Марина Серова – Женщина-загадка (страница 9)

– Место ее рождения удалось установить?

– Нет.

– Что, вам до сих пор не хватило времени – пробить погибшую по базе данных?

– Не совсем… В базе произошел сбой. Информация восстанавливается.

Я обратила внимание на то, что лейтенант вдруг заговорил более сдержанно, с явной осторожностью выдавая информацию. Так, Татьяна Александровна, будь начеку: лейтенант начал двойную игру! Посмотрим, удастся ли мне его перехитрить. Во мне сразу проснулся азарт. До этого момента я просто сидела и, скрывая скуку, слушала повествование лейтенанта. В основном он сообщил мне то, о чем я и без него уже давно знала. Теперь пришло ему время поделиться по-настоящему важной информацией, и лейтенант заюлил. Ну что же, молодой человек, вызов принят! Как гласит пословица: «На каждого хитреца найдется свой мудрец». Я изобразила невинное лицо и задала очередной вопрос:

– Надо же! И как долго будут восстанавливать базу? Ведь это подумать только – вся страна осталась без базы данных о своих гражданах!

– На самом деле существуют бумажные архивы, но в этом случае работа сильно затягивается, – лейтенант все еще осторожничал и скрытничал.

– А скажите – так, для моего общего развития, – бывает ли такое, что человека вообще нет в архивах?

– Ну, только в том случае, если сведения о нем недостоверные.

– Правда? Недостоверные сведения – это что же значит?

– Если, например, человек свой возраст скрывает или фамилию неверную указал.

Ага, вот ты и попался, голубчик! Лгать-то тебе, видимо, еще учиться и учиться. Ходишь со своим враньем вокруг правды – и сам же себя и выдаешь. Значит, наша незабвенная Алиса – вовсе не Харькова, а может, и не Алиса вовсе! Дамочка-то со скелетом в шкафу! Это уже интересно. Что ж, пойдем дальше.

– Вы бы поинтересовались у ее квартирной хозяйки, может, она в курсе, где следует искать родственников погибшей.

– Квартирную хозяйку мы допросили. Результат – тот же.

– В документах девушки упоминаний о месте ее рождения тоже нет? Свидетельство о рождении, например. Там же должно быть все написано, – и я наивными невинными глазами уставилась на Петрова.

– На самом деле, – пришлось-таки признаться лейтенанту, – во время осмотра в комнате погибшей не обнаружили никаких документов.

– Никаких?! Странно! Должны были сохраниться хоть какие-то документы. Страховой медицинский полис, свидетельство о рождении, свидетельство пенсионного страхования… Да мало ли еще у человека различных документов имеется! Выходит, Алиса хранила все это в каком-то другом месте?

– Выходит, так.

– А у нее на работе – тоже ничего?

– На работе мы искали в первую очередь.

– Да, плохо дело, – весьма лицемерно посочувствовала я ему, – начальство ваше небось рвет и мечет!

– Начальство в ярости, – разоткровенничался Петров, видимо, эта ситуация действительно задела его за живое, – велели все архивы перетряхнуть и через два дня доложить, кем на самом деле является погибшая!..

Тут он осекся, поняв, что выдал себя с головой. Но в мои планы не входило выводить лейтенанта на чистую воду. Пока что. По этой причине я великодушно сделала вид, что ничего не заметила. Очередной вопрос я задала как ни в чем не бывало, будто ничего и не заметила:

– Если ее родственники так и не найдутся, кто будет хоронить девушку?

– Обычно в таких ситуациях все берет на себя государство, но в данном конкретном случае директор агентства изъявил желание организовать похороны за счет фирмы. Власти препятствий ему чинить не стали, так что Алису похоронят, как только будут соблюдены все формальности.

– И как скоро это произойдет?

– Думаю, завтра или послезавтра. Особые причины, чтобы держать тело в морге, отсутствуют. Причина ее смерти установлена. Все остальное – в рабочем порядке.

Я вновь прикинулась невинной дурочкой. От ответа на следующий вопрос зависело все мое дальнейшее расследование. Ну, лейтенант, не подведи!

– Хороший человек этот Лисицкий! Не каждый начальник и при жизни-то на свою секретаршу лишние деньги будет тратить, а он после ее смерти не пожалел финансов! Похороны устроит… Внимательный, что и говорить. Это он вам обо мне рассказал?

Как я и ожидала, лейтенант подвоха в моем вопросе не заметил и залился соловьем:

– Нет. О вас Лисицкий не упоминал. Фамилию вашу я узнал от молодого человека, некоего Кущина! Семен Кущин, ведущий специалист фирмы в области программирования. А ему о вас рассказала сама Алиса. Сказала, что подумывает нанять вас в качестве частного сыщика, чтобы распутать очень сложный клубок жизненных обстоятельств, внезапно свалившихся на голову бедной девушки. Это он так выразился. Наверняка парень был влюблен в Алису.

– Наверняка. Алиса была очень красива.

Я решила, что больше никакой важной информации от лейтенанта я не получу, поэтому пора нашу встречу сворачивать.

– Моя очередь – информацией поделиться? – задала я риторический вопрос и, не дожидаясь ответа, начала повествование.

Я пересказала Петрову все, что поведала мне Алиса. Умолчала только о пропаже ее фотографии в ее любимой рамке. Почему? Интуиция подсказывала мне, что этот снимок в самодельной рамке сыграет не последнюю роль в раскрытии загадочного преступления. А вот Петрову об этом знать необязательно. Также не сообщила я ему и о своем знакомстве с журналисткой с пафосным именем Стелла и огородной фамилией Морковкина. Он не спросил – я не сказала. Сам виноват! Встречей нашей лейтенант, похоже, остался доволен, а я – еще больше. На этой мирной ноте мы и расстались.

Глава 3

Я уселась в свою машину и задумалась. Из слов лейтенанта Петрова, а вернее сказать, из его недомолвок, выходило, что Харькова Алиса жила и работала под вымышленным именем. Дело принимало совсем иной оборот! Судя по всему, ни ее квартирная хозяйка, ни кто-либо из сотрудников агентства об этом не знал. А вот директор агентства Лисицкий знать должен был! В процессе приема на работу Алисе никак не удалось бы это скрыть. Для установления личности погибшей существовали два пути. Можно было встретиться с ее квартирной хозяйкой и убедить женщину дать мне разрешение на осмотр комнаты, в которой проживала девушка. Возможно, мне удастся обнаружить там нечто важное, что проглядели оперативники. А заодно надо попытаться вытянуть полезную информацию из хозяйки. Ведь, как известно, люди гораздо охотнее выдают свои и чужие секреты незнакомому человеку, даже если он и является частным детективом, нежели сотрудникам правоохранительных органов. Так уж повелось в нашей жизни.

Другой путь: попытаться встретиться с Лисицким, надавить как следует и вынудить его рассказать правду об обстоятельствах, при которых Алиса была принята на службу в агентство. Кроме того, мне необходимо встретиться с их местным асом-программистом, пресловутым Сенечкой, и выяснить, чем конкретно успела поделиться с ним Алиса. Второй путь был более уязвимым. Маячить в агентстве, не привлекая к себе внимания, нет никакой возможности: в фирме действует пропускная система. Значит, застать директора врасплох не получится. Лисицкий не так прост, каким пытается выглядеть. Он может попросту послать меня подальше вместе со всеми моими угрозами. Зная, что у меня нет клиента, чьи интересы я должна была бы сейчас защищать, он может даже обратиться в органы. Так, мол, и так: некая надоедливая особа мешает мне и моим сотрудникам спокойно жить! В данный момент клиента у меня действительно не было. А попадать под пристальное внимание наших доблестных органов мне не очень-то хотелось.

Взвесив все «за» и «против», я выбрала первый путь дальнейших действий. И сразу возник вопрос: как узнать адрес квартиры, в которой проживала погибшая? Решив попытать счастья у лейтенанта Петрова, я достала телефон и принялась искать в сумочке аккуратную новенькую визитку, которой он предусмотрительно меня снабдил. Но неожиданно мой телефон вдруг зазвонил. Номер не определился, значит, абонент мне незнаком. Я нажала на кнопку приема вызова и поднесла трубку к уху.

– Татьяна Александровна, – услышала я уже известный мне мужской голос, – вас беспокоит Анатолий Лисицкий. Нам необходимо встретиться. И как можно быстрее!

Лисицкий явно был чем-то взволнован. Я возликовала. На ловца и зверь бежит! Но ответила я ему весьма прохладно:

– Если мне не изменяет память, во время нашей последней – и единственной – встречи вы однозначно выразили желание, прямо противоположное нынешнему! Чем я, за столь короткий срок, успела заслужить вашу благосклонность?

– Татьяна Александровна, – устало произнес Лисицкий, – не надо ерничать! Я сожалею о своей недавней грубости. Мне действительно очень нужна ваша помощь. Дело в том, что я подозреваю: смерть Алисы хотят свалить на меня. Меня такое положение вещей не устраивает. Я хочу нанять вас, чтобы вы расследовали это злополучное дело!

Последнюю фразу Лисицкий почти выкрикнул в трубку. Я всегда чувствовала момент, когда нужно остановиться и не подкалывать больше человека. Прежде всего, я – профессионал.

– Когда мне к вам подъехать? – это я спросила уже серьезным тоном.

– Как можно скорее. Можете приехать немедленно?

– Через двадцать минут буду на месте. Не забудьте выписать для меня пропуск.

Я отключила телефон.

О пропуске Лисицкий не забыл. Кроме того, он, по всей видимости, специально проинструктировал охранника на мой счет. Услышав мою фамилию, тот даже паспорт предъявить ему не потребовал. Я сочла это хорошим знаком.