Марина Удальцова – Неведьма (страница 10)

Ардат бежал, бежал по коридорам кампуса, бежал подальше от неё, подальше от всего, что мог бы сейчас позволить себе с ней сделать. Он не знал, куда можно пойти, поэтому ноги сами принесли по знакомому маршруту в сторону кухни и столовой. Заботливая кухарка Гаррета поинтересовалась:

– Вам плохо?

– Я… Да. Мне плохо.

– Да у вас жар! – засуетилась она, вытирая испарину с его лба.

– Просто голова мутная. Устал, никак не приду в себя с дороги.

Ардат окунул голову в чан с холодной водой, стал поливать себе на затылок – и постепенно ощущение сна проходило. Тем временем Гаррета сварила глинтвейн и вручила ему кружку:

– Иди, сынок, выпей и приляг. Поспишь крепко, а утром не спеши на завтрак. Приходи на кухню, как выспишься.

Ардат взял ароматное горячее пойло и аккуратно побрёл к себе в комнату, стараясь не расплескать его. Эти женщины с этими их зельями…

В комнате Ардат не торопился залпом пить пряное тёплое вино, а прислушивался к своим ощущениям с каждым глотком – он хорошо помнил опыт смешения двух зелий. Но глинтвейн разливался по нутру уютным, исцеляющим теплом. Душный, вязкий сон, в который погрузило его драконье пойло, постепенно отступал. Закрыв глаза, Ардат видел Кринию – величественную, будоражащую и невозможно красивую Кринию в полумраке её комнаты. Тогда он сделал над собой усилие, чтобы там, за закрытыми глазами, ещё раз закрыть глаза – в той глубине обитал обычный, здоровый, бодрящий сон, который победил его уже к девяти часам вечера и лечил его до утра.

Глава 6. Дракон, которого не было

Ардат с облегчением обнаружил, что голова с утра вполне ясная. Впрочем, с утра ли? Он выглянул в окно и втянул носом свежесть и сырость. Уже был день-деньской. Тучи прогнали солнце, но дождь, кажется, не намечался. Ардат поёжился и снова плюхнулся на перину, внимательно прислушиваясь к своему телу и по очереди спрашивая о самочувствии каждый уголок своего организма. Из неполадок – только голод и жажда, остальное было вроде бы в норме.

Он попытался воззвать ко вчерашним событиям, прокрутил в голове Кринию с её зельем, и всё, что наговорил ей вчера. Видеться с ней не хотелось – не было сил сглаживать все эти неловкости и признания. Наверное, он был на неё обижен, даже зол. Ардат всё вертел в голове, что же делать дальше. Продавать шкуры? Наверное, все сразу продавать не стоит, к тому же, половина шкур у Кринии, а идти к ней он уж точно сейчас не собирался. Ну, как можно начинать своё дело с таким вот работником, который, того и гляди, подольёт какую-то волшебную гадость, от которой то крышу снесёт, то рога с копытами проявятся!

И тут Ардату в голову пришла отличная идея. Он подскочил на кровати. Быстро собрался, привёл себя в порядок, потом забежал на кухню перекусить. Благо, завтрак давно прошёл, а до обеда было не скоро – его миновала встреча с Кринией.

– Ваша подруга искала вас. Я сказала, что вы отдыхаете, – услужливо отозвалась Гаррета.

Подруга, ага. С такой подругой и врагов не надо: сама с блаженной улыбкой и зелье подсунет, и грехи отпустит, и на тот свет сведёт. Он попросил:

– Гаррета, а можете то же самое ей сказать и насчёт обеда? И ужина. Я ещё немного отдохну.

– Ох, молодые, горячие, впутываете меня в свои игры… – заворчала она и с улыбкой отвернулась.

Ардат улыбнулся и быстро ушёл осуществлять свой план. Ничего. Пускай попереживает. А то вертит им как хочет. Зелья она испытывает, видите ли! Магнесса недоделанная.

В другое время Ардат, конечно, не вломился бы к ректору и не разговаривал бы с ним таким требовательным тоном. Но тут был особый случай, который не оставил ему шанса нервно дрожать у двери, лепетать любезности и переминаться с ноги на ногу. Всё было прямо и просто:

– Профессор Норвен, я поеду с вашей группой, которая занимается расследованием. Ну, насчёт дракона. Я поеду с ними туда.

– Хм, – почёсывал бороду профессор. – Наша с вами юная магнесса будет в ярости.

Это она-то будет в ярости?! Ардат молчал, в какой ярости после её вчерашней выходки был он! В ярости она будет… Как же, сама невинность.

– Я был там. Я своими руками снимал с него шкуру. Я хорошо помню дорогу, потому что я управлял лошадью. – Подумал, помялся, и выдавил из себя, – А подвергать её опасности я не хочу.

Ха! Её. Опасности. Кажется, рядом с ней любой мужчина был в куда бо́льшей опасности.

– Ну, ладно, ладно. – профессор о чём-то глубоко задумался. Ардат всё переминался с ноги на ногу, боясь услышать отрицательный вердикт. – Что ж, едьте, молодой человек. Раз вы так преданы делу, думаю, вы пригодитесь.

Ардат понятия не имел, чем он там может пригодиться и с кем вообще он едет, но эти кто-то явно были, по его мнению, не так коварны и опасны, как Криния. Да и ему нужно было сейчас встряхнуться и отдохнуть от неё. А то она слишком уж скрасила последние несколько дней его скучной размеренной жизни.

Спутников своих Ардат увидел только в сам момент отъезда. Он почему-то ожидал увидеть тут и Норвена, но тот даже не вышел проводить их.

Двое были крепкими рыжебородыми мужиками, по виду – суеверные северяне, вооружённые до зубов не только оружием, но и кучей оберегов: висящих на шнурках на шее, вплетённых в браслеты, вытатуированных на коже, гравированных на доспехах. При знакомстве они по очереди пожали руку Ардату и даже каким-то чудом умудрились не сломать ему пальцы.

– Я Ргор, – кивнул Ардату тот, у которого борода была подлиннее и чуть посветлее. Он с хитрецой хихикнул, когда увидел, как Ардат скривился при рукопожатии. – А вот это, – кивком указал он на того, который уже полез на ко́злы, – Гранг.

Ргор остался в кузове телеги. Гранг был посуровее и, казалось, вовсе не разговаривал без надобности. Ардат глянул на него, а тот не очень дружелюбно зыркнул в ответ из-под своих косматых бровей. Ардат стушевался, а Ргор добавил:

– Не дрейфь, он добрый. Просто строит из себя. – И гоготнул.

Ардат пожал плечами и полез в кузов телеги. Вскоре туда, едва её не перевернув, влез и Ргор. А за ним – ещё двое.

Один – статный, подтянутый гладко выбритый черноволосый франт в тоненьких очёчках. Он всё постоянно вертел в руках изящную трость из тёмного дерева, на одном конце которой был аметистовый набалдашник. Манерный и утончённый, он скорее был похож на фокусника из бродячего цирка, чем на участника расследования. Он и одет был не по-походному, а при полном параде, словно ему вот-вот скомандуют «Ваш выход!» и он отправится очаровывать публику. Особенно девиц. У Ардата почему-то не было сомнения, что этот франт с триумфом покорял сердца юных девиц.

Другой – тоже жилистый, но не подтянутый, а как-то по-некрасивому худощавый, с вытянутым лицом и мерзкими острыми усиками, как у жука. Он и руки-ноги растопырил, словно жук, когда уселся в телегу и всё старался устроить свои аномально длинные конечности поудобнее. Но у него не очень получалось: он то локтем пихался, то ногой задевал. И даже не думал за это извиняться. Его оружием был блокнот, которым он отгородился ото всех и, бормоча себе под нос, то что-то записывал, то листал его и сверял прошлые заметки.

Такой была четвёрка спутников Ардата. Ну, а пятым был сам Ардат.

Пока они ехали, Ардат успел изрядно поджариться на солнце и злой как нечисть на ту, из-за кого он сейчас трясся в телеге, всё сочинял в голове гневные речи, которые ей скажет по приезде. Но придумать вменяемую и убедительную речь ему так и не дали. Этот жукоусый всё выпытывал и выпытывал, чем дико надоел Ардату так, что он уже готов был его стукнуть:

– Так вы даже не обратили внимание на тушу дракона рядом с вашим местом привала?

– Нет.

– Но туша воняла, вы сказали.

– Ага. С утра воняла.

– А вечером?

– А вечером не воняла, – уныло протянул Ардат.

– То есть, когда вы ложились спать вместе с госпожой магнессой, туши не было или она не воняла?

До того он елейно сказал про «спать вместе с госпожой магнессой», что Ардат как-то прослушал саму суть вопроса, зато повернулся к этому жукоусому хаму и до того сильно стиснул зубы, что от злости даже скулы заиграли, перекатываясь.

Сочувствие пришло откуда не ждали: Ргор пихнул локтем в бок этого жукоусого умника, который до этого уже несколько раз неуклюже ткнул Ргора острым локтем:

– Чой-то ты затрынделся, Гроубер. Давай, затыкайся уже. Ща приедем и глянем всё сами.

Гроубер потёр рёбра, надулся, словно ему нанесли кровное оскорбление, и последовал дельному совету. Ардат попытался благодарственно кивнуть своему грузному спасителю, но тот уже отвернулся и уставился куда-то в небо.

Коллегиум выделил им добротный открытый экипаж, поэтому даже какое-нибудь «хррруп-скрип!» не разбивало плотную, неудобную тишину, повисшую после этой маленькой перепалки.

Показался лесок. Они миновали то место, где чуть подальше вглубь леса было озерцо, куда они свернули и где Криния часами отмывалась от драконьего смрада, а Ардат украдкой подглядывал за ней из-за кустов. Он сам не заметил, как губы растянулись в улыбке.

– Что случилось? – вгляделся в его лицо изящный франт. – Вы что-то вспомнили важное?

Ардат боднул головой и наморщил лоб.

– Да так, ерунда. Это не по нашему делу.

– Сосредоточьтесь, молодой человек. Надо сейчас думать о деле, – занудным учительским тоном заметил тот.

Вскоре Ардат сменил Гранга на козлах, чтобы показать то самое место.