Марина Серова – Месть под парусами (страница 19)

Хотелось разговорить эту женщину, выяснить больше, узнать подробнее.

Я уточнила:

– И много было этих домашних правил?

– Достаточно, – хмыкнула женщина. – Вы вот видели пульт от телевизора в пакете? Зато не знаете, как долго я уговаривала его снять пленку с дивана и кресел. Ведь на светлом так легко остаются пятна. Вы видите порядок, в котором стоят книги? – Полина не стала дожидаться моего кивка, посчитав вопрос риторическим.

Она подошла к стенке и из одного из шкафчиков достала толстую тетрадь в твердом переплете. Протянула мне:

– Взгляните. Подобные каталоги Сергей вел еще со времен учебы в институте. В них он вносил прочитанные им книги с кратким содержанием каждой и собственными замечаниями о прочитанном. Здесь, – она махнула рукой в сторону шкафчика, – целая стопка таких каталогов. Сергей любил листать их вечерами, вспоминать понравившиеся книги. Хотя свой вкус, нужно отдать ему должное, мне не навязывал. Я продолжала читать типично женскую литературу.

Я перелистнула несколько страниц книжного каталога. Записи, сделанные аккуратным почерком, были интересными, ремарки – остроумными, примечания – уместными. Я бы с удовольствием полистала на досуге эти каталоги, может, взяла бы и себе на заметку, что почитать.

Я озвучила Полине свою просьбу, на что она безразлично пожала плечами:

– Забирайте, мне они не нужны. Сейчас я вам их упакую.

Женщина вышла на кухню, зашуршала там пакетом, а я подумала, что надо придумать повод и на кухне все-таки побывать.

Словно отвечая моим мыслям, из кухни раздался голос Полины:

– Как вы отнесетесь к предложению выпить кофе, Татьяна?

– Очень положительно! – ответила я громко.

Спустя пару минут в комнате появилась Полина, споро запаковала все каталоги и положила сверток на стол:

– Не забудьте потом, – и повела головой в сторону кухни, предлагая проследовать за собой. – В таком случае пойдемте на кухню, чтобы кофе не сбежал, пока мы тут беседуем.

– Конечно, – согласилась я, поднимаясь с удобного кресла. – Кофе – такой капризный напиток, что за ним нужен глаз да глаз.

Полина заколдовала над туркой, а я с интересом наблюдала за уверенными движениями изящных рук, сосредоточенным лицом и, конечно, за окружающей обстановкой. Даже здесь, на кухне, все было слишком правильно. Чашки на открытой полке стояли повернутыми ручками в одну сторону. Висящие на крючках разделочные доски были подписаны. Даже на хромированной раковине не было заметно ни единого пятнышка. И это при том, что только что Полина набирала воду в турку!

Я мысленно застонала: такого уровня порядка я точно никогда не достигну. Впрочем, мне это и не было нужно.

– Вижу, у вас везде все идеально! – не покривила я душой. Хотя мне самой подобная обстановка казалась нежилой.

– Я люблю порядок, – пожала плечами Полина. – Когда я была маленькой, а дедушка по отцу был еще жив, я часто видела, как он входил в дом в тех же сапогах, в которых только что убирал в хлеву у скота. Или как он запросто мог плюнуть на пол, не обращая внимания на то, что я его вымыла буквально полчаса назад. Я не могу сказать, что у меня пунктик на чистоте, но мое отношение к порядку послужило очень прочной основой для нашего брака с Сережей.

– Вы, наверное, и не ссорились никогда? – Мне показалось важным это уточнить. Все-таки если этот брак был таким замечательным, то как Комаровы оказались на грани развода?

– Ссорились, конечно, – честно ответила Полина. – Особенно до того, как я привыкла к некоторым особенностям Сережиного характера. Например, наша первая ссора случилась из-за того, что я выдавила зубную пасту не с конца тюбика, а с середины.

– Из-за такой мелочи? – удивилась я, принюхиваясь к запаху готовящегося кофе.

– Для Сергея, кажется, не существовало мелочей. Меня могли ждать скандал и длинная лекция за неровно поставленные тапочки, за невымытую сразу после приема пищи посуду, за незаправленную сразу после пробуждения кровать или за слишком толсто нарезанный хлеб. А уж невыключенный свет приравнивался чуть ли не к смертному греху.

Мне самой казалось, что мои глаза становятся все больше и больше. Я не могла поверить в то, что в современном мире могут существовать такие домостроевские замашки.

Полина же, наверное, желая сгладить неприятное послевкусие своих откровений, добавила:

– Не смотрите так, Татьяна. Я действительно привыкла. В каком-то смысле было удобно. Время было распланировано заранее: для сна, для отдыха, работы, секса.

– То есть, – я слегка смутилась от откровенности Полины, – секс тоже происходил по расписанию?

– Конечно, это ведь важный аспект семейной жизни. А пренебрегать важными аспектами было не в правилах Сергея. Раз в неделю, субботним вечером, как бы ни складывались обстоятельства, но секс должен был состояться.

– Вы так говорите об этом, Полина, словно это было тяжкой повинностью, а не удовольствием, – качнула я головой.

– В какой-то степени так и было. – Женщина рассматривала свои руки так внимательно, словно на костяшках пальцев могла найти ответы на те неудобные вопросы, которые я задавала.

Но все-таки и об этом я должна была спросить:

– А дети?..

– Нет, – не дала мне договорить Полина, заметно заледенев взглядом. – Сергей считал, что дети – это хаос. А хаосу не место в его жизни.

И она снова замолчала, видимо, обдумывая что-то свое, личное.

Мне было даже немного неловко, когда я все-таки решилась спросить:

– Вы знаете, что у вашего мужа была интрижка в офисе?

Полина бросила на меня быстрый взгляд и внезапно решилась:

– На самом деле, Татьяна, наш брак давно трещал по швам. Я не знала, с кем конкретно, но не раз ловила Сергея на том, что он с кем-то переписывался.

– Не пытались узнать? – поинтересовалась я.

– Нет, – отрицательно качнула головой женщина. – Боюсь, мне это было вовсе не интересно. На самом деле я с некоторых пор собиралась поговорить с Сергеем о разводе.

– Это было именно вашим решением?

Почему-то сначала мне казалось, что именно Сергей был тем, кто захотел кардинально изменить свою жизнь. Однако теперь, узнав больше о характере и привычках Комарова, я прекрасно могла понять Полину. Сама бы я точно не выдержала жизни под гнетом бесконечных правил.

Женщина тем временем ответила:

– Да, предложила я, но Сергей не был против. Наоборот, казалось, он с живостью ухватился за это предложение. Возможно, ему так же, как и мне, уже стало тошно по вечерам возвращаться домой.

Полина помолчала, но внезапно быстро заговорила:

– Я не знаю, решилась бы я на развод, даже несмотря на то, что Сергей не был верным и примерным мужем. Возможно, так бы все и тянулось. Возможно, я бы и состарилась в этом стерильном браке. Если бы не Игорь.

О! А это что за новый персонаж? Я насторожилась. Переспросила:

– Игорь?

– Вы не слышали о нем? – Полина посмотрела на меня слегка удивленно. – Игорь Антонович Зарубин. Он также работает в «МедТех». В юридическом отделе.

Точно! Я узнала фамилию, и перед мысленным взором тут же мелькнуло его фото с листа с данными. Он не просто работал в юридическом отделе, а был его начальником. И что важно, также присутствовал на банкете, закончившемся убийством.

– Я вспомнила, когда вы назвали фамилию. – Я цепко взглянула на Полину. – В каких вы были отношениях?

– В теплых, если можно так сказать. – Полина вздохнула. – Я примерно догадываюсь, о чем могли бы вы сейчас подумать, но, уверяю, Игорь никак не причастен к… – она запнулась, – к тому, что случилось с Сережей.

– Почему вы так уверены? – кажется, мой голос прозвучал слегка скептично, но контролировать свой тон сейчас не хотелось. – Вы знали, что ревность – один из основных мотивов, по которым совершаются убийства?

– Знала, я много читаю, – хмыкнула Полина. – Но мотива как раз и не было. Мы с Сергеем на этой неделе собирались подавать заявление о разводе. Развели бы нас быстро, ни общих детей, ни претензий друг к другу мы не имели. Даже если бы я вообразила себя роковой красоткой, все равно непонятно, зачем Игорю нужна была Сережина смерть.

– Действительно, – согласилась я и внезапно уловила, как Полина бросила быстрый взгляд на часы. – Вы торопитесь?

– На самом деле да, немного. – Женщина чуть виновато улыбнулась. – Я работаю в нескольких небольших фирмах приходящим бухгалтером. Сейчас конец месяца, время отчетов, так что…

Она не договорила, но я прекрасно могла ее понять.

Я поднялась, поблагодарила за кофе, который и правда оказался очень вкусным, и протянула визитку:

– Если что-то вспомните, позвоните.

– Конечно, – улыбнулась на прощание женщина.

Оказавшись в своей машине, я провела рукой по приборной панели и даже с какой-то нежностью посмотрела на тонкий слой пыли, оставшийся на пальце. Никогда бы не подумала, что небольшой беспорядок может вызывать умиление. Но если начистоту, создавалось впечатление, что у Комарова было какое-то психическое расстройство. Есть такое, да, когда люди просто помешаны на чистоте? Впрочем, отогнала я ненужные мысли, в данной ситуации это не имело ровно никакого значения.

Мне вспомнились слова Насти Саломахиной о том, что она своим несовершенным поведением привнесла в жизнь Комарова хаос. И мне подумалось, что немного хаоса в жизни никому не повредит. Ну или по крайней мере не даст закиснуть со скуки.

Я хмыкнула и уже потянулась к ключу зажигания, как из кармана послышалась мелодия вызова.