Марина Север – Чёртово наследство (страница 3)

Сердце пропустило удар и рухнуло куда-то в похолодевшие ноги. Липкий ужас, пополз по позвоночнику. В старом деревянном вагоне, мчащемся сквозь майскую ночь, не могло быть минусовой температуры. Законы физики сдались, капитулировали перед чем-то древним и необъяснимым.

А потом Марина увидела ее.

Прямо за толщей ледяной корки в черной пустоте ночи стояла девушка. Она не бежала рядом с поездом, не цеплялась за поручни — она просто парила над мелькающими шпалами, ни на секунду не отставая. На ней было старинное свадебное платье: громоздкое многослойное облако пожелтевшего кружева и тяжелого шелка. Длинная фата, превратившаяся от влаги и мороза в обледеневший саван, тянулась за ней грязно-белым шлейфом.

Девушка смотрела прямо на Марину. Ее лицо, фарфорово-бледное, почти прижималось к стеклу с той стороны. Губы призрака беззвучно шевелились — она пыталась что-то сказать, предупредить. Ее глаза, темные и пустые, требовательно впивались в Марину, и в них была такая тоска, что у той перехватило дыхание. Марина прижалась к стеклу, силясь разобрать слова, но ни звука не пробивалось сквозь грохот колес и плотный слой льда. Только холод от окна проникал сквозь пальцы, напоминая, что между ними — не просто стекло. И вдруг купе наполнилось странным запахом — сырой земли, увядших лилий и сгоревших свеч.

Марина со страхом всматривалась в ее лицо, которое она как будто уже видела, но не помнила, где и когда. От девушки не исходило никакой злобы, только немой крик или какая-то мольба. Кто она? Зачем тревожит человека? Марине казалось, что вся магия, с которой она сталкивалась, давно забыта и похоронена на поляне, под тем самым ритуальным камнем, где приносили в жертву девушек.

Максим вдруг тяжело перевернулся во сне, крепкая мужская рука безвольно свесилась вниз, он что-то неразборчиво пробормотал. Этот звук разрушил наваждение. С тонким звоном рассыпающегося хрусталя оно исчезло.

Марина села в кровати, судорожно глотая воздух ртом. Простыня под ней была мокрой от холодного пота. За окном вагона занимался рассвет. Бледное солнце лениво мазало золотом верхушки сосен. Дождь прекратился, последние его капли медленно сползали по стеклу. Никакого льда. Никаких следов инея на бархатных бордово-красных шторках. Только размеренный, успокаивающий стук колес: тудух-тудух… тудух-тудух…

— Ты чего? — хриплым ото сна голосом спросил Максим, касаясь ее ледяного плеча. — Приснилось что-то?

Марина смогла лишь кивнуть, не в силах разжать намертво сведенные пальцы, которыми она до сих пор сжимала край спасительного одеяла. А на идеально чистом оконном стекле таяла единственная снежинка, которой там никак не могло оказаться в конце мая.

Марине не очень хотелось осматривать свое неожиданное наследство, но после визита к нотариусу Максим ее убедил. Парню было очень интересно, что за щедрый даритель оставил такую дорогую недвижимость его супруге.

Максим пытался выяснить все об этом человеке. Он поднял все свои связи, но так и не смог зацепиться хоть за какую-нибудь ниточку. След терялся за границей, а туда доступ был закрыт.

— Ты долго будешь заниматься черт те чем? — спросил как-то его начальник Любимов, когда вызвал его к себе. — Мне уже сверху звонят, говорят, что ваш сотрудник влез в секретные файлы.

Максим молчал, опустив голову.

— Нас по головке не погладят. По шапке дадут и пинком отсюда выкинут. Ты понимаешь это?

Любимов был хорошим мужиком, но, когда на него давили сверху, он был непреклонен в некоторых вопросах, касающихся его сотрудников.

— Максим, я тебе говорю — всё. Давай закругляйся со своими выяснениями. Нам оттуда, — он поднял палец вверх, — дали установку не лезть, куда не надо. А ты лезешь. Ну получила твоя жена наследство — радуйтесь и живите дальше. Чего ты все выясняешь?

— Сергей Петрович, вы ведь тоже мент. Значит, понимаете, что бесплатный сыр только в мышеловке. Нет у моей супруги никаких богатых родственников, тем более за границей. Ну не может она….

— Так! — Любимов стукнул по столу кулаком. — Я все сказал. Не лезь дальше в дебри. Весь отдел подставишь.

Потом он помолчал и уже спокойно сказал:

— А про бесплатный сыр я с тобой согласен. Такого не бывает просто так. Но лезть в секретную базу я тебе не позволю. Еще раз говорю, нет, предупреждаю. Если узнаю — получишь по первое число.

После этого разговора прошло месяца два. Максим написал рапорт о переводе в другое место. Он уже пробил по своим каналам, что в городке, где находится пансионат, есть отдел полиции. Небольшой, правда, но место для него нашлось. Любимов поспособствовал о переводе, написал характеристику и отпустил с миром. Но сказал, что, если вдруг Максим вернется обратно в свой родной город, он примет его с распростертыми объятиями.

Вика, в свою очередь, тоже пыталась выяснить хоть что-то об этом странном пансионате. Все новогодние праздники они провели вместе, не считая тех несколько дней, что Максим с женой находились в городе у отца Марины. Рождество — семейный праздник, когда родные собираются за столом. Даже младшая сестра прилетела из-за границы, чтобы повидаться с Мариной, зятем и отцом. Ирина была со своим мужем и маленькой Дашей, которой уже исполнился годик.

Вика с округлившимся до неприличия животом, поджав под себя босые ноги, гипнотизировала взглядом экран телефона, где ядовито-зеленая рамка рекламного баннера отчаянно мелькала перед глазами. Марина же сидела вполоборота, меланхолично водя пальцем по краю пузатой керамической кружки, оставляя на обожженной глине влажные полукруги.

За окном мела метель. Белые снежинки липли на окно, тая и оставляя мокрые следы на стекле. Третий час они тонули в бездне поисковиков, пытаясь сбежать от серой изнанки зимы, но алгоритмы лишь равнодушно подбрасывали им одно и то же. Сайты говорили о прекрасном спа-отеле «Тихая гавань» в двадцати километрах от небольшого городка.

— Что ни прочитаю, всё сводится к одному. Спа-отель — это тихий санаторий в экологически чистом месте, с великолепными пейзажами и… — протянула подруга, не закончив предложение, — а вот тут что-то интересненькое.

— Что? — Отозвалась Марина и придвинулась ближе к Вике.

Тонкий палец Виктории решительно щелкнул по айпаду. Монитор моргнул, прогоняя очередную глянцевую картинку. Это была даже не статья, а скорее старая цифровая страница небольшого тревел-блога. Ни кричащих кнопок «Забронировать», ни всплывающих окон со скидками. Только зернистая фотография, сделанная, кажется, на рассвете.

С экрана повеяло настоящим, густым хвойным духом. На них смотрело озеро — снятое сверху, оно казалось почти идеально круглым, словно врезанным в сосновый бор. Вода была тёмной, маслянистой, почти чёрной у берегов. Она как будто не отражала небо, а втягивала его в себя. У самой кромки лежали коряги, покрытые густым мхом. Над водой висела лёгкая дымка.

Девушки замерли, глядя на экран. А затем принялись жадно читать текст, бегая глазами по строчкам:

«Мёртвое зеркало? Скорее, целебная вода, — писал неизвестный автор. — Работники спа-отеля называют его Сердцем Бора. Говорят, его грязь помогает суставам, снимает усталость и успокаивает нервы. На закате вода будто загорается, отражая последние лучи солнца. Искупаться после грозы — всё равно что смыть с себя всё наболевшее за год. Целебная грязь со дна озера насыщена минералами времен ледника. Искупаться в озере спа-отеля “Тихая гавань” после грозы — это как заново родиться или сбросить старую кожу».

Вика судорожно вздохнула.

— Ты это видишь, Мариш? — ее голос сел до шепота. — Сбросить старую кожу. Я чувствую, как у меня прямо сейчас хрустит позвоночник от одного только чтения. Словно эта вода просачивается сквозь пиксели.

Марина отставила кружку. Она резко подалась вперед, опершись ладонями о край стола так, что пальцы хрустнули под тяжестью тела.

— Спа-отель «Тихая гавань», — прочитала она вслух, ткнув ногтем в подпись под фотографией. — Двадцать километров от областного центра. Никаких аниматоров, никакой громкой музыки по вечерам. Только тихий отдых на берегу лечебного озера. Красивые пейзажи за окном, ухоженная территория и лесной массив. В отеле есть удобные номера, трехразовое питание, комната отдыха, бассейн, сауна.

— Там же наверняка дыра дырой, полторы калеки на весь пансионат, — попыталась возразить Вика. — А вот озеро — волшебное, лечебное.

— Вряд ли. Посмотри на сам этот пансионат. Он сверкает дороговизной. Белые колонны, лепнина с изображениями странных существ — то ли зверей, то ли мифических созданий. Да и цены. Посмотри, — Марина нажала на стоимость за сутки.

Вика присвистнула от удивления.

— М-да. Не каждый себе это может позволить, — подруга восхищенно посмотрела на Марину. — Да ты у нас теперь богатая наследница!

Но что скрывается за этим неожиданным наследством, которое прилетело ей сразу, после событий, произошедших в деревне?

Марине вся эта история не нравилась. От пансионата, от этого озера, от всей дорогой обстановки веяло чем-то неясным, скрытым. Главное, чтобы ее больше не беспокоили монстры из прошлого. Она закрыла вкладки и посмотрела на Вику.

— Не нравится мне все это.

Подруга гладила свой большой живот.

— Марин, знаешь, пока сама во всем не разберешься, не узнаешь. Тебе стоит принять этот странный подарок. Может, ты зря переживаешь? Надо просто принять в дар этот райский уголок и не переживать?