Марина Серова – Последнее желание приговоренной (страница 2)

Чтобы почувствовать, так сказать, вкус их жизни и рамки их «понятий». Ну еще бы… пообщавшись с такими типами, как собаковладелец Борисыч, не попасть в тонус новорусской жизни невозможно.

…Кроме того, мне был дан фактически карт-бланш на выбор методов действия. Пусть даже из числа тех, что не предусмотрены законом.

Как сказал бы Андрей Леонидович Суров: с волками жить – по-волчьи выть.

Жила я, конечно, не с волками, но в жилище одного из таких волков.

По всей видимости, тот особняк, в который меня вселили по распоряжению губернатора, раньше и принадлежал какому-то «волку», безвременно почившему. Хозяина закопали, дом конфисковали – и Юлия Сергеевна Максимова получила в полное свое распоряжение замечательный особняк в удобном месте на выезде из города. Окруженный высоким забором, снабженный бассейном, джакузи, подземным гаражом и с прекрасным видом на Волгу.

А также по соседству с замечательными представителями криминального мира и их четвероногими любимцами.

Мои тарасовские «работодатели» (фиктивные) и московские руководители искренне – и совершенно справедливо, на мой взгляд, – полагали, что достойно противостоять преступности может лишь человек с равными или почти равными финансовыми возможностями.

Их бы устами да мед пить, сказало бы немало моих знакомых из числа простых ментов, сидящих на скромном жалованье и не на кожаном сиденье в салоне «Ягуара», как я, а в раздолбанных служебных «Волгах» и «Жигулях», которые по уставу обязаны догнать и перегнать престижную иномарку.

И ведь догоняли.

У меня таких проблем не было, спасибо дорогим работодателям. В служебной «Волге» и премии в пятьсот рублей я не нуждалась, потому как в солидном тарасовском банке на мое имя был открыт счет, своевременно пополняющийся вне зависимости от того, на сколько он «похудел».

…Но я не уставала помнить одно: человек, наделенный большими полномочиями, получивший в свое распоряжение значительные финансовые и функциональные активы… такой человек несет высокую ответственность за каждое свое действие. И если тот же самый мент на раздолбанном «жигуленке» мог упустить бритоголового лихача на «мерине», а потом получить нагоняй от начальства да еще и лишиться годовой премии, то я не могла позволить себе даже незначительный прокол.

Хотя бы потому, что на мое место было много желающих: высокопрофессиональных, проверенных, знающих себе цену и вполне сознающих опасность моего привилегированного положения.

Я – как сапер – могла ошибиться только один раз.

От Тарасова до центра…ской области было около пятисот километров. Так что я решила доехать туда на своем «Ягуаре». Благо проехать на нем полтысячи километров – это все равно что бросить голодному тигру килограммовый кусок говядины: и расстояние, и мясо пожирались с равным успехом и неотвратимостью.

По мере того как таяли километры, я размышляла о возможных причинах моего вызова в соседнюю область. В принципе особо гадать не приходилось: здесь назревал крупный предвыборный скандал. Нынешний губернатор, Владимир Александрович Сухоруков, идущий на второй срок, был отстранен от участия в выборной гонке по обвинению в злоупотреблении служебным положением.

Интрига осложнялась тем, что вице-губернатор области, Клейменов, вместо того чтобы продолжать свою политическую карьеру, фактически отошел от дел.

Хотя должен был исполнять функции вице-губернатора еще три недели.

И вот теперь меня направляли к Клейменову. Именно к Клейменову, а не к губернатору Сухорукову.

Глава 2

ВИЦЕ-ГУБЕРНАТОР КЛЕЙМЕНОВ

Я остановила «Ягуар» у высокой ограды, увенчанной остриями в виде наконечников стрел, и, выйдя из машины, через узкую калитку (возле которой торчал верзила, пропустивший меня только после минутного созерцания моего удостоверения) направилась по просторному двору к зданию областной администрации.

Как я заметила, охрана здесь была еще более жесткой, чем в Тарасове, хотя у нашего губернатора был бзик по вопросу безопасности.

С собой я взяла только ноутбук и сотовый телефон – и тут же пожалела об этом, потому что на входе в здание (на фасаде которого метровыми золотыми буквами было написано: «Правительство…ской области») меня досматривали не хуже, чем на таможне на российско-украинской границе.

– Григорьев, проводи, – невозмутимо произнес один охранник другому – молчаливому детине с маленькими глазками и массивным подбородком.

Молчаливый охранник провел меня по пустым коридорам, залитым светом, несмотря на то что рабочий день уже закончился.

Вот гниды, лениво проскользнуло в голове… а на электроэнергию небось денег нет, как докладывают ежеквартально в соответствующих инстанциях и бедствующих коммунальных службах.

Охранник довел меня до большой металлической двери, оклеенной пленкой под дерево (на двери была черная табличка с красивой, золотом, надписью: «Первый вице-губернатор В.С. Клейменов»), и вежливо распахнул ее. За ней оказалась просторная приемная с дорогущей кожаной мебелью и огромным телевизором «Сони» в углу.

Здесь сидели два парня и хорошенькая секретарша, разговаривающая по телефону и при этом готовящая кофе.

Помимо своих основных функций она еще и успевала строить глазки парням (по всей видимости, сотрудникам службы безопасности Клейменова) и коситься в большое, от пола до потолка, зеркало: ну хороша!

При моем появлении бравые секьюрити не замедлили воззриться на меня.

– Добрый вечер, – произнесла я. – Мне нужен господин Клейменов.

– Всем нужен господин Клейменов, – сказал один из охранников, подмигивая своему напарнику. – А вы, собственно, по какому поводу?

– Я из ФСБ, – быстро ответила я. – У меня назначена встреча на девятнадцать ноль-ноль.

Лица парней вытянулись, по всей видимости, их босс ожидал визита человека из спецслужб и предупредил свою охрану, но ребята не ожидали, что человеком из спецслужб окажется молодая дама в довольно короткой юбке, кокетливо накинутой на плечи норковой шубке и в изящных сапожках.

– Вы – из ФСБ?.. – наконец протянул один из охранников.

Я безмолвно развернула перед его носом свое удостоверение, и он, несколько раз кивнув, посторонился.

Секретарша немедленно закончила разговор по телефону и, связавшись с шефом по селекторной связи, произнесла, почему-то поправляя прическу:

– Виктор Сергеевич, к вам пришли. – Потом повернула ко мне голову и, взмахнув ресницами, проговорила: – Виктор Сергеевич ждет вас.

Вице-губернатор Виктор Сергеевич Клейменов оказался высоким мужчиной лет сорока пяти – пятидесяти, с породистым лицом и приветливо поблескивающими серыми глазами за стеклами очков в дорогой стильной оправе. Обращали на себя внимание его холеные, аккуратно подстриженные черные усы, делавшие его массивное лицо еще более основательным.

Надо сказать, я всегда ассоциировала нового для меня человека с каким-либо животным, которого он мне более всего напоминал, и уже многократно убеждалась, что такой метод дает возможность лучше понять характер человека. А это при моей работе незаменимо.

Виктор Сергеевич Клейменов напомнил мне большого, усатого, вальяжного кота, снисходительно посматривающего большими и круглыми неподвижными глазами и изредка сыто мурлычащего что-то самодовольно: вот, мол, какой я красивый, толстый и важный.

На всем облике этого кота лежала печать благополучия и обеспеченности, упорно не оставляющая представителей наших властных структур даже в самые тяжелые, кризисные дни.

– Добрый вечер, Юлия Сергеевна, – приветствовал меня вице-губернатор, вежливо приподнимаясь навстречу и протягивая пухлую розовую ладонь с аккуратными ногтями. – Добрый вечер, Юлия Сергеевна, – повторил он, уже выходя из-за стола. – Присаживайтесь, прошу вас. Я только что говорил о вас с генералом Суровым, вашим непосредственным начальником.

– В самом деле?

– Да. Позвольте мне взглянуть на вас… – Он обошел меня сбоку, так что я была видна в профиль. – Ну что ж, – подвел итог своим наблюдениям господин Клейменов. – Рад с вами познакомиться. Очень хорошо. Юлия Сергеевна, я думаю, что рекомендации высокочтимого Андрея Леонидовича более чем достаточно для того, чтобы вы полностью оправдали мои надежды. Я слышал от него весьма лестные слова о вас и вашем профессионализме. Впрочем, о чем я? Непрофессионала и не взяли бы в ваш отдел.

Много болтает, подумала я. Слишком много слов. Да и эти «лестные слова» о моем «профессионализме»… Лично мне не приходилось слышать от Грома похвалы, исполненной большего одобрения и экспрессии, нежели короткое:

– Хорошо. Все нормально. Ты свободна. Двое суток на отдых.

Тем временем Виктор Сергеевич энергично прошелся по комнате, а потом повернулся на каблуках и произнес:

– Я думаю, вам известно, Юлия Сергеевна, что губернатор нашей области Сухоруков Владимир Александрович, мой непосредственный начальник, снят с выборов областной избирательной комиссией на основе обвинения в злоупотреблении служебным положением?

– Да, конечно.

– Прекрасно. Так вот, вне всякого сомнения, это известно не только вам, но и всем людям в стране, которые хоть раз в день смотрят новости по телевизору. Но вы же понимаете, что в новости выносится далеко не вся информация. Информация – это духовная пища эпохи, и если ею перекормить, то можно отравиться. Не так ли?

– Совершенно верно, Виктор Сергеевич, – в тон ему ответила я. – Все это замечательно, Виктор Сергеевич, и вы, без сомнения, прекрасный ритор, но не могли бы вы поконкретнее сказать, что именно не вошло в выпуски новостей?