Марина Воронцова – Сквозь века (страница 2)

– Какая красота, Максим! – восторженно воскликнула Камилла.

Максим счастливо улыбался: провести целую неделю в таком живописном месте, вдали от городской суеты, рядом с любимой женой, было для него просто верхом блаженства.

– Этот дом стоит в некотором отдалении от других, – поясняла девушка-агент. – Тот комплекс, что мы уже проехали, это тоже наши загородные домики в стиле альпийского шале. Они построены недавно. А этот дом имеет свою историю. Думаю, вы уже читали о нём в наших буклетах. В предыдущем комплексе номера на несколько человек, есть соседи, а здесь вы будете одни. Но не волнуйтесь, вы всегда можете с нами связаться. Машина, которую мы предоставляем вам, уже в гараже. Сейчас вы её посмотрите. В доме есть достаточный запас продуктов, но можно заказывать еду в нашем ресторанчике, вы его уже тоже видели. А можно и подъехать туда, это недалеко, при желании вы даже и пешком доберётесь, если планируете долго гулять по окрестностям, – продолжала девушка. – Ещё у нас запланирован ряд экскурсий, если пожелаете. Ну, вот мы и на месте. Идёмте, я вам всё покажу.

Максим и Камилла вышли из машины и пошли за девушкой. Подойдя чуть ближе, они уже могли более детально рассмотреть двухэтажный прямоугольной формы дом из белого камня с небольшим низким крыльцом, к которому вела садовая дорожка. Крышу с небольшими свесами и слуховым окошком покрывала пёстрая черепица, на окнах второго этажа висели яркие деревянные ставни. Добротная входная дверь со смотровым витражным окном была украшена коваными фрагментами. Левое крыло дома выглядело обособленно и словно нарочно состарено. На каменных стенах были потёртости и значительные сколы, на которых теперь буйствовал плющ, плотно охвативший в свои объятья добрую часть стены с двумя маленькими круглыми окнами и причудливыми узорами, бывшими когда-то частью цельного украшения из лепнины. Это сочетание современности и старины составляло довольно разительный контраст.

Внешняя открытая терраса с деревянной садовой мебелью, открывала великолепный вид на рощу и лужайку с озером. Двор дома был достаточно обширным, слева находился гараж. Справа в глубине двора располагалась беседка, сплошь увитая плетистыми розами. Двор изобиловал клумбами, усыпанными маргаритками, а на трёх из них царствовали пышные белоснежные лилии, распространяя густой аромат. Максим улыбнулся: как это кстати! Камилла обожает белые лилии.

Войдя в дом, путешественники оказались в огромной просторной гостиной с широкими от самого пола панорамными окнами и высоким потолком, увенчанным лёгкой невесомой люстрой. В гостиной был настоящий камин, напротив которого стояли два мягких широких дивана и дизайнерский журнальный столик с пышным букетом цветов. Подобные букеты венчали и широкую кованную каминную полку с большими часами в форме птичьей клетки, украшенной атласными лентами.

На стенах висело несколько светильников и бра, их мягкий свет придавал особый уют всему помещению. Большое зеркало в изящной резной выбеленной деревянной раме ещё больше расширяло пространство вокруг. На противоположной стороне от камина в углу на стене располагалась небольшая плазменная панель, а напротив неё два изящных резных деревянных кресла с мягкими подушками и ещё один высокий столик, застеленный льняными салфетками с кружевом.

С противоположной от входа в гостиную стороны была деревянная лестница, ведущая на второй этаж, где располагались ещё две спальни и крошечная детская. На первом этаже в правой части от гостиной находилась столовая и небольшая кухня. Также справа от гостиной уходила вниз узкая короткая лестница, ведущая, вероятно, в подвал. Слева от гостиной находился маленький коридорчик, уводящий к двум спальням и прилегающим к ним ванным комнатам и небольшому кабинету-библиотеке, с книжным шкафом, письменным и компьютерным столом, на котором стоял ноутбук с выходом в интернет и принтер.

Прямо за спальнями на первом этаже располагался ещё один узкий и довольно длинный коридор, отделяющий современную часть дома от старой, в которой находились две небольшие комнаты, одна напротив другой. В них была сохранена обстановка начала XIX века.

– Что это за комнаты? – поинтересовалась Камилла, когда девушка, проведя её с Максимом по узкому коридору, неожиданно распахнула дверь в ещё одно помещение.

– Они чудом сохранились при пожаре. Вы знаете, здесь в XVIII веке было небольшое поместье. Оно погибло в пожаре, полагаю, во время войны 1812 года, – пояснила девушка. – Но эти комнаты чудом уцелели, как часть старого здания. Удивительно, правда? Мы их полностью отреставрировали. В обеих комнатах есть камины, и ими можно пользоваться. Кстати, даже часть мебели чудом сохранилась в огне. Например, это небольшое бюро и столик. А в той комнате часть камина. Мы думаем, это будет очень интересно, особенно любителям древности.

Камилла пожала плечами и взглянула на мужа. Он только что подошёл к ним, так как на что-то отвлекся в узком коридоре, и теперь с интересом заглядывал в комнату. Уж ему-то это точно придётся по вкусу. Но Камилла не любила такое, а точнее, побаивалась.

– Наверное, это очень интересно, – небрежно ответила она девушке и слегка поморщилась. – Надеюсь, тут никто не умер.

Девушка снисходительно улыбнулась.

– Дом имеет многолетнюю историю, если вам интересно, вы можете познакомиться с небольшой информацией о хозяевах. Правда, довольно скудной, но…

– Хорошо, – быстро ответила Камилла. Ей вдруг захотелось вернуться в цивилизацию, а не рассматривать старые вещи, бог знает, какого там века.

– Идёмте, вы ещё раз покажете мне столовую, – обратилась она к девушке. – Идём, Максим. Мы потом всё здесь осмотрим.

***

– Камилла, ты не хочешь внимательнее осмотреть дом, – предложил Максим. – Или ты устала?

Она пожала плечами. Сегодня с утра они гуляли по окрестностям, потом обедали в маленьком ресторанчике, потом побывали в ещё одном живописном месте и вернулись домой не более часа назад. Долгая пешая прогулка слегка утомила Камиллу.

– Думаю, в библиотеке есть книги, которые тебя заинтересуют, – сказала она мужу. – Ты же любишь читать. Какой здесь все-таки красивый вид! – восторженно продолжила Камилла, глядя в огромные окна гостиной.

– Да, вид прекрасный, – отозвался Максим. – И в столовой очень красиво.

– Да, – ответила Камилла. – И всё очень функционально. На кухне стиральная и посудомоечная машина, и куча другой техники, и всё распределено на зоны, очень удобно.

– Дом, вероятно, рассчитан на большее количество гостей, – продолжил Максим, – но так получилось, что мы одни.

– Нам повезло, – улыбнулась Камилла.

– А что это за лестница справа? – вдруг спросил Максим. – Я её вчера не заметил.

– Может подвал? – предположила Камилла. – Я тоже не обратила внимания.

Макс быстро шагнул на лестницу, и Камилла нехотя последовала за ним.

– Точно подвал, – быстро спустившись, Максим легонько толкнул дверь и ступил в тёмное узкое помещение. – Иди сюда, Камилла, – позвал он.

Она вошла вслед за мужем. Максим уже успел включить свет и с интересом разглядывал помещение. Подвал оказался очень маленьким, узким и довольно пустым. Вдоль стен тянулись полки, на которых находилось несколько пустых вместительных контейнеров под одежду, какая-то посуда и пара ящиков с инструментами. В углу стояло несколько пустых картонных коробок и лежал кусок плотной тёмно-бордовой ткани с кистями, напоминающий то ли старинную скатерть, то ли штору.

– Максим, зачем мы здесь? – Камилла поёжилась. – Что тебе вдруг вздумалось идти сюда?

– Ты трусишка! Просто интересно, – весело ответил Максим. – Знаешь, какие тут могут быть спрятаны древности?! Сделаем Сашке подарок. Вдруг найдём клад!

– Макс, это просто пустой подвал, – раздражённо произнесла Камилла. Ей почему-то стало очень неприятно находиться там.

– Ты знаешь, что здесь когда-то был старинный дом?

– Ну и…, – Камилла недовольно дёрнула плечом. – Макс, короче, это без меня, ладно.

– Ладно, – с сожалением вздохнул Максим и покорно последовал за женой к выходу и тут же остановился.

– Что это? Постой, я хочу посмотреть, – Максим вдруг ринулся в угол и резко отдёрнул тяжелый кусок пыльной бархатной ткани. – Здесь картина! – воскликнул он. Камилла быстро подошла к мужу, а он уже успел вытащить холст из-под ткани.

– Смотри, рама как будто новая. Да и картина отлично сохранилась! Что это? Чей-то портрет, кажется! – воскликнул он. – Тут ничего не разглядишь! Тусклый свет. Идём в гостиную.

Максим стремительно вошёл в гостиную и поставил портрет на столик, прислонив к стене, чтобы он не упал.

– Боже мой! Какое лицо! – воскликнул он и, отступив на несколько шагов, вперился взглядом в холст. Камилла тоже подошла и остановилась перед ним.

На портрете был изображён высокий стройный юноша, лет двадцати. Он стоял, слегка опершись на каминную полку. Белый украшенный золотыми нитками и пуговицами камзол, надетый поверх рубашки с кружевными манжетами, подчеркивал его прекрасную фигуру. Высокий воротник полностью закрывал шею, а на смиренно сложенных руках были изящные тонкие перчатки, почти сливающиеся с пальцами. Больше всего поражало его лицо. Густые тёмно-каштановые волосы, струящиеся мягкими волнами, были слегка откинуты назад, обнажая высокий лоб. Глубокие, синие, словно кусок июньского неба глаза, обрамлённые мягкими густыми ресницами, поражали своей глубиной и невыразимой печалью. Лёгкий, едва заметный румянец на щеках подчеркивал безмятежную нежность черт его овального лица с прямым носом, широкими скулами и мягким подбородком с ямочкой. Только плотно сомкнутые чуть припухлые губы, казалось, таили в опущенных уголках нечто скорбное. Сказать, что он был красив, значит, ничего не сказать.