Марина Серова – Все о мужских грехах (страница 3)

Исчерпав на этом все документы в папке, я отложила ее и задумалась: с чего начинать? Вероятно, начинать надо с разговора с Мананой Георгиевной – чем черт не шутит? Вдруг у меня получится вызвать ее на откровенность? Хотя… Если уж Сандра ничего не сказала Ивану, который за ней, как хвостик за собачкой, бегает, то и от ее матери я вряд ли добьюсь чего-нибудь путного. Но попробовать все равно нужно! «Интересно, а что мне гадальные кости подскажут?» – подумала я и бросила их. Увидев 8+18+27, я вздохнула, потому что это значило, что существует опасность обмануться в своих ожиданиях, и, буркнув:

– Типун вам на ребра! – пошла спать.

На следующий день я встала пораньше и отправилась прямиком в медсанчасть завода, где мне сообщили, что Нинуа взяла отпуск за свой счет, чтобы ухаживать за дочерью, которая там же в стационаре и лежала, так что мне нужно было всего лишь перейти в другое здание. Узнав у медсестры, где находится Сандра, я отправилась к ней в палату, по дороге ругнув себя за то, что ничего не купила – неудобно же приходить к больной с пустыми руками, но потом успокоила себя тем, что уж Иван-то точно натаскал туда столько и всего, что девочка ни в чем не нуждается. Около палаты я увидела черноволосую женщину в белом халате и молодого парня, в котором тут же узнала Ивана. Они тихо, но яростно о чем-то спорили, и я, радуясь, что им нет до меня никакого дела, подошла поближе и прислушалась.

– Ванечка! Дорогой! – говорила женщина с ярко выраженным грузинским акцентом. – Прошу тебя! Езжай домой! Ты поверь мне, дорогой, что не получится у тебя с Сандрой ничего! Не пара вы! Да и молодой ты еще! А мы с Сандрой, как она поправится, уедем отсюда, и ты ее забудешь! А потом твоя мать тебе достойную невесту найдет!

– Да поймите вы, Манана Георгиевна! – шепотом кричал Иван. – Я Сашу люблю! Я без нее жить не смогу! И никто другой мне не нужен! Я за вами хоть на край света поеду! Поверьте мне!

– Зачем мать обижаешь? – возражала женщина. – Ты у нее один! И она у тебя одна! Другой не будет! Как они с отцом без тебя будут? Кто их старость согреет? Неужели ты еще не понял, что рядом с Сандрой жизнью рискуешь? В этот раз ее зарезать пытались, а в другой раз ты пострадаешь! Кто тогда твоим родителям внуков родит? Кто их род продолжит?

– Вот мы с Сашей и родим! – настаивал парень. – А в обиду я ее никому не дам! Я за нее кому угодно горло перегрызу, как собака!

«Уж ты перегрызешь! – усмехнувшись, подумала я. – Ростом и статью ты в отца пошел, а вот драться, видать, не умеешь – маменькино тепличное воспитание сказывается!»

Между тем спор их закончился ничем, и Иван вернулся в палату, а женщина куда-то пошла по коридору, и я, воспользовавшись этим, поспешила за ней.

– Манана Георгиевна! – позвала я.

Женщина обернулась и остановилась. Пока я к ней шла, у меня была возможность хорошо ее разглядеть, и я поразилась: корни ее густых волос были совершенно белыми, под глазами залегли темные круги, а само лицо было осунувшимся и печальным.

– Можно с вами поговорить? – спросила я, подойдя.

– О чем? – устало спросила она. – Я же сейчас не работаю.

– О нападении на Сандру, – объяснила я.

– Дочь уже все рассказала милиции, – ответила она.

– Боюсь, что не все, – покачала головой я. – Ведь это было уже второе нападение, не так ли?

– Кто вы? – резко спросила она.

– Я частный детектив Татьяна Александровна Иванова, – представилась я, умышленно умолчав о том, что работаю по поручению Андреева – черт его знает, как она к нему относится!

– Мне не о чем с вами разговаривать, – сухо отрезала она и, повернувшись, пошла дальше.

«Ничего страшного! – успокоила я себя. – Не получилось с ней, так получится с Иваном. Нужно только его подождать!» Я уселась в кресло в холле под дежурной для любой больницы пальмой так, чтобы видеть дверь палаты, и набралась терпения. И действительно, когда в палату вернулась Манана Георгиевна, Иван вышел, прошел в холл, где открыл окно и закурил.

– Что же это будущий врач курит? – спросила я, встав и подойдя к нему, а потом тоже достала сигарету, решив, что вот так мы скорее найдем общий язык.

– Вы кто? – спросил Иван, настороженно глядя на меня.

Я представилась и объяснила:

– Твой отец нанял меня для того, чтобы я выяснила причину нападений на Сандру. Да и вообще в этой истории очень много непонятного, – заметила я и, видя, что он не собирается мне отвечать, спросила: – Ты хочешь, чтобы Сандра была в безопасности? Ты хочешь, чтобы она осталась здесь и со временем вышла за тебя замуж?

– Конечно, хочу! – тут же ответил он.

– Тогда скажи мне, она когда-нибудь говорила, почему они уехали из Волгограда, – поинтересовалась я, и он в ответ только отрицательно покачал головой. – А из Ростова-на-Дону?

– А они и там жили? – удивился он.

– Получается, что я о них знаю больше, чем ты, – вздохнула я и предупредила: – Ты девочку сейчас расспросами не тревожь! Не надо! А вот когда я все до конца выясню, тогда и поговорим все вместе.

– А вы сможете? – с надеждой спросил Иван.

Я в ответ только усмехнулась.

Выйдя из больницы, я села в машину, закурила и задумалась. Надо ехать в Волгоград, благо туда на хорошей скорости часов пять ходу, не больше. Но отправляться туда на пустое место не хотелось – слишком много времени займет налаживание нужных контактов и связей – и я поехала к Кире, то есть к Владимиру Сергеевичу Кирьянову, подполковнику милиции и своему старинному другу.

– Володя, – сказала я, входя к нему в кабинет, – у тебя случайно в Волгограде никого нет из милицейских?

– Неслучайно есть, – спокойно ответил он, давно перестав удивляться моим вопросам. – А что?

– Да вот хочу туда завтра утром пораньше съездить, чтобы кое-что выяснить, – объяснила я.

– Новое дело? И, судя по всему, не из легких? – спросил он.

– Иначе бы не просила, – ответила я.

– Потом расскажешь? – сказал он, берясь за телефонную трубку.

– Только если это не будет противоречить интересам моего клиента, – уклончиво заметила я – при всех наших дружеских отношениях я никогда не распространяюсь о чужих тайнах.

– Дама, загадочная во всех отношениях, – усмехнулся он и уже в трубку сказал: – Привет, Петя! Это Кирьянов! Я с просьбой – тут к тебе завтра подъедет некто Татьяна Александровна Иванова… Да! Молодая и красивая!.. Да ну тебя! Это друг!.. Говорю же – друг! Ты меня знаешь – я свято блюду моральный кодекс молодого строителя коммунизма и на сторону не хожу!.. Ну, что ж, попробуй! Но предупреждаю заранее – у нее черный пояс по карате, так что потом не обижайся!.. Передумал? Вот и замечательно! Она частный детектив, и у нее появились в вашем городе кое-какие интересы. Так что помоги ей, как мне!.. Договорились!

Положив трубку, Володя объяснил мне, как найти его друга Петра Федоровича Кириллова и как он выглядит, и я, видя, что стол Кири завален бумагами, от которых я его оторвала, спешно ретировалась. Дома я собрала сумку с кое-какими мелочами – вдруг заночевать придется – и поставила будильник на пять часов, чтобы утром по холодочку, пока солнце не разгулялось вовсю, проехать большую часть пути. Перед тем как лечь спать, я решила узнать, чем закончится моя поездка, и кинула гадальные кости. Выпало 4+36+17. Это значило, что, несмотря на трудности, мои дела пойдут так, как надо, и это меня приободрило.

Волгоград встретил меня испепеляющей жарой, и я, выйдя из машины около райотдела милиции, с надеждой на прохладу, которую долженствовал обеспечить кондиционер, нырнула внутрь. Надежды мои оказались тщетны – в кабинете, который Кириллов делил со своим коллегой, такой роскоши не предусматривалось. Сам изнывавший от жары и раскаленный, вентилятор лениво гонял по комнате горячий и прокуренный воздух. Кириллова я по описанию Володи узнала сразу: невысокий, с кругленьким животиком и залысинами, он едва доставал мне до плеча, что разом лишало его даже малейших надежд на взаимность, что он тут же прочитал на моем лице и перешел прямо к делу.

– Присаживайтесь, Татьяна Александровна! – предложил он. – Чем я могу вам помочь?

– Петр Федорович, – начала я, – в вашем городе вот по этому адресу, – я протянула ему листок, – в общежитии в течение некоторого времени проживали мать и дочь Нинуа. Мне необходимо выяснить, не случалось ли с ними за это время что-нибудь такое, что могло бы заставить их переехать в Тарасов. Мать работала педиатром в районной детской поликлинике, а девочка училась в школе – номер там есть, – я кивнула на листок, который он держал в руках. – Скорее всего, она находится в этом же районе.

– Да! – подтвердил он, возвращая мне листок. – Но это не наш район. – А потом добавил: – Не расстраивайтесь – дело поправимое, – и спросил: – Вы на машине?

– Конечно, – ответила я.

– Тогда поехали в их райотдел и на месте узнаем, что к чему, а потом к участковому можем заехать, – предложил он.

– Мне бы хотелось еще в общежитии побывать, – попросила я.

– Сделаем, – кивнул он. – Вместе с участковым и наведаемся – он своих подопечных лучше знает, – с этими словами он встал из-за стола, надел фуражку, и мы вышли из кабинета.

Я села за руль и, следуя его указаниям, поехала. Оказалось, что это относительно недалеко, и мы быстро добрались. В этом райотделе я с радостью и облегчением вдохнула охлажденный сплит-системой воздух и последовала за Кирилловым, который снова показывал мне дорогу. Остановившись около одной из дверей, он сначала постучал, а потом заглянул и вкрадчиво спросил: