью. Дышать и двигаться было странно. Несмотря на очень свободно заходящий в лёгкие воздух, движения всё время будто затормаживались, гасились о неведомые воды. Было ощущение, что вот-вот придётся плыть, но момент всё никак не наставал. Зрение тоже порой подводило. Идущий рядом человек вдруг мог оказаться на несколько шагов впереди или позади моргнувшего, словно пространство и время перемешались и шли в рваном ритме. Или же это был просто морок кощуна?