Марина Серова – Опасное шоу (страница 29)

– Я не смогла, – честно призналась я. – Я брала книгу, читала, но не понимала ее смысл…

– Вот видишь! – победно воскликнула моя собеседница. – Ты настолько зависима от компьютерных игр, что не в состоянии даже читать книгу! А заметь, что раньше компьютеров не было, и люди проводили свободное время за чтением, рукоделием, творческими занятиями! А современный человек, несмотря на развитие всевозможных технологий, очень беден. И беден не в материальном плане, а в духовном! Вместо того чтобы думать, развиваться, он включает гаджеты и ни о чем не размышляет! Вот и ты не смогла прочитать книгу, несмотря на то что в домиках для участников есть только легкая литература, которую в силах прочесть даже школьник!

– И что теперь со мной будет? – уныло спросила я. – У меня дико болит живот, голова, я вижу галлюцинации и постоянно хочу спать… Может, мне не стоит дальше участвовать в проекте? Похоже, это слишком сложно для меня…

– Женечка, не говори ерунды! – воскликнула женщина. – Это типичная ситуация абсолютно для всех участников! Все в первые дни испытывают неудобства и дискомфорт, все просятся домой! Но этого делать ни в коем случае нельзя! Не надо покидать проект, поверь в собственные силы! В этом я тебе помогу. Я психолог и провожу на проекте групповые тренинги, а также общаюсь с участниками индивидуально. Женщина, которая приносит пищу участникам проекта, сообщила организаторам, что тебе стало плохо. Поэтому я и приехала вместе с Вадимом, чтобы помочь тебе. Сейчас мы привезем тебя в лазарет, тебе дадут таблетки и питание, и ты сможешь продолжать работу над собой. А если ты уедешь домой, подумай, что тебя ждет? Ты ведь одна живешь, верно? Так вот, представь: ты вернешься в пустую квартиру, засядешь за компьютерную игру, и если тебе вдруг станет плохо, как сейчас, никто об этом не узнает! Ты же можешь погибнуть, понимаешь? Где твои родители? Или родственники?

– Родителей нет… – проговорила я, придав своему голосу нотку грусти. – Родственников тоже…

– Какой кошмар! – воскликнула моя собеседница. – Наверное, поэтому ты и стремишься уйти из этого мира в другой, который кажется тебе лучше. Но нет другого идеального мира! Мы живем не в виртуальной игре, мы находимся здесь и сейчас! И счастливы должны быть именно в настоящем, ни будущего, ни прошлого не существует! Это только иллюзия… Вот мы и приехали. Скоро тебе станет лучше!

Машина остановилась возле двухэтажного дома, и Вадим помог мне выбраться из машины. Блондинка пошла рядом.

– Что это? – спросила я, кивая на дом.

– Своего рода госпиталь для тех, кому на проекте стало не очень хорошо, – пояснила женщина. – Ты побудешь там пару дней, думаю, этого будет достаточно. А как только почувствуешь себя лучше, тебе дадут новое задание.

– Новое задание? – переспросила я. – Но мне не давали первого задания! Просто поселили одну в доме, никто мне ничего не говорил, и никто ко мне, кроме той женщины с едой до вас, не приходил!

– Ты не поняла, – улыбнулась блондинка. – Первым заданием было остаться наедине с самим собой. Прожить день или несколько дней в одиночестве, ни с кем не общаясь и никуда не выходя. К этому этапу ты еще вернешься, но позже. Сперва изоляция тебе показалась адом, верно? Но когда ты будешь готова, то осознаешь, что на самом деле одиночество – это дар, которым надо уметь воспользоваться. Ведь только так мы можем научиться слышать себя и чувствовать свои настоящие потребности!

Здание, куда меня привели, меньше всего походило на лазарет, как его назвала словоохотливая блондинка. Скорее оно напоминало еще один гостевой дом для туристов, где людей селили не в одноместные, а в двухместные номера.

Все комнаты, которые я увидела, пока мы поднимались на второй этаж, были закрыты. Точнее, поднимались блондинка и ее спутник – я по-прежнему висела на Вадиме, изображая из себя истощенную больную.

Поднимались мы молча, и я всю дорогу соображала, как бы мне половчее избежать «лечения», которое, я была убеждена, призвано было быстрее отправить меня на тот свет.

Психолог показалась мне ревностной фанатичкой, которая истово проповедовала свое учение, а проект «Стань лучше» считала панацеей от всех болезней. Толковую информацию она мне не сообщила – только я заговаривала об остальных участниках проекта, как она поворачивала разговор на общие темы, посвященные вреду разнообразных зависимостей.

Я спрашивала, когда будет групповая сессия у участников проекта, но блондинка уклонялась от прямого ответа.

Ее спутник был больше всего похож на туповатого головореза, который действует только по приказу своей спутницы. За все время нашего пути он не проронил ни слова – за диалог отвечала неадекватный психолог.

«Просто сумасшедший дом какой-то», – подумала я про себя.

Интересно, найду я здесь хотя бы одного нормального человека? Сперва Александр показался мне таковым, но я тут же вспомнила, как он восторженно отзывался о проекте «Стань лучше», и поняла, что он точно такой же, как и болтавшая всю дорогу блондинка. Шоу все больше напоминало мне закрытую секту, которая ищет себе последователей и обращает других людей в свою дикую веру.

Мы дошли до второй двери на втором этаже. Блондинка (позже она представилась мне Верой) достала ключ и повернула в замочной скважине.

В комнате было темно, и женщина включила свет.

Я смогла оглядеться по сторонам.

Это был двухместный номер, очень похожий на мою комнату, где я провела первый день пребывания на проекте. С той лишь разницей, что кровати было две, и на одной лежала девушка с длинными черными волосами.

Судя по всему, она спала – глаза ее были закрыты, и лежала она неподвижно. В глаза бросалась жуткая худоба спящей – ее лицо было буквально обтянуто бледно-желтой кожей, из-под одеяла выглядывала тощая шея.

Я сперва решила, что она мертва, однако, приглядевшись, заметила, что ее грудь под покрывалом слабо поднимается в такт дыханию.

Ну хоть это радует – меня догадались поселить с живым человеком.

Я подняла глаза наверх, стараясь разглядеть, есть ли в комнате камеры. Естественно, они присутствовали – точно такие же, как и в моем номере.

Блондинка указала на свободную кровать и проговорила:

– Женя, располагайся. С тобой пока будет жить Лиза, у нее похожее состояние. Как и ты, Лиза недавно на проекте, поэтому тебя поселили с ней. Скоро придет врач и даст тебе таблетки. Но сначала принесут еду. Будь хорошей девочкой, не капризничай. Сперва тебе будет казаться невкусной здешняя еда, но потом ты к ней привыкнешь.

– Но я ела до того, как мне стало плохо! – заявила я. – Только когда стало тошнить, я не смогла ничего съесть! И мне еще нужно в туалет. Где здесь уборная?

– Идем, я провожу тебя до туалета, – сказала Вера.

Я ужаснулась – похоже, дверь здесь будут запирать, и что мне делать, если действительно понадобится по естественной надобности?

Этот вопрос я поспешила задать психологу.

– Не волнуйся, дверь в вашу с Лизой комнату будет открыта, – успокоила меня блондинка. – С вами будет находиться медсестра, ей сможешь задать любой вопрос, она тебе все подскажет. Только когда ей понадобится уйти, она закроет дверь. Но об этом она обязательно предупредит!

Вера проводила меня до туалета, точно такого же, как и в моем домике.

Я порадовалась, что в уборную она со мной не зашла, осталась ждать снаружи. Правда, поинтересовалась, нормально ли я себя чувствую и не упаду ли в обморок.

Я пообещала ей, что терять сознание не буду, заявила, что чувствую себя лучше.

Психолог поверила, и я заперла дверь. Открыла кран и выпила воды – меня уже давно мучила жажда, но я вынуждена была лежать на полу неподвижно, чтобы не вызвать подозрений. Просить воды у Веры или Вадима я побоялась – кто знает, может, и питьевая вода у них отравлена, поэтому дотерпела до туалета. После умылась и вышла в коридор. Вера по-прежнему ждала меня снаружи.

Она довела меня до комнаты, пообещала, что медсестра скоро придет, и вышла, заперев за собой дверь.

Я уселась на кровать, посмотрела на свою соседку. Несмотря на включенный свет, Лиза по-прежнему спала, даже не повернулась, пока нас с психологом не было.

Странно, отметила я про себя. Прямо-таки спящая красавица какая-то. Хотела бы я знать, чем ее накормили, что она дрыхнет посреди бела дня…

Как и обещала Вера, вскоре дверь открылась и вошла невысокая полная женщина с короткими светлыми волосами, постриженными под «каре». Прическа удивительным образом не шла ее круглому лицу, прямые волосы делали его еще полнее. Одета женщина была в костюм, которые обычно носят медсестры. Правда, и халат, и брюки были светло-розового цвета, и от этого женщина казалась еще толще, чем она была на самом деле. На голове у нее был смешной чепчик, на глазах – очки. Про себя я назвала ее «совой» – уж больно медсестра была похожа на эту птицу.

«Сова» подошла ко мне, внимательно посмотрела на мое лицо и произнесла:

– Меня зовут Софья Павловна. Ты, я полагаю, Женя?

Я кивнула. Надо же, как я оказалась права. «Сова» по имени Софья. Какая красота…

– Выпей вот эту таблетку. – Медсестра достала из кармана пузырек, на котором отсутствовало название, вытряхнула на руку три пилюли. Одна была розового цвета, почти как костюм «совы», другая – белого, третья – голубого.