Марина Север – Венок русалки (страница 6)

Уже темнело, и, чтобы мясо не подгорело, подруга следила за огнем. По берегу расплывался запах жареного мяса. Выбравшись на берег и окутав себя полотенцем, Маринка села на одеяло. Ее трясло. Во рту оставался привкус грязной воды с тиной. Есть сразу же расхотелось.

Она не стала ничего говорить Вике, чтобы не пугать ее. Только потерла ту часть ноги, за которую ее схватили. Щиколотка была поцарапана. На поверхности кожи красовались три полоски, похожие на царапины животного. Она поморщилась от боли. «Когда приду домой, надо срочно будет обработать перекисью водорода, чтобы не было заражения».

Марина и Вика посидели еще часа полтора, поели шашлык, выпили вина и начали собираться. На небе уже показалась луна, и появились звезды. На улице было тепло, хоть и наступил поздний вечер. Вика перед уходом немного поплавала, а Маринка отказалась лезть в воду, объяснив это тем, что после вина, слегка кружится голова, и лезть в таком состоянии ей не хочется.

На обратном пути они посмотрели на дядю Ваню, который все так же сидел возле деревьев, держа удочку в руках. «Видимо, все-таки останется на ночь, – подумала Марина. – И не страшно человеку?»

Дорогу от озера было видно плохо, так как не было ни одного фонаря. Луна светила ярко, только поэтому можно было хоть что-то разглядеть. Странно, но почему-то именно в этом месте не было фонарей. Хотя недалеко от дороги, где было озеро, стояли дома. Дальше находилось кладбище, а после него еще одно озеро, куда ходили коровы на водопой.

До развилки девушки дошли быстро, а потом каждая пошла по своей улице. Вика заверила Марину, что завтра забежит поболтать, на том они и расстались.

До дома Марина добралась, когда уже окончательно стемнело. Нащупав ручку на двери калитки, девушка зашла во двор и услышала радостное повизгивание собаки. На встречу бежала кошка Маша. Погладив животных, Марина зашла в сени. «Где же этот выключатель? Хоть свет включить, а то ничего не видно». Пошарив рукой по стене в сенях и найдя нужную кнопку, Марина включила свет и вошла в кухню. Здесь выключатель нашелся быстро.

Марина бросила пакет с одеялом на диван и поставила греться чайник. Потом села на стул, включила телефон, чтобы посмотреть время, и вспомнила, что хотела позвонить мужу. На телефоне показывало половину двенадцатого. «Уже поздно для ночных звонков, завтра точно надо позвонить». Нажав на кнопку полного выключения мобильного телефона, она бросила его рядом с пакетом и пошла наливать чай.

Сегодня в магазине Марина купила себе набор пакетированного чая с разными вкусами. Найдя свой любимый – малиновый, налила в кружку кипятка, насыпала сахар и поднесла к губам. Горячая сладкая жидкость тут же обожгла горло. Вкусно. Сразу стало тепло и уютно. Неожиданно внизу щиколотки защипало, она вспомнила про свою ногу. «Черт. Надо обработать перекисью». Марина поковырялась, нашла нужное лекарство и вату и пошла в ванную комнату. Надо смыть с себя озерную воду.

Постояв под душем минут тридцать, она закуталась в большое банное полотенце и вышла из ванны. Оторвав вату и облив ее обильно перекисью водорода, Марина начала осторожно протирать царапины. Вроде ничего необычного. Раны не глубокие, покраснения нет, кровь не сочится, но вот в чем вопрос: Что или кто это был? На ветку или корягу под водой не похоже, потому что она чувствовала, как что-то ее схватило за щиколотку и дернуло на дно. При этом, она даже не почувствовала ни боли, ни прикосновения чего-то острого. Увидела царапины только на берегу, скорее, больше почувствовала. Ногу решила не перевязывать, от царапин еще никто не умирал.

Посидев еще пару минут, Марина переоделась в пижаму и разобрала постель. Пора ложиться спать. Время приближалось к часу ночи. За окном было темно. Марина легла под тонкий плед и почти провалилась в сон, когда услышала на улице жуткий вой. По звукам это была собака, но от такого воя кожа покрывалась мурашками, а на голове волосы вставали дыбом. Внутри неприятно пробежал холодок страха. «Что же это такое?»

Марина села на диване. Подходить к окну было страшно. Да и что в темноте можно было увидеть? Посидев пару минут, она легла и повернулась лицом к стене. Закрыв глаза, она попыталась уснуть, но неожиданно вой повторился. Было такое ощущение, что прямо под ее окнами. Марина от страха зажмурилась сильнее. Она вспомнила, как однажды свекровь говорила, что если ночью воют собаки, значит к покойнику. Марина попыталась подавить свой страх и уснуть. Сколько она еще проворочалась, неизвестно, но уснуть ей все-таки удалось.

Ночью снилась деревня, озеро и девушки с венками на голове, которые плескались в воде на самой середине. Пели песни, водили хоровод. Они звали ее с собой поплавать, но Марина отказывалась.

Из сна ее выдернули крики, доносящиеся откуда-то с улицы.

– Убилииииии… Господи, убилииииии!

Глава 3

Максим пришел домой поздно. В квартире стояла гробовая тишина. Жена, наверное, не дождалась и легла спать. Сняв обувь, он прошел в ванную, закрыл дверь и включил душ. Сегодня был тяжелый день. Было такое впечатление, что жизнь нашего города складывалась из одних дебоширов, пьяниц и мелких хулиганов. Слава богу, убийств практически не было. Приходилось выезжать на трупы, но в основном люди умирали либо от тяжелой продолжительной болезни, либо от старости.

Максим разделся и встал под горячие струи воды. Подставив под них лицо, он сразу почувствовал, как тело начало расслабляться. Усталость потихоньку отходила, ноги переставали ныть от постоянной ходьбы, а голова прояснялась. Постояв так четверть часа и смыв с себя дневную пыль, он накинул домашние шорты и пошел на кухню. Есть не хотелось, а вот чай с молоком, он бы выпил. Завтра – суббота, выходной, но ему на полдня нужно выйти на работу, доделать дела, а потом он свободен.

Максим налил в чайник воды, нажал кнопку включения и полез в шкафчик за пакетиком заварки.

В холодильнике стояло молоко, а на полках лежала нарезка мясная, сырная и колбасная. Марина всегда покупала такой набор, зная, что муж часто на перекусах.

В последнее время жена была какая-то странная, дерганая. Часто вскакивала ночью в постели, тяжело дышала, а потом до утра могла сидеть на кухне и пить либо чай, либо кофе.

Она пыталась с ним поговорить, но ему всегда было некогда. «Вроде ее мучили ночные кошмары. Говорила, что снится деревня, и какие-то страшные люди, похожие, то ли на зомби, то ли на призраков». Максим как-то раз сказал, что, может, ей обратиться к врачу или попить успокоительное. Марина обиделась и с тех пор перестала ему что-либо об этом говорить. У него и так на работе проблем хватает, еще она со своими сказками. Вчера завела опять об этом разговор, но он ее даже слушать не стал. «Может, все-таки нужно было сесть и выслушать жену спокойно? А потом вместе сходить к психологу. Раньше за ней не замечал такого».

Из глубоких мыслей его вывел щелчок чайника. Вода закипела. Максим налил себе кипятка в кружку, которую жена подарила на 23 февраля, с логотипом МВД, насыпал сахар и налил молока. Взяв горячий напиток, он направился в спальню, где спала жена. Вообще, Марина не любила, когда он приходил с едой в их комнату. Говорила, что для трапезы есть кухня, а крошки, которые остаются на кровати, это не гигиенично. Все-таки они в ней спят, да и от кружки часто отпечатываются следы на поверхности тумбочки, а если он, не дай бог, разольет кофе в постель, то та никогда не отстирается от пятен. И Марину это всегда раздражало.

Но сейчас она спала, и вряд ли проснется. Так что он тихонечко может допить свой чай у них в спальне, а завтра так же быстро утром уберет кружку на кухню. Просто спать очень хотелось, но и чаю тоже.

Открыв дверь, он не сразу отправился к кровати, даже не посмотрел на нее. Поставил кружку на тумбочку, тихонько, чтобы не шуметь, отодвинул одеяло и включил торшер. Повернулся и хотел, уже было, поцеловать жену, но ее место оказалось пустым, а кровать застелена одеялом.

Максим сначала испугался, ведь такого раньше никогда не было. Когда он приходил домой с работы, жена всегда была дома. Либо его ждала, либо уже спала. Но сейчас ее не было на месте, зато лежал белый лист бумаги, на котором было что-то написано. Максим взял его, почерк был жены, и начал читать:

«Максим, я уехала. Просто собрала вещи и уехала. Прости, что так получилось, но другого выхода у меня не было.  Мне надо разобраться, что со мной происходит. Я пыталась с тобой поговорить, но то ли из-за своей загруженности на работе, то ли из-за нежелания меня слышать, ты отвернулся от проблемы, которая меня мучает уже на протяжении трех месяцев.

Сейчас пишу, а самой хочется плакать. Мы с тобой в браке уже больше трех лет. Всегда все делали вместе, помогали друг другу. Как говорится, и в горе, и в радости. Но в последнее время ты отдалился от меня, перестал меня слышать. Возможно, я тоже в чем-то виновата. Но сейчас мне хочется разобраться в своей проблеме – в этих странных снах про деревню, в которой мы жили недолгое время с твоей матерью.

Я уезжаю туда. В тот дом, где прошел первый год нашей совместной жизни. Возможно, там я смогу найти свои ответы. Прошу тебя – не приезжай. Мне надо побыть одной. Я тебе не говорила, но с работы я уволилась. Директор местной школы позвал меня на должность бухгалтера, так что без денег я не останусь. Я обязательно тебе позвоню, но только тогда, когда смогу решить то, зачем еду. Все будет хорошо. И пожалуйста, береги себя. И, в конце концов, начни уже нормально питаться. Твоя М.»