Марина Суржевская – Забытое (страница 22)
Многие жители Империи почему-то считали, что бесцветные лорды Колючего Архипелага не чувствуют холода. Но это было заблуждением. Киар ощущал, как зимний мороз кусает его кожу и забирается в жилы. Но он умел с ним договариваться и приветствовал как друга, а не как врага.
Постояв ещё немного, лорд размял шею. И принялся за дело.
Он нагреб кучу снега и слепил вытянутое тело, четыре лапы, хвост и морду. Закончив, Киар поднялся и внимательно осмотрел то, что у него получилось. Снежная фигура мало напоминала волчью, но полное сходство было и не нужно. Главное – впереди.
Снова опустившись на корточки, лорд Колючего Архипелага разрезал ладонь и кровью вывел алые глаза волка и звериный оскал. А затем снял с руки массивный перстень и вдавил в снежную морду – как раз посередине волчьего лба.
– Алое на белом, мертвое на алом, силой Вьюги зову! Силой крови и снега приказываю! Отзовись! – забормотал Киар, разбрызгивая по снежной фигуре свою кровь.
Уродливая фигура вдруг шевельнулась. Плохо слепленные снежные конечности выпрямились, и волк встал на ноги. Встряхнулся, сбрасывая с серебристой шерсти капли крови и ледяную крошку. Миг – и вместо гротескной фигуры на пустоши оскалился живой белый волк с яркими кровавыми глазами и перстнем посреди лба. Его голову венчала железная корона с тремя рубинами в центре.
Киар одним движением опустился на колено и склонил голову.
– Ваше Величество, – выдохнул он.
Волк некоторое время не двигался. Его кровавый взгляд осмотрел пустошь и затянутые дымкой снега стены Вестхольда и лишь после переместился на застывшего коленопреклонённого лорда. Из открытой пасти донесся приглушенный расстоянием голос:
– Киар, наконец-то. Вьюга сберегла тебя. Я рад.
– Хвала Вьюге, Ваше Величество, – Киар не поднимал головы, приветствуя того, кто на далеком Севере мог говорить с ним через снежного голема.
– Посмотри на меня.
Киар рывком поднял голову, встречая алый волчий взгляд.
– Ты не ранен? – поинтересовался король Колючего Архипелага. В его голосе не было эмоций, но даже сам вопрос дорогого стоил.
– Со мной все в порядке, благодарю, Ваше Величество. С Рейной тоже.
Волк остался безучастным к здоровью сестры Киара.
– Ледяной Круг будет счастлив услышать столь прекрасные новости, Киар. Но ты использовал мертвый артефакт, – в глухом голосе едва уловимо проскользнула озабоченность. – Это запрещено законом Двериндариума. Верховный февр может…
– Верховный февр мертв, – глухо произнес бесцветный. – Как и весь Малый Совет – за исключением леди Куартис.
– Вот как, – после короткой паузы продолжил волк. Эмоций в голосе короля по обыкновению не было. – Какая потеря для Империи. Мы не могли поверить, что Двериндариум действительно захвачен. Однако… Расскажи, что произошло.
Киар сухо и без подробностей поведал все, что знал. Вот только упоминать о Вивьен он почему-то не стал…
– Ржавый Король? – легкое недоумение в бесстрастном голосе. – Кто он такой?
– Пособник ренегатов. Негодяй и наглец!
Серебристый волк оскалился, его глаза влажно блеснули.
– Я слышу в твоих словах чувства, Киар. Это ненависть?
Бесцветный замер, коря себя за проявленную слабость. Выказать чувства для лорда Колючего архипелага – дурной тон. Проявить их в присутствии короля – непростительная глупость.
Но волк повел мордой, словно понимая и разделяя эмоции одного из своих наследников.
– Пожалуй, я соглашусь с тобой, Киар. То, что сделал этот мальчишка – невиданная наглость. Но в и смелости ему не откажешь. Степень его опасности?
– Низкая. Он захватил Двериндариум за счет силы чудовищ и неожиданности. Но парень не сможет его удержать. У него нет ни тактики, ни стратегии. У него есть… слабости.
– Как и у всех. Как и у тебя, – кровавые глаза волка мигнули. – Твоя сестра. Не так ли? К тому же на острове находятся другие люди, которых ренегаты могут использовать словно живой щит, – мгновенно оценил обстановку король и магистр военных искусств Севера. – Твоя позиция?
– Выжидать.
– Разумно, – кровавые глаза волка потускнели – время заканчивалось. – На большой земле уже стоят наши войска, Киар. Мы ищем способ попасть в Двериндариум. Имперские легионы заняли весь берег. Главная опасность – это Взморье и зеркальные лучевые установки на сторожевых башнях. Если ты найдешь способ их отключить…
Продолжать король не стал.
Киар склонил голову, показывая, что понял.
– Есть еще кое-что, Ваше Величество, – бесцветный помедлил и нахмурился, тщательно взвешивая свои ощущения и наблюдения.
Король Севера молчал и не двигался, лишь поблескивали кровавые глаза и рубины в короне.
– Я думаю, равновесие нарушено.
Волк ощерился и тихо зарычал. И это говорило о волнении короля.
– Думаешь? – рявкнул он громче, чем было нужно.
– Уверен, – на этот раз голос Киара прозвучал твердо. – Тот, кто именует себя Ржавчиной – не понимает, чем является Дверь. Глупый, необразованный наглец! Он нарушил главный закон Двери. Провел легион существ за короткий промежуток времени. И у многих были при себе части Мертвомира. Бусины, ткань, камни, железо… слишком большой поток! Они нарушили равновесие. Я вижу признаки, Ваше Величество. Мертвомир слишком близко. В теории это приведет к изменению или исчезновению всех Даров.
Серебристый волк снова зарычал. Мотнул головой.
– В Великой Северной Пустоши родился горячий источник, от которого тает ледник, – глухо, словно через силу произнес король севера. – Мы обеспокоены. Ты прав, Киар, происходят тревожные изменения. Это необходимо остановить!
Бесцветный кивнул, показывая, что понимает опасность. Но потом в упор глянул на серебристого волка.
– Думаю, мне понадобится сила рубиновой короны, Ваше Величество. И право на ее использование.
Волк сверкнул глазами и оскалился.
– Ты просишь о многом.
– Не больше, чем необходимо, – властно ответил Киар. – Вы знаете, что стоит на кону.
Волк щелкнул зубами.
Двериндариум. Кто владеет им, тот владеет Империей.
И это понимали оба собеседника. Король смотрел внимательно. Киар Аскелан был не первым в списке претендентов на престол севера. К тому же он был «разделенным» – так называли тех, кто разделил свою силу и кровь с близнецом. Киару не повезло поделиться ими с сестрой.
Но новое положение дел могло все изменить. Кардинально.
– Север будет с тобой, Киар. И сила короны – тоже. Делай то, что должен.
– Благодарю, Ваше Величество, – отозвался Киар.
И рухнул на оба колена, когда его лоб сдавил обод. Три рубина, некогда вынесенные из Мертвомира и меняющие всех наследников рода, вспыхнули на голове бесцветного алым огнем. Кровавыми камнями завладел первый король севера, а лучшие двери-асы Архипелага вставили их в железную оправу. И сейчас Киару казалось, что венец слишком тяжел для него, что он не выдержит, а голова треснет, как переспелая ягода. Его жилы раскалились жаром, тело пронзила острая боль.
Надеть рубиновую корону и направить силу артефакта мог лишь наследник короля, потому север всегда был обособлен от остальной Империи.
Стиснув зубы и не позволив себе ни малейшего стона, Киар встал с колен. Невыносимое давление обода уменьшилось, а потом и вовсе исчезло. Как и сама корона. Она стала невидимой, но лорд все ещё ощущал ее тяжесть на своей голове.
Серебристый волк кивнул.
– Вьюга согреет и направит тебя.
– Да будет она милостива, – отозвался бесцветный.
Но зверь уже рассыпался, оставив после себя лишь кучу грязного снега.
…От буйства красок кружилась голова. Я шла по прекрасному саду, наполненному цветущими растениями, которым не знала названия. Куда ни посмотри – повсюду цветы, листья, стебли… я опустила взгляд на узкую дорожку под ногами и мимолётно удивилась, что стою на ней босиком. Но холода не ощущала. Напротив! Мягкое тепло окутывало тело, одетое в тонкую светлую накидку.
Мягко ступая, я двинулась дальше. Легкая серебристая дымка окутывала сад. Я коснулась крупного цветка, склонившегося над дорожкой. Пальцы ощутили плотность и прохладу лепестков, каплю росы на живом бархате. Улыбнувшись, двинулась дальше.
И вдруг поняла, что нахожусь не в саду. Это был город. Ρастения расступились, и я вышла на каменную террасу с резными перилами. Осторожно положила ладони на гладкое, полированное дерево. Посмотрела вниз. И замерла, пораженная открывшимся видом. Тысячи золотистых шпилей, красивые здания с карминовыми крышами, сияющие купола и зависшие в воздухе каскады висячих садов, мощеные белым камнем улочки и множество, множество арок…
Самый прекрасный и невероятный город, который только можно вообразить.
В глубине моего сознания шевельнулось сомнение. Где я? Неужели каким-то странным образом я оказалась в Ρутриеме – столице Империи? Но… что-то подсказывало, что сейчас, в разгар зимы, даже в Ρутриеме нет таких садов. И таких шпилей, крыш, хрустальных витражей, бесчисленных каскадных ярусов, взбирающихся под облака – тоже нет.
Этот город был слишком похож на сказку о потерянном мире вечного блаженства и немыслимых чудес.