Марина Серова – Пальцем в небо (страница 5)

Поразмышляв немного над предсказанием своих маленьких помощников, я взглянула на часы и поняла, что сейчас рабочие начнут покидать завод. Я вышла из машины, выбрала для себя такое место, где меня не сразу заметят, и сосредоточила взгляд на двери здания. Успела очень вовремя, так как из нее как раз потянулась вереница людей. Они о чем-то переговаривались у входа, прощались, а затем расходились в разные стороны: кто-то шел к остановке, а кто-то пешком вдоль высокого каменного забора. Где же Родниченко?

Но вот и знакомая фигура молодого человека появилась в поле моего зрения. Он, ни о чем не подозревая, медленно направился к остановке.

«М-да, и зачем я тогда пряталась? – усмехнулась я сама над собой. – Можно было сразу сообразить, что он пойдет в ту сторону. Ну да ладно, едем следом».

Дождавшись, когда парень сядет в автобус, я села за руль своей «девятки» и заторопилась следом. Через пару кварталов выяснилось, что ехал Родниченко вовсе не к себе домой. Он сошел на улице Челюскинцев, затем пересек две небольшие улочки и направился вдоль Столичной. Медленно двигаясь на машине за ним следом, я пыталась понять, куда же он идет. Обычно, отработав свои часы на предприятии, люди спешат по домам, чтобы отдохнуть и поужинать. Однако сегодня Родниченко общему правилу почему-то не последовал.

«А вдруг он идет к своему сообщнику, у которого спрятал украденные деньги? – мелькнула у меня в голове мысль. – Кстати, очень даже может быть. Тогда мне крупно повезло, повяжу сразу обоих. Вот будет чудно: преступление раскрою в минимальные сроки, почти что за пару часов. Да мне за такое геройство как минимум медаль полагается или, по крайней мере… Тьфу ты, чего это я размечталась ни с того ни с сего? Нафантазировала невесть что… Есть поговорка: „Не пойман – не вор“, но в моем случае ее следует перефразировать: „Не поймал – не победитель“. Так что продолжаем работать дальше, ведь просто так ничего не дается, это уже проверено».

Очень скоро выяснилось, куда направлялся мой клиент. К моему великому сожалению, вовсе не на квартиру сообщника и даже не в такое место, где можно было бы назначить с ним встречу, а… в отделение милиции. Зачем туда шел Родниченко, мне стало понятно сразу: по всей видимости, хотел узнать, есть ли что-то новое по его делу. Видно, беспокоится. Знать бы еще, из-за чего переживает, за собственную шкуру или за друга?

Как только Родниченко вошел в дверь милицейского участка, я остановила машину, достала начатую сегодня утром пачку сигарет и закурила. Сделав несколько затяжек, немного расслабилась и начала активно думать.

«А что, если и мне поинтересоваться теми сведениями, которые имеются у милиции по поводу этого дела? После побывавшей в квартире группы все равно бесполезно что-то искать – они наверняка своих отпечатков там кучу наоставляли, да и остальные гости с этим тоже постарались. Скорее всего, и с участниками вечеринки милиция побеседовала и даже, может быть, что-то подозрительное обнаружила. Вдруг у них только доказательств не хватает, а уж я-то их обязательно нарою… Точно, так и нужно будет сделать. Вечером позвоню Кирьянову и поговорю с ним, пусть подкинет мне информацию».

Вспомнив про своего друга Кирю и его помощь, которую он мне то и дело оказывает во время расследования самых разных преступлений, я невольно переметнулась на мысль о том, что как-нибудь стоит отблагодарить его. Володька, конечно, мне тоже многим обязан, а в особенности – своими звездочками на погонах, но все-таки он сделал для меня очень много. Чем или как именно отблагодарить друга, я придумать не успела: Петр Родниченко покинул милицейский участок и направился в сторону, противоположную автобусной остановке.

Быстренько оставив все размышления на потом, я завела машину и снова тихонько поехала за ним. Постепенно мне становилось все сложнее преследовать Родниченко на машине, так как он, словно нарочно, принялся плутать по узким улочкам, и я вполне могла упустить его из виду. Пришлось оставить свою «девятку» в каком-то дворике и дальше пойти пешком. Теперь я могла подойти к преследуемому намного ближе, не боясь при этом быть замеченной.

Шли мы и шли, плутали и плутали и наконец оказались у большого парка, носящего название «Роща». В него Родниченко и зашел.

«Ага, вот теперь-то у него точно с кем-то состоится встреча, – заметила я про себя и поспешила следом. – Просто так он бы в парк, тем более пешком, не пошел».

Все еще надеясь на результативный исход слежки, я тоже вошла в парк и торопливо юркнула в ближайшие кусты. Дальше я уже продвигалась вперед, скрытая густыми зелеными зарослями, а потому имела возможность не выпускать из виду Родниченко и даже услышать все, о чем он будет говорить во время своего свидания. Петр же не спеша проследовал от одного входа в парк до другого, затем свернул к его центру и, выйдя к неработающему фонтану, остановился. Я тоже остановилась и присела, так как ноги уже успели устать и теперь ныли от неудобного передвижения на полусогнутых за кустами. Такой зарядкой я уже давно не занималась.

Приняв более или менее удобную позу, я слегка раздвинула ветки кустов и посмотрела на Петра. Он продолжал стоять у фонтана и озираться по сторонам. Складывалось впечатление, что он ждет момента, когда все прогуливающиеся по парку разбредутся и он останется совершенно один. Но так обычно ведут себя только лишь те, кто собирается достать что-то спрятанное в людном месте. А может быть, так оно на самом деле и есть?

Я тяжело вздохнула и с еще большим интересом стала следить за Родниченко. Тот, по всей видимости, так ничего и не дождавшись, достал из кармана часы и взглянул на циферблат. Я тоже посмотрела на свои часики, прикидывая, на какое время могла быть назначена встреча в этом парке, если таковая вообще планировалась. Оказалось, что сейчас почти семь, а значит, скоро начнет смеркаться.

Мне ничего другого не оставалось, как заниматься тем, что я так не люблю, – ждать. Проведя за кустами почти пятнадцать минут, я начала нервничать, боясь, что тот, с кем договорился встретиться Родниченко, решит не прийти, а значит, я так и не узнаю, права я была в своих подозрениях или нет. Но волновалась я зря. Тот, кого высматривал мой клиент, все же появился – буквально через несколько минут. Вопреки моим ожиданиям, это оказался вовсе не мужчина.

Увидев на аллее молоденькую девушку с короткой стрижкой и крашенными в рыжеватый цвет волосами, Родниченко кинулся ей навстречу, и через секунду они уже целовались.

«Ага, значит, это его девушка, – сразу все поняла я. – И про нее мне ничего не было известно. Случайно Родниченко умолчал о ней или же намеренно, чтобы я не заподозрила ее в соучастии при совершении кражи?»

Обдумывать эту тему дальше я не стала, решив довериться тому, что вижу и слышу, а не предположениям, поэтому просто принялась внимательно разглядывать девушку Петра. Она показалась мне особой очень спокойной и уравновешенной, эмоции демонстрировала очень неохотно и на все восклицания Петра по поводу того, как сильно он соскучился, лишь легонько улыбалась.

Шикарной внешностью девушка не обладала – простая среднестатистическая особа. Разве что одета она была очень своеобразно, что и привлекало к ней внимание. Даже я, человек, имеющий великолепный вкус, признала умение подруги Петра сочетать, казалось бы, несочетаемое так, что результат превосходил все ожидания. Я лично ни за что бы не рискнула надеть броское оранжевое платье с темно-синим жакетом поверх него, да еще и использовать бижутерию весьма ярких и контрастных цветов. Оказалось, что выглядит все это очень даже неплохо.

Подумав о том, что девушке стоило бы быть модельером, я завершила ее осмотр и стала прислушиваться к разговору голубков. Сначала в нем не было ничего интересного, обычные любезные фразы двух любящих друг друга людей. Зато потом, когда парочка переместилась от фонтана к лавочкам и заняла самую отдаленную изо всех, разговор стал для меня более занимателен.

– У тебя все нормально? Что-то ты неважно выглядишь, – по-матерински поглаживая склоненную к ее груди голову любимого, спросила рыжеволосая. – Опять проблемы с другом?

– Они и не прекращались, – расстроенно вздохнул Петр. – С тех пор, как у Артема украли деньги, я слышу от него постоянные упреки: мол, я во всем виноват. А уж когда Тема переберет со спиртным, то хоть домой не приходи – убить готов. А в чем я, собственно, виноват? В том, что устроил эту вечеринку? Так это и его идея была тоже. Так что тут некого винить, но ему-то теперь не докажешь.

– Бедный ты мой зайчик, – пожалела парня подруга и нежно потрепала его по волосам своей маленькой ручкой. – Может, тебе предложить ему пока пожить где-нибудь в другом месте?

– Нет, нет, нет! Ты что? Я даже заикнуться об этом не смогу, он же тогда обо мне такое подумает… – заволновался Петр и даже немного отстранился от девушки. – И к тому же куда он пойдет, без денег? Нет, это невозможно. Остается только надеяться, что вора в ближайшие дни найдут, иначе мне самому придется доказывать, что я ни при чем.

– Что ты хочешь сделать? – заволновалась девушка. – Ты меня так пугаешь… Тебе что, совсем меня не жалко?

– Извини, – смущенно произнес Петр и торопливо поцеловал ладошку любимой, в тот момент находившуюся в его руке. – Я не хотел ничего такого, просто… к слову пришлось. Ты главное не волнуйся, может быть, все уладится.