Марина Светлая – The Мечты (страница 39)
Фьюжн:
К ее удивлению, значок напротив аватара позеленел почти сразу, и было ясно, что онлайн ее «форумный» с компьютера. Его пальцы, похоже, торопились, поскольку очень быстро набрали ответ.
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Женя ответила не сразу. Она снова отвлеклась на вид за окном. Что-то было в словах Art.Heritage, что зацепило, но она не могла понять – что именно. Он говорил это о себе, а казалось, будто и о ней.
Фьюжн:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Art.Heritage:
Фьюжн:
Art.Heritage:
Art.Heritage:
Art.Heritage:
Art.Heritage:
Он продолжал что-то еще писать, когда Женя бросила взгляд на часы и оторопела. Обед уже десять минут как закончился, а ей еще добежать до университета. Рассчитавшись с официанткой, она выскочила из кафе и думала лишь об одном – как не попасться на глаза главдракону.
И от этой напасти провидение ее отвело самым счастливым образом – впрочем, Жене последнее время во многом везло, и все обстоятельства вокруг нее складывались неожиданно, но всегда занятно. Ей давно не было так интересно жить, как последние месяцы. Ей самой, лично, без рассказов про чужих людей, что ее окружали. И даже Шань со своей бесконечной любовной историей оставалась где-то далеко от нынешнего Жениного настроения.
Однако прямо в этот день и прямо в двадцать минут третьего она обнаружилась сидящей на ступеньках крыльца их корпуса с мороженым в руках и щурящейся на солнце.
- Не лети! – важно сказала Таша. – Наша фея ускакала в налоговую. А значит, ее минимум час еще не будет!
- Хоть бы ее там подольше подержали, - выдохнула Женька, устраиваясь рядом.
- А она им какую-то форму умудрилась неправильно сдать, вот и приклепались. Так что это, скорее всего, надолго. Ты же знаешь, как ее там любят. Будут нарочно еще издеваться.
- Не злобствуй, - улыбнулась Женька и прикрыла глаза, пригревшись на солнце.
- Не получается, - легко рассмеялась Таша. – Мороженого хочешь?
- Не-а. А тебя чего на мороженое потянуло вместо работы?
- Ну мне ж пирожные из Парижа не возят, а сладкого тоже хочется. Пока дядя Вадя на больничном, Андрейка круги наматывает, обедом кормит, а десерт зажал. Ты-то небось со своим встречалась в перерыве?
- Это ты сейчас радуешься или завидуешь? – весело уточнила Женька и подтолкнула Ташу плечом.
- Радостно завидую, - улыбнулась от уха до уха Шань. – Но мне можно, я же по-доброму, по-хорошему. И я не глазливая. Как у тебя с ним?
- Замечательно! – Женька приоткрыла один глаз и деловито заявила: - И не вздумай завидовать даже радостно!
- Ты, когда счастливая, совсем невыносимая, - развеселилась Ташка. – У тебя даже лицо блаженное делается, куда там Юраге!
К счастью Жени, Шань была довольно посредственным физиономистом. В противном случае она бы обязательно заметила, что Женина улыбка вмиг стала искусственной – она всего лишь продолжала держать лицо.
- И при чем здесь Юрага? – спросила она, выдерживая шутливый тон.
- Ай! Прикинь, мне сегодня Андрейка рассказывал про этого ненормального. В общем, они… ну наша верхушка, решили его испытать на вшивость и заодно проверить слухи. Мальчишки, че с них взять? До сих пор играют, кто кого перепьет и у кого пиписка больше. А велофинансист два года темной лошадкой скачет, хоть ректор его и любит. Короче, в выходные придумали план пойти в сауну. Ну и типа его пригласили. И давай заливать, что девочек позовут или в стрип-бар запрутся. Ну что-то такое. Так этот придурок сказал, что ему и так есть чем заняться, прикинь! – Таша вскинула брови и поводила ими вверх-вниз. Глаза ее выражали высшую степень загадочности. А потом она заговорщицким тоном продолжила: - Теперь ты понимаешь, о чем я говорю?
- Не очень, - отозвалась Женя.
- Ну что не по бабам он, Малич! – громко и задорно воскликнула Таша, так что слышали, наверное, все присутствующие на крыльце, а их накопилось немало. В отсутствие главдракона народ оккупировал и лестницу, и все местечки, подходящие для курения, распития кофе и банального трындежа.
И что хуже всего, именно в это время в Женино поле зрения попал тот самый Юрага, стоявший со стаканчиком где-то сбоку от них и уткнувшийся в телефон. Однако, судя по краснеющим кончикам ушей, слышал он довольно много. Возможно даже с самого начала, включая Ташины расспросы относительно Жениного романа.
- Наш Тёмыч – типичный гей! – продолжала громогласно вещать Шань. – Ну какой нормальный мужик в своем уме откажется от Андрейкиного предложения, а? А в сауну не пошел наверняка чтобы не прельститься дядьВадиной задницей. А то встанет у него на дядю Вадю, и все! Прощай репутация!
- Наташка! – шикнула на нее Женя. – Во-первых, ты говоришь ерунду и домыслы, в которые уперто веришь. А во-вторых, это вообще не твое дело – кому и чья задница нравится!
- Но ведь интересно же! – не унималась Таша, так и не замечая предмет своей пламенной речи. – Он же молодой мужик! Он же должен кого-то трахать, Жека! Ну не бывает так, чтоб никого. А Тёмыч в Европе учился. Может, нахватался там толерантности, вот и практикует теперь!
- Ты-то откуда знаешь, что никого? Не все такие, как твой Андрейка, чтобы трахать все, что движется, и так, чтобы все об этом знали. Даже те, кого он трахает.
- Да он вообще на баб не реагирует! Я проверяла!
Одновременно с этим Женя наблюдала, как Юрага отпил из стаканчика свой кофе, а после уставился на нее. Взгляд у него был такой, что можно задохнуться. Горячий, душный, почти раздевающий.
Потом он коротко усмехнулся и снова уставился в телефон. Кончики его ушей, меж тем, продолжали алеть.
Женя суетливо отвела взгляд, но насмешливый чертик, живущий в каждой барышне вне зависимости от возраста, деловито поинтересовался: