Марина Целовальникова – Все тропы ведут домой (страница 7)

– Привет, Ласточка! – звонко сказала Соня, и это детское прозвище, которое Лера не слышала, казалось, сто лет, кольнуло её в самое сердце сладкой и горькой одновременно болью. – Ну что, собираемся? Я сейчас повезу тебя в парикмахерскую! – Она шагнула вперёд, и комната сразу наполнилась её энергией. – Волосы-то у тебя какие! До плеч уже, какая красота! – Она весело, по-девичьи потрепала Леру по отросшим прядям, и та невольно улыбнулась.

Лера надула губы, изображая недовольство, которого на самом деле не было. Была лишь лёгкая, знакомая паника от предстоящего выхода в большой мир, смешанная с тёплой благодарностью за эту заботу.

– Ну её, зачем я согласилась… – пробурчала она, отводя взгляд.

– Как «зачем»? – Соня руками упёрлась в бёдра, изображая грозную фурию. Её зелёные глаза сверкали. – Чтобы быть самой красивой! Потом пойдём с тобой к визажисту, а потом – фоткаться в парк! Давно мы не гуляли как следует. Сейчас помогу тебе одеться.

Одевание было своим особым ритуалом. Лера научилась делать это почти самостоятельно, но некоторые вещи – например, застегнуть узкие джинсы на несгибающемся туловище или надеть ботинки – всё ещё требовали помощи. Соня делала это легко, без тени смущения или жалости, болтая о каких-то пустяках, и Лера была ей за это безмерно благодарна.

Сентябрь выдался на удивление тёплым, почти летним. Воздух был прозрачным и звонким, пах опавшей листвой, сладковатым дымком и далёким морем. Девушки пришли в небольшую, но уютную парикмахерскую, пахнущую краской, жаром фенов и дорогим кофе. Лера на мгновение застыла на пороге, чувствуя, как десятки глаз устремляются на неё и на её коляску. Но Соня, как щит, встала рядом, и этот момент неловкости прошёл.

– Ну что, будем делать? – спросил мастер, молодой парень с розовыми волосами и добрыми глазами, ловко взбивая полотенцем её влажные волосы.

Лера посмотрела на своё отражение в зеркале. Короткие, неровные пряди, оставшиеся после больничной стрижки… Болезненная бледность, огромные глаза и этот шрам… Исцеление нужно было не только душе. Ей нужно было заново научиться видеть в этом отражении – себя.

– Давайте каскад, – твёрдо сказала она. – И лёгкую укладку.

Каскад – градуированная стрижка, где пряди ниспадают мягкими волнами, от самых коротких на макушке до более длинных у кончиков. Она должна была придать объём её тонким волосам, обрамить лицо и скрыть некоторую асимметрию, вызванную тем, что Лере долгое время было трудно ухаживать за собой. Это была стрижка для новой жизни.

Соня, сидя рядом в кресле и листая журнал, показала ей одобряющий жест – сжатый кулак с оттопыренным большим пальцем – и широко, по-солнечному, улыбнулась. «Всё будет хорошо», – словно говорила эта улыбка.

Стрижка заняла больше часа. Звук ножниц, щёток, фена… Всё это сливалось в умиротворяющий белый шум. Лера закрыла глаза, позволяя мастеру творить. Когда он наконец развернул её кресло к зеркалу, она ахнула.

Из зеркала на неё смотрела незнакомка. Мягкие волны каштановых волос обрамляли её лицо, делая скулы более выразительными, а глаза – ещё больше и глубже. Шрам был всё так же заметен, но теперь он не доминировал над всем образом, не был первым, что бросалось в глаза. Он стал просто деталью, шрамом, как у пирата или отважной путешественницы. В её отражении была лёгкая усталость, но и сила, которую она в себе не помнила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.