Марина Якунина – Дамнар. Неведение III (страница 2)

Размышления прервал странный звук, Еся обернулась к его источнику. Князь вздрогнул, взмахнув руками, с полуоткрытыми глазами, и часто дышал. У девушки прошёл неприятный холодок по позвоночнику, будто бы под рубаху забрались несколько больших пауков.

◦ ☽ ◯ ☾◦

«Его звали Раймос. Он называл себя странником. Дивное существо. Напоминал ожившую в пруду корягу с плавниками. У нас не сразу получилось наладить общение. Но его способность к языкам оказалась изумительна. Он и рассказал мне всё, что знал про иные миры. Но я не решилась пройти в композитум, хоть он и уверял, что это безопасно. Он недолго пробыл в Вириди Хорте. И ушёл дальше. С тех пор я не встречала существ с даром построения портала. Да и Раймос говорил, что в его мире подобные способности фигурировали разве что в легендах. 

Пробовала сама. Что-то получилось, будто бы в глубине моей памяти уже было знание… Но я не решилась пробить большую брешь в моём юниверсуме. Мой мир мне нравится, какой он есть». – Леди Руасил убрала со лба непослушный локон, передала в руки прочитанную записку сидящему рядом Октавио и стала глубоко дышать, глядя в окно, стараясь скрыть от посторонних головокружение. Ей сильно нездоровилось последние годы. Лекари утверждают, что это всё тоска по родному миру, поскольку не могли найти причины. А ей становилось хуже. Настолько, что дежурные лекари всегда находились где-то неподалёку, стараясь лишний раз не докучать своим присутствием.

– Так что, выходит, ваш демиург тоже в теории мог начать путешествовать? Но почему же она покинула Вириди Хорт?

Леди Руасил мило улыбнулась. Ластиэль и раньше был любопытен, а сейчас, когда нашёл нового друга, будто бы задавал вопросы вместо него. Новый вампир полюбился Леди, даже несмотря на его сходство с Ферджином. Очень уж ей понравилась история с его возлюбленной. Казалось, что человеком он был неплохим, и таковым и остался после обращения. Да и Ластиэль вернулся, что не могло её не радовать.

– Мир слишком изменился, вопреки её замыслу. Видимо, она не смогла себе простить, что допустила подобные метаморфозы.

– Этой записки я ранее не видел… – несколько сконфуженно признался Ластиэль.

– Леди Силавия передала целый сундучок. Молодой князь уверяет, что раз мы в другом мире, записки не имеют смысла, но я с ним не согласен, – подал голос Селфис.

– Вы вновь погрустнели…

– Столько лет прошло, произошло столько событий. Признаться, я иногда сомневаюсь в том, что была справедлива к нему.

На лице Селфиса при упоминании младшего брата не дрогнул ни один мускул. А вот то, что мать гложут сомнения – задело. К тому же Ластиэль начал странно на него порой поглядывать. Вероятно, сказывалось его длительное отсутствие. Но разобраться с этим можно было позднее.

Леди Руасил’авара вновь запустила руку в сундучок с записками демиурга. Этот подарок от Айвори был весьма внезапным. И являлся единственной ниточкой, что хоть как-то связывала его с Сехфиром. И ей хотелось верить, что когда-нибудь эта душевная боль утихнет… Взяв в руку очередную записку, она ощутила, как сознание уплывает. Мир качнулся и погрузился во тьму.

Ластиэль, успел подхватить на руки оседающую Леди Руасил. Селфис вскочил с места и выкрикнул:

– Лекаря!

Затем резко опустился на колени рядом с замершим в испуге Ластиэлем и прикоснулся к её шее, проверяя пульс.

– Она жива, но это слишком странно. Друзья, если у вас возникнет недомогание, немедленно сообщите, – затем он, нарочито нежно взял её безвольно повисшую руку в свою и, заметив странное, повернул ладонью вверх. Её пальцы изменили цвет на грязно-жёлтый, и это смогли рассмотреть все присутствующие.

В беседку вбежал запыхавшийся лекарь и сразу ринулся к королеве. Селфис вопросительно посмотрел на него.

– Скажите, что я ошибаюсь…

Лекарь мазнул взглядом по демонстрируемой ладони, обеспокоенно начал шарить по карманам и вытащил небольшой пузырёк с прозрачной жидкостью. С лёгкостью откупорил горлышко, осторожно капнул королеве на пожелтевший палец.

Вода, потёкшая по её руке, почти сразу изменила цвет на тёмно-коричневый.

– Вы правы, это похоже яд. Но мне пока неясно, какой именно. Нужно подобрать антидот.

– Моя лаборатория в вашем распоряжении. На нижнем уровне в соседнем здании. Ластиэль вас проводит. Я сам отнесу матушку в её покои.

Октавио, всё это время теребивший в руках оброненную леди записку, покачнулся от внезапного головокружения, что не осталось незамеченным Селфисом.

– Друг мой, покажите руки.

Октавио рассеянно протянул вперёд открытые ладони, всё ещё сжимая записку. Кожа начинала желтеть почти по всей площади, но регенерация уже действовала – цвет уже тускнел. Только в месте соприкосновения с бумагой оставался ярким.

Селфис, оставив мать лежать на руках Ластиэля, быстро поднялся, схватил со столика салфетку и осторожно взял отравленный лист бумаги из руки Октавио.

– Позвольте. Кажется, мы нашли предмет. Мой друг, я вынужден буду задать вам несколько вопросов. В лабораторию провожу сам. Захватите, пожалуйста, шкатулку. Ластиэль, отнесите Леди Руасил в её покои и побудьте с ней до моего возвращения.

– Он ни при чём! Вы же знаете, мы прибыли вместе и по моей инициативе! – взбудоражился Ластиэль, настороженно подглядывающий на своего короля.

– Разумеется, я помню об этом. К тому же записки в шкатулке – все были переданы леди Силавией, об этом я тоже прекрасно помню, – разумеется, он не упомянул о том, как он скрупулёзно собирал несколько месяцев краденные эльфийкой бумаги из уруаха, перед нанесением яда. Не упомянул он и о том, сколько раз менял рецептуру, чтобы достичь нужного эффекта и внешнего проявления. И никто не узнает, как он подгадывал момент, чтобы передать леди Руасил он, разумеется, умолчал.

Глава 28.1. Неужто, помер?

Сету вновь снился кошмар. На этот раз всполохи воспоминаний почти не угадывались. Битва. Руины подземного города в разверзшейся расщелине. Обычные стрелы и энергетические импульсы крошили стены в порошок, превращая укрытия в потенциальные могильные курганы. Кто-то из эльфов с очень знакомым лицом атаковал. Вокруг него распространялось ядовитое облако, попадая в которое скукоживалось и отмирало всё живое. Черты лица по-прежнему были не узнаваемы. Он был похож одновременно на всех. И нападал он не на Сета, а на его мать.

Леди Руасил не обладала ни боевой, ни защитной магией. Её дар был, как и у Леди Силавии – ментальный, это вообще достаточно распространено у эльфийского народа. Защититься ей было невозможно. Он же лежал, опутанный колючим плющом, с ужасом наблюдающий, как она медленно к нему приближается, будто не замечая опасность. Он мог бы закрыть её собой. Но не мог дотянуться. Не понимал, видит ли она его, и поверит ли она ему.

– Сюда! – невнятно, будто бы рот связало смолой, сказал Князь, дёргано ворочая головой. – Скорей!

Есения, не понимая, что происходит, подскочила к дивану с бешено колотящимся сердцем, не зная, как помочь. Со стороны состояние Князя чем-то напоминало ей падучую. Или же, что с сердцем худо. Стоило ей приблизиться, как Князь вцепился в её руку, сжав запястье тисками и сильно дёрнул на себя. Она потеряла равновесие и упала к нему. Тот тут же подхватил её, прижав её голову к своей груди так, что Есении показалось, что ещё чуть-чуть, и он свернёт ей шею, и стал поворачиваться набок, продолжая её сжимать до синяков. Чем сильнее она сопротивлялась, тем крепче и болезненнее стискивать капкан его рук.

К его удивлению, Леди Руасил подошла, по-прежнему беспечно не обращая внимания на опасность. Он смог дотянуться и увлечь её в укрытие. До чего же матушка была лёгкой! Почти невесомой. Словно пёрышко. И вдруг показалась гораздо меньше, чем он её помнил. У Сета похолодело внутри и начали подрагивать от переживаний пальцы: «Вдруг её достиг импульс и стал её уменьшать? Что происходит?» Повреждённые стены неведомых руин продолжали крошиться. Атакующий эльф, поочерёдно принимающий облик то Джастина, то Селфиса, то самого Сета, то вновь становясь неузнаваемым, всё приближался. Матушка вырывалась. «Всё ещё мне не верит? Некогда», – Сет прижал её к себе, поворачиваясь спиной к угрозе, по-прежнему не в состоянии встать.

Неожиданно матушка его больно укусила. Сет в недоумении опустил голову вниз, пытаясь увидеть её лицо. Черты Леди испарились, превращая её в какую-то совсем юную девушку, имени которой он не знал. Даже руины на несколько мгновений изменились, будто бы они переместились с внутреннего двора в захламлённый кабинет. Но затем черты девицы вновь изменились – на него смотрела дракайна с окровавленной губой, только отростков-змей на голове почему-то не было. Он уже начал осознавать, что все метаморфозы ему всего лишь снятся, но проснуться не выходило. Помня, чем в прошлый раз закончилась их встреча, Сет оттолкнул от себя смертоносное существо со взглядом василиска. Когда она ушла из поля зрения, наконец перешёл в глубокий сон, краем сознания додумав, что в этот раз всё же превратится в камень. И он уже слышал грохот от хоронящих его глыб…

Когда Князь отпустил и оттолкнул от себя Есению, она свалилась на пол, роняя стоявшую рядом с диваном стопку книг. Фолианты рухнули с грохотом, но дамнар не обратил на них внимание. Даже как то-то затих.