Марина Серова – Визит черной вдовы (страница 2)
– У него один выходной в неделю, как раз сегодня. Его подменяет телохранитель мамаши Пальцевой. Поэтому сейчас он, как освободится, заедет за мной, и мы куда-то поедем.
Катька начала нервно поправлять прическу. Что-то не нравилась мне эта история. Не нравилась она мне главным образом не из-за особенностей военной биографии таинственного Аркашки, а из-за его работы и места жительства. Уж слишком богатой и влиятельной была эта семейка. Пальцев самый крупный воротила в Тарасове. Хозяин нефти. По слухам, связан с тарасовским губернатором. По своему личному выстраданному опыту знаю, что от таких семеек не стоит ждать ничего хорошего. А уж таким доверчивым и романтичным девушкам, вроде Кати Клюшкиной, следовало бы держаться подальше даже от их дворника. Хотя будем надеяться, что этот генерал песчаных карьеров из Норильска либо забудет до сегодняшнего дня девушку с дискотеки, либо вместо своего законного выходного дня будет опять стеречь дорогостоящее тело сына Пальцева.
– Послушай, Кать, ну а что за тип этот Саша?!
– Саша вполне симпатичный. Ленка, конечно, хотела с ним познакомиться поближе, но ему, по-моему, ничего на фиг не надо. Аркаша говорит, что у него за глаза кличка Минус. У него на лице пустыня. Минус. Но он такой воспитанный, вежливый. И оба никогда не были женаты.
Самая большая мечта Кати – просто выйти замуж. Ее, конечно, устроил бы и кто-нибудь попроще. Но подвернулся телохранитель. Она не виновата.
Пицца была обольстительна, и мы быстро покончили с нею.
– Что я тебе могу сказать, Катерина. – Я вытерла губы салфеткой. – Если бы ты меня послушалась, я бы тебе посоветовала: не ходи, а так как ты все равно меня не послушаешь, то просто будь осторожна. И внимательна. Вообще, ваши отношения могут обрести какой-то смысл только в том случае, если он уйдет из этого семейства.
– А он и собирается, – утвердительно замотала кудлатой головой Катя. Она говорила об этом Аркаше с такой святой верой во взгляде, с какой, наверное, евреи смотрели на Моисея, выводящего их из Египта. – Ой, Танюша, я знаю, что ты не очень любишь это делать при посторонних, но ты не могла бы раскинуть свои фишки?
– Какие еще фишки?
Не люблю я этого, честное слово. Мои магические кости – это таинственная нить, связующая меня с будущим. Они разговаривают только с тем, кто умеет их услышать. И вообще, я не гадалка и не экстрасенс.
– Ну пожалуйста, Таня. Посмотри, что у меня будет дальше? Сама говоришь: будь осторожней!
Да, конечно, не нравилось мне это ее знакомство. В лучшем случае оно могло закончиться очередным любовным разочарованием. В худшем же… да, при своей работе я уже привыкла подозревать всех и вся.
А вдруг этот душевный охранник и есть тот самый ее суженый. И под его жлобской оболочкой скрывается сердце теленка. Но дело не в охраннике, а в его хозяевах. Нечего Катьке там делать. И я полезла за своим мешочком с тремя заветными кубиками. Затем, сев поближе к Катьке, чтобы ощутить на себе ее ауру, постаралась сконцентрироваться, мысленно формулируя вопрос: «Чего можно ожидать от связи Катьки с этим человеком?»
Кости выдали сочетание: 13+30+2.
– Это означает разоблачение чьих-то неблаговидных поступков. «Никогда ни к чему не предъявляйте претензий: ни к прошлому, ни к судьбе, ни к людям, ни к богу», – объявила я.
– Чепуха какая-то. Что за неблаговидные поступки? Претензии какие-то? Ничего не понимаю.
Да, голубушка. Все-таки мои кости разговаривают только с тем, кто способен их услышать. Из сочетания цифр можно было сделать вывод, что связь Катерины с этим Аркашей приведет к тому, что ей захочется предъявить претензии к судьбе. И боже упаси ее от неблаговидных поступков этого семейства.
За окном раздался короткий гудок. Катя будто ужаленная кинулась к выходящему на улицу окну, затем к двери – надевать туфли. Уже в дверях она взглянула на меня бешеными глазами:
– Татьяна, извини. Лечу! Ты только захлопни потом дверь.
И Катька метеором вылетела из квартиры.
– Будь внимательна! – крикнула я ей вдогонку, но двери лифта уже сомкнулись.
За окном у подъезда я увидела новенькую серебристую «Ауди», куда быстрым аллюром заскочила Катя, с треском захлопнула дверцу, и машина, взвизгнув, сорвалась с места, оставляя за собой клубы пыли. Разглядеть ее номера с высоты восьмого этажа было невозможно.
Зная строгий и деспотичный характер Катькиной мамы, я решила помыть посуду. И надо было тоже смываться, пока не появилась эта самая мама, которой пришлось бы долго объяснять, куда умотала Катя и что я тут делаю. Активная общественница, строго блюдущая мораль дочери, была бы не очень довольна ее новым знакомым. Попутно досталось бы и мне. Моя таинственная профессия, дорогие вещи и машина вызывали у мамы Катьки всевозможные подозрения. По-моему, она не верила в мою законную детективную деятельность, считая меня, наверное, ночной бабочкой. Что и являлось предметом ее ожесточенных споров с дочерью.
В общем, вечер с подругой не очень удался. Я-то планировала отдохнуть в процессе долгих и неспешных разговоров о жизни, о любви (в самом общем смысле), наконец, о моде. А вместо этого пришлось покидать ее квартиру в одиночестве, унося с собой некоторое чувство тревоги.
Хватит с меня на сегодня благотворительных акций! Даешь людям дельные советы: не пей эту водичку, козленочком станешь. А они в эту водичку с головой плюхаются! Все, снимаю с себя полномочия подруги-наставницы. Я не мать Тереза. Пожалуй, лучше проведу этот вечер в казино «Прага».
Вечер в казино плавно перешел в ночь, и когда я уже на рассвете, как говорится, уставшая, но довольная, ковыряла ключом пуленепробиваемую дверь своей квартиры, в моей сумочке лежало на двести долларов больше. Благодаря знакомому крупье Диме, которого я когда-то вытащила из крупной передряги, я теперь неизменно оставалась пусть в небольшом, но выигрыше. А уж те, с кем я делаю ставки, от этого не обеднеют – это точно.
Наконец я достигла кровати и рухнула в нее. И пока я не погрузилась в черный сплошной сон без сновидений, последней мыслью мелькнуло: «Нехорошее все-таки сочетание выпало на костях. Что там сейчас с ней делается?»
Глава 2
Всласть выспаться утром мне не удалось. Какая-то неведомая сила, идущая из глубины сознания, толчком разбудила меня. Посмотрев на часы, я поняла, что проспала только четыре часа. Что ж, мне случалось не спать и по трое суток. Но сегодня-то вроде бы некуда торопиться. Я в законном отпуске. Надо зарыться с головой в легчайшее китайское одеяло и дрыхнуть до обеда. Но сон не шел. Вместо него пришло ощущение, что если я сию же минуту не встану и не пойду в душ, то просто умру. Во мне словно поселился какой-то бес, который дергал за веревочку, заставляя немедленно чем-нибудь заняться.
Приняв душ, я задумалась. К чему приложить свои таланты в такой ранний час? Квартирку пропылесосить, что ли? И надо радио включить, а то тихо, как в могиле. Щелкнув кнопкой маленькой «Соньки» на кухне, я вместо веселой песенки услышала замогильный голос диктора тарасовских новостей:
– А теперь городские криминальные новости. Этой ночью убит известный предприниматель, директор нефтяной корпорации «СБС АРГО» господин Пальцев. Нам известно, что он был убит выстрелом в голову, когда шел к машине на территории дачи своего друга на Кумысной поляне. Предположительно, снайпер спрятался в лесу. Убийство явно носит заказной характер и может значительно повлиять на весь деловой мир и состояние экономики нашей области. Можно предположить, что Пальцев пал жертвой мафиозных разборок либо иных структур, стремящихся дестабилизировать положение. А теперь мы переходим к новостям спорта…
Я была неоригинальна в своей реакции: как стояла, так и села. Вот они, оказывается, какие пироги! Вчера моя подруга детства укатывает неизвестно куда в компании охранника пальцевского семейства, а ночью замачивают самого папашу Пальцева! Когда она вернулась домой, интересно мне знать?! Хотя, конечно, Катя не может иметь к этому криминалу никакого отношения. Чувство смутной тревоги, не уходящее с прошлого вечера, заставило меня накрутить ее номер.
Трубку сорвали прежде, чем смолк первый гудок, и тут же из нее попер истеричный голос Катиной мамаши:
– Але! Але! Але! Катя?! Где ты? Немедленно иди домой, мерзавка!
– Тетя Галя, это я – Таня Иванова. А что у вас случилось?
Голос в трубке приобрел все оттенки пожарной сирены:
– Татьяна, ну-ка признавайся, это ты утащила ее шляться по кабакам да рулеткам?! Как тебе не стыдно?! Она порядочная девушка и живет на зарплату! Говори немедленно, она у тебя дрыхнет? Ну, я так и думала! Это ты ее сманила! Она-то всегда меня предупреждает, звонит, если задерживается. Как у тебя совести хватило, Таня?!
Пока я соображала, на что именно у меня хватило совести, и переваривала информацию, Клюшкину несло все дальше:
– Конечно, она у тебя. И думать нечего. Я сейчас приеду, и не вздумай ее прятать. Скажи, что, если она честно выйдет, я ей ничего не скажу. Тресну, пожалуй, разок, паршивку. Но ничего не скажу.
И разъяренная блюстительница Катькиной нравственности повесила трубку.
От дома Клюшкиных до моего было три минуты ходьбы. Эти три минуты дались мне нелегко. В общем, Танечка, чувствую я, что отдыха у тебя не получится. Нет мне спокойной жизни, такой, как бывает у всех нормальных людей. Даже в свободное от работы время придется разыскивать пропавшую подругу. Ох, чуяло мое сердце, которому так хотелось покоя!