Марина Серова – Пальцем в небо (страница 3)

– Естественно, они же целый год не виделись. Но ее подозревать не стоит, она от него ни на шаг не отходила, это все подтвердить могут, – поняв, почему я спрашиваю, пояснил мне Родниченко.

– И все же, – не согласилась я с ним. – Вполне может быть, что и она имеет какое-то отношение к исчезновению денег. Ответьте мне: она знала, что Артем привез такую сумму с собой?

– Знала, – кивнул Петр.

– Стало быть, могла об этом кому-нибудь рассказать, – продолжила я развивать собственную мысль.

– Нет, не могла, – теперь уже не согласился со мной Родниченко.

– Это почему же?

– Потому, что о том, что деньги в квартире, она узнала вместе со всеми, а до того считала, что Артем переведет их через банк. Так что вряд ли она здесь замешана.

– Ну, допустим, что она здесь ни при чем, в таком случае расскажите мне кратко обо всех ваших друзьях, присутствовавших на вечеринке, – попросила я, достала свою записную книжку и, протянув ее Петру, добавила: – И адреса их с телефонами запишите, они мне в дальнейшем понадобятся.

– Так, значит, вы беретесь за расследование этого дела? – принимая блокнот, спросил парень.

Я молча кивнула и сосредоточилась на дороге, тем более что Петр предпочел сначала все записать, а потом продолжить рассказ. Когда же с бумажными делами было покончено, он принялся характеризовать своих бывших однокурсников. Знал он о них, конечно, немного, лишь то, что они сами о себе в тот день поведали да что помнил по институту, поэтому полагаться на его данные полностью было бы не совсем правильно.

Из рассказа я узнала, что случилось все в выходной день, что собрались одни мужчины, не считая подружки Артема. Один из бывших однокурсников ныне имеет собственную фирму, приносящую огромный доход, второй – адвокат и также получает прилично. У троих других гостей с деньгами как-то средне.

– Виктор Щербаков – парень нормальный, веселый, общительный, только работать не любит, – охарактеризовав бизнесмена и юриста, продолжил по списку Петр. – Куда ни устроится, через месяц уходит. Говорит, что надоедает ему. Он так себя ведет лишь потому, что пока родители его содержат и особой нужды в работе у него нет. Да он и сам так считает. По поводу того, мог ли он взять деньги, даже не знаю, что сказать. Раньше за ним никогда ничего подобного не наблюдалось, он ведь добрый и скорее сам последним поделится, чем чужое возьмет. Впрочем, кто его знает.

– А что, родители у него очень обеспеченные, раз он на них до сих пор надеется? – полюбопытствовала я.

– Точно не знаю, но, судя по тому, как он одевается, достаток в семье не слишком большой. Были бы побогаче, он бы тогда учиться не к нам пошел, а куда-нибудь в более престижное место. Вот. Можно продолжать дальше?

Я кивнула.

– Кроме этих троих, приходил еще Евгений Анатольевич Мягков. Он у нас в группе был самым крутым в плане следования веяниям моды. Он и сейчас хорошо одевается, одежду в дорогих бутиках покупает. К тому же машина у него новая. Он сказал, что на днях только ее приобрел, значит, деньги есть.

– Какой марки машина? – спросила я.

– Он сказал «Опель». Светло-серый, с тонированными стеклами. – Петр помолчал, а потом продолжил: – Ну и последним приглашенным был Сергей Вадимович Филиппов. Человек довольно спокойный, всегда думает о чем-то своем, редко принимает участие в общих беседах, но когда бывает в хорошем настроении – а так было и в тот день, – становится чуть ли не душой компании. Может и пошутить, и посмеяться, и поприкалываться. Все зависит от того, как у него идут дела.

– А как у него с деньгами? – напомнила я Петру о главной детали.

– С деньгами дела обстоят средне. Он работает, но зарплата не особенно большая, как, впрочем, и у меня. Но ему вроде бы на жизнь хватает, потому что очень уж он экономный, на ерунду копейки не потратит. Мечтами о покупке чего-то шикарного не страдает, в отличие от Мягкова, который вечно грезит о чем-то несбыточном. Вот в принципе все, что я о них могу сказать, – закончил свое повествование Петр Родниченко.

– Этого достаточно, – отозвалась я, останавливая машину на пригорке, так как все прилегающие к Волге места были попросту забиты автомашинами всевозможных марок. Немногим отличался и пляж – сразу было видно, что там такое количество загорающих, что и приткнуться некуда. Я обреченно вздохнула.

– Расстроены, что тут столько людей? – понял меня заказчик.

– Да уж, планировала понежиться на солнце и поплескаться в прохладной водице матушки-Волги, а тут и повернуться негде, – произнесла я в ответ. – Похоже, мне не повезло.

– Этот пляж самый ближний, и все рвутся как раз на него. Вам бы следовало куда-нибудь подальше проехать, – посоветовал Петр. – Точно знаю, что чуть дальше по берегу есть минимум пять удобных для купания мест. Могу показать парочку.

– Да нет уж, спасибо, – отказалась я от предложения, совершенно потеряв желание ехать в такую жару куда-то еще в поисках места для купания.

Честно говоря, теперь меня интересовало совсем другое. У меня появилась работа, а откладывать ее на потом не в моих правилах.

– Что-то уже расхотелось купаться, – вздохнула я. – Пожалуй, я лучше вернусь назад и займусь вашим делом.

– Я вам еще нужен? А то мне через час на работу, – сказал Родниченко, посмотрев на часы.

– Нет, если потребуется, я вам позвоню, – ответила я.

– Тогда до встречи, – открывая дверь машины, произнес Петр и выбрался из салона.

– А вы отсюда как, пешком собираетесь идти? – приподняв одну бровь вверх, с легкой усмешкой спросила я. – Здесь маршрутки не ходят.

– Да? – удивился Петр. – А я думал, они везде есть. К тому же вон там, я вижу, «Газель» стоит.

– Стоит, но ехать уж точно никуда не собирается, – продолжила я. – Шофер сейчас наверняка в волнах барахтается и усом не ведет, что вам в город надо. Так что садитесь-ка обратно, я вас подброшу до центра, мне все равно туда же.

– Если несложно… – смущенно произнес Петр и вернулся в машину.

Я быстренько завела двигатель, нацепила солнечные очки и вдавила педаль газа. Преодолев тот же путь, но в обратном теперь направлении, я высадила Родниченко на автобусной остановке, а сама поехала дальше. Но не домой, а в парк, чтобы немного подумать. Добравшись до него, поставила машину на стоянке, купила себе холодной минеральной воды и медленно пошла по тропинке между деревьями. В голове уже витали различные мысли по поводу дальнейших действий.

Итак, у нас есть восемь человек, присутствовавших на вечеринке. Двоих из них, наверное, можно освободить от подозрения – пострадавшего и моего клиента. Последний вряд ли стал бы брать деньги, учитывая, что на него первого падет подозрение. Да и вообще, друг мог потребовать у него вернуть украденное, раз все произошло в его квартире. К тому же Петру негде было спрятать деньги, если бы он их взял: с Артемом они, как я поняла, не разлучались, а хранить их дома было бы тем более глупо и опасно. Так что меньше всего подозрений падает на него.

Хотя можно рассмотреть ситуацию и с другой стороны: выходить надолго из квартиры Родниченко и не требовалось, ведь деньги он имел возможность взять задолго до вечеринки, а потом просто свалить все на гостей. А что, очень даже удобно. Кстати, намек устроить вечеринку он мог дать Апроянцу совсем не случайно. Скажем так: когда Артем приехал, у Петра родилась идея его обокрасть. Артем ведь не родственник, а всего лишь друг, к тому же живущий не в Тарасове. Затем он склоняет Артема к мысли провести вечеринку, дожидается, когда тот куда-то выйдет, забирает деньги, выносит их и прячет, а потом возвращается и делает вид, что ничего не знает… Стало быть, самого клиента придется проверять, как всех остальных.

Кроме него, подозревать можно всех без исключения, так как наличие в данный момент у кого-то денег еще не указывает на то, что они не требуются совсем. У того же самого адвоката или частного предпринимателя могут быть финансовые проблемы, которые они и задумали решить за счет суммы, привезенной Апроянцем. Сейчас ведь все «продуманные» стали, своего не упустят.

Подумав обо всем этом, я вздохнула. Получалось, что у меня сразу семь подозреваемых. Когда еще такое бывало, тем более на первой ступени начала расследования? Оставалось решить, с кого именно начать проверку. Я остановилась под густой кроной небольшого клена, достала сигарету и закурила.

«Наверное, нужно начать с клиента, – после нескольких затяжек подумала я. – Если выяснится, что он ни при чем, переключусь на остальных. Иначе может выйти, что я лишь зря потрачу время на поиски, в то время как денежки успешно будут перепрятаны или же пущены в оборот. Конечно, пока я буду разрабатывать одного, и другие подозреваемые, если виноват действительно кто-то из них, могут за это время найти применение данной сумме. Однако, как ни крути, разорваться на части и проверять одновременно всех я не могу. Нужно действовать последовательно, а не с бухты-барахты».

Докурив сигарету, я бросила окурок в урну, стоящую в сторонке, и вышла из парка. У меня появилась очень хорошая идея, все же позволяющая работать сразу в нескольких направлениях: раз в данный момент Родниченко находится на работе и освободится не ранее чем через пять часов, навещу-ка я присутствовавших на вечеринке друзей и побеседую с каждым об остальных, а уже потом установлю наблюдение за своим клиентом.