Марина Серова – Шаг влево, шаг вправо (страница 8)

Меня вдруг посетила шальная мысль – а не ограбил ли Степанова бывший хахаль его дочери? Где одно преступление, там и другое! Пока Арина была в командировке, он не постеснялся вывести из оборота крупную сумму, воспользовавшись данным ему правом личной подписи. Так почему же он не мог бы взломать сейф? Если он жил с Ариной в Калиновке, то наверняка мог слышать «байку» об антиквариате и задаться вопросом – а вдруг это вовсе и не байка, а самая настоящая правда?

Почему же я сразу не заподозрила этого человека? Может быть, потому, что клиент упомянул о нем как-то вскользь, и только теперь, когда я все разложила по полочкам, фигура бывшего Арининого бойфренда показалась мне гораздо более значительной.

Я посмотрела на часы – еще не было и пяти часов вечера. Вполне удобно еще раз навестить Степанова и обсудить с ним то, что мы не успели обговорить из-за визита его дочери. Недолго думая, я собралась и поехала в клинику «Сантэ».

Сегодня утром, в первый раз придя в больницу, я сказала администратору, что направляюсь к главврачу. Теперь мне пришлось назвать фамилию пациента.

– Так вы тоже к Сергею Дмитриевичу? – уточнила она, и я кивнула в ответ. – У него сегодня прямо день посещений! В первой половине дня дочь к нему приходила, теперь у него сын. А вы кем ему приходитесь?

– Племянницей, – соврала я и поднялась на второй этаж.

На площадке между этажами стояли двое – высокий блондин с голубыми глазами и симпатичная девушка в коротком халатике с логотипом клиники «Сантэ» на нагрудном кармане. Я невольно подслушала их разговор.

– Девушка, так вы отведете меня в кардиологию? – театрально прижав руку к груди, спросил молодой человек, похожий по описанию Кирьянова на оперативника из Трубного райотдела. – У меня сердечный удар!

– Вы так молоды, а уже жалуетесь на сердце, – не без кокетства заметила сотрудница клиники. – А вы уверены, что вам надо именно в это отделение?

– Ну, я не знаю… А вы сейчас куда направляетесь? – поинтересовался молодой человек. – С вами я хоть на край света пойду!

– В урологию, – ответила та. – Пойдете, у нас там очень хорошие врачи.

– Спасибо, вы так добры, но я, пожалуй, сам поищу кардиологию. – Блондин почему-то потерял интерес к девушке в коротком халатике и пошел вниз по лестнице.

Я не сомневалась, что это был сын моего клиента. Их сильное внешнее сходство сразу же бросалось в глаза. Еще мне показалось, что Константин не слишком-то переживает по поводу отцовской болезни. Настроение у него было игривое.

Тем временем я подошла к нужной палате и, приоткрыв дверь, увидела, что больной лежит на койке и задумчиво смотрит в потолок. Мне показалось, что он выглядит очень расстроенным. Неужели еще что-то произошло за эти полдня?

Раскрыв дверь пошире, я сказала:

– Это снова я, Сергей Федорович. Не ожидали?

Степанов встрепенулся, похоже, я оторвала его от серьезных размышлений.

– Татьяна Александровна? Да, я действительно не ожидал увидеть вас сегодня во второй раз. – Пенсионер приподнялся выше на подушке. – Заходите. Вы вовремя. От меня только-только сын вышел! Приди вы на пару минут раньше – и столкнулись бы с ним. Хорошо, что этого не случилось.

– Я в курсе, что Константин был здесь. Мне сказали на рецепции. Видите, сын все-таки нашел время, чтобы вас навестить, – заметила я.

– Толку-то, – горько усмехнулся мой клиент. – Он пришел сказать, чтобы я не спешил отсюда выписываться, и еще про санаторий намекал. Дочь говорила то же самое, слово в слово: «Папа, лечись хорошенько, спешить с выпиской не надо! А мы потом тебя в самый лучший санаторий отправим». Татьяна Александровна, вы же понимаете – сплавить они меня из Тарасова хотят, чтобы подальше оттянуть объяснение. Нет чтобы во всем признаться, покаяться! Не могу смотреть в их лицемерные лица.

Расположившись, как и утром, в кресле, я мягко спросила:

– Сергей Федорович, а если вы насчет ваших детей все же заблуждаетесь?

– Вы что же, уже успели найти доказательства их непричастности к вскрытию сейфа? – в голосе моего клиента прозвучал неприкрытый скепсис. – Рад бы обмануться, но это маловероятно.

– Нет, никаких доказательств я пока что не нашла, но у меня возникла альтернативная версия.

– Слушаю вас, – заинтересовался Степанов и потер руку об руку.

– Вы сказали, что фирму Арины ограбил ее хахаль. Так вот, я и подумала, может, кража антиквариата – это тоже его рук дело?

Бывший следователь прокуратуры не спешил опровергать мое предположение. Он молча анализировал его.

– Версия неплохая, – наконец заговорил он. – Денис мне никогда не нравился, но я не вмешивался в личную жизнь дочери. Она его любила и не замечала его очевидных недостатков. Да и с Сашкой он вроде бы ладил… У них были общие увлечения – компьютер, футбол… Когда я переехал в Калиновку, Евтеев даже не скрывал, что он от этого далеко не в восторге. Хотя, казалось бы, чем я ему мешал? Дом большой, места всем хватало. Занудством я вроде тоже не страдаю. Другой бы на моем месте допросы каждый день устраивал: почему мой так называемый зять пришел домой выпивши, когда он собирается официально оформить отношения с Ариной, и так далее. Я же молчал. Даже дочь ни о чем не спрашивал, хотя видел, что у них не все идет гладко.

– Они ссорились, выясняли отношения? – поинтересовалась я.

– Нет, при мне ничего такого не было. Дело в том, что примерно полгода тому назад Денис от нас съехал, мотивировав это тем, что ему надо проводить больше времени с больным отцом. Арина не углядела в этом никакого подвоха. А вот я сразу почувствовал, что это вранье, и на всякий случай решил проверить, так ли это. Я знал, где Денис был прописан, съездил туда, поговорил с соседями и выяснил, что Евтеев-старший – вполне в добром здравии. Кроме того, мне сказали, что Денис там как прежде не жил, так и сейчас не живет. Значит, от Арины он ушел к другой бабе, простите, к женщине, – поправился Степанов. – Дочери я об этом не сказал. Зачем ее попусту расстраивать?

– И то верно, – поддакнула я.

– Другую, в общем, он себе нашел, но Арине в этом признаваться не хотел, боялся, что она его с работы уволит. Вот и поддерживал с ней связь, а сам, похоже, планы вынашивал, как ее кинуть. И кинул…

– То есть в то время, когда вскрыли ваш сейф, Денис уже не жил в коттедже?

– Так точно. Он стал бывать у нас все реже и реже. Я вот что думаю – знал бы Евтеев про драгоценности, уж наверняка он задержался бы у нас в Калиновке подольше, чтобы обо всем вынюхать. Так что, Татьяна Александровна, версия у вас хорошая, но неправильная. По срокам не сходится. Сейф-то не ранее как месяц тому назад вскрыли. Дениса уж и след простыл. После увольнения он в Москву подался.

– А вы откуда знаете?

– Константин это выяснил по просьбе Арины.

– Сергей Федорович, ваша дочь не пыталась привлечь Дениса к ответственности за то, что он снял со счета фирмы крупную сумму?

– Она сказала, что действия Евтеева скорее выглядят как неэффективное управление, нежели как воровство.

– А если поконкретнее? – пожелала уточнить я.

– В Аринино отсутствие Денис закупил стройматериалы в таком количестве и по такой цене, что распродать их даже с нулевой прибылью не представлялось возможным.

– Похоже, он получил за это хорошие откаты, – предположила я.

– Арина тоже так решила – и тут же уволила его. Вот такие дела.

– Насколько я поняла, этот Евтеев весьма тесно дружит со многими пороками. В связи с этим я не спешила бы снимать с него подозрения.

– Да, он – очень нечистоплотная личность, – согласился со мной клиент, – но это еще не доказательство его вины. Если бы артефакты лежали на поверхности, он, может быть, их и свистнул бы, но до моего тайника Денис не добрался бы. Дело в том, что за то время, пока он жил у нас в Калиновке, ничего тяжелее мобильного телефона он в руках не держал. Помнится, как-то Арина попросила его прибить гвоздь, чтобы повесить рамку с Сашиной фотографией, так он не только не смог его вбить, как следует, но еще и серьезно поранился. Представить, как Денис работает ломиком, сначала отрывая от стены рейки, а затем раскурочивая сейф, совершенно невозможно! Он изувечил бы себя до полусмерти еще в самом начале, отрывая рейки, а сейф ему и вовсе оказался бы не по зубам. А уж аккуратно прибивать рейки на место Евтеев бы точно не стал. Так что ваша версия абсолютно бесперспективна.

– Ну хорошо, вы меня убедили. Кстати, взгляните на это. – Я достала из сумки распечатку с фотографией золотого футляра для молитвослова и протянула ее Степанову. – Знакома вам эта вещица?

Сергей Федорович взял с тумбочки очки в металлической оправе, надел их и, внимательно рассмотрев фотографию, подтвердил:

– Да, это та самая вещь!

– Вы уверены? Может, просто похожа?

– Абсолютно! В правом верхнем углу футляра имеется потертость. Видите, на фотографии она тоже заметна? Скажите, Татьяна Александровна, откуда у вас этот снимок?

– Не беспокойтесь, не из уголовного дела, а из Интернета. – И я рассказала ему про объявление.

– А что с песочными часами?

– О них у меня нет никаких сведений. Да, вот что еще я выяснила – пока что никакого уголовного дела о незаконном обороте историко-культурных ценностей не возбуждалось.

– А почему же меня тогда вызвали в следственный комитет?

– Вначале я связала это со Скобцовым, но теперь у меня появилась еще одна версия. Насколько мне известно, существует специальная служба, отслеживающая публикации, в том числе и в Интернете. Думаю, продажа предмета старины, некогда похищенного из музея, не осталась без внимания этой службы.