Марина Серова – Карнавальная ночка (страница 4)

Мы добрались-таки до места, Илья встал лицом ко мне, принял позу, готовясь к танцу. И тут же толпа оживилась. За нами начала выстраиваться колонна желающих танцевать. Не прошло и пяти минут, а зал полностью преобразился. Стройный ряд пар, готовых вальсировать, ожидал начала музыки. Распорядитель бала подошел к микрофону, слегка откашлялся и громко, четко поставленным голосом объявил:

– Дамы и господа! Внимание. Иоганн Штраус, «Сказки Венского леса». Вальс.

Лица собравшихся выразили сосредоточенность на предстоящем действе. Оркестр грянул музыку, и пары поплыли по залу. Я кружила по гладкому паркету в объятиях Ильи и получала истинное наслаждение. Назвав Илью непревзойденным танцором, Димка ничуть не покривил душой. Вальсировал он и впрямь великолепно. Не удержавшись, я поинтересовалась:

– Откройте секрет, откуда у современного бизнесмена такие незаурядные способности в области бальных танцев?

– Этот комплимент скорее не мне, а моим родителям. Они были страстными приверженцами всего классического. Ну, и единственного отпрыска, коим являлся ваш покорный слуга, активно приобщали и к бальным танцам, и к классической музыке, и к живописи. Мечтали, чтобы я добился головокружительного успеха в одной из этих областей. Увы, умение вальсировать так и осталось всего лишь хобби, хотя и приятным, – признался Илья. – А вот вы наверняка занимаетесь этим профессионально, верно?

– О нет. Моя профессия далека и от музыки, и от танцев, – засмеялась я.

– Не может быть, – не поверил Илья. – Вы великолепно двигаетесь. Если не танцы, значит, театр или кино. Или что-то в этом роде.

– И снова не угадали. У меня вполне обыденная профессия. Без какой бы то ни было романтики и высоких материй, – вынуждена была возразить я.

– Вы меня заинтриговали. Признавайтесь, чем вы занимаетесь? Какова ваша профессия? – не останавливаясь, потребовал Илья.

– Боюсь, вы будете разочарованы, – предупредила я.

– Ничего, я привык к разочарованиям, – настаивал Илья. – Говорите, не смущайтесь. Ну, не уборщица же вы, в конце концов?

– Не уборщица. Хотя кое-какой мусор мне приходится разгребать, – смеясь, ответила я. – Я детектив. Помогаю людям добиться правды.

– Ого! Вот это поворот! – Илья остановился на половине такта. – Вы – детектив? Никогда бы не подумал. Это что же, в программу подготовки детективов входит изучение классических танцев? Мне казалось, что их только трупы и интересуют. Ох, простите! Я, верно, допустил бестактность.

– Ничего. Я привыкла к подобной реакции, – спокойно ответила я. – А танцы – это, как в вашем случае, скорее хобби.

Илья неловко топтался на месте, не решаясь продолжить танец. У меня тоже пропало желание кружить по залу в компании хозяина бала. Положение спасла молоденькая барышня, поспешившая воспользоваться паузой. Подхватив Илью под локоть, она проворковала что-то о традиции меняться партнерами и увлекла своего нового кавалера в гущу танцующих. Илья виновато пожал плечами, но подчинился напору девушки. Мне показалось, что покидал он меня с облегчением. В мою сторону рванули сразу два кавалера во фраках, но я поспешила ретироваться. Все, хватит с меня танцев на сегодня. Лучше постою в сторонке, понаблюдаю за гостями. А еще лучше – найду Димку и сообщу, что отправляюсь домой.

Поискав глазами бывшего одноклассника, я пришла к выводу, что найти его будет не так-то просто. Приглашенных было так много, что пробиться через ряды танцующих пар не представлялось возможным. Я решила, что если Димка в числе этих пар, то рано или поздно он должен оказаться в той части зала, в которой сейчас нахожусь и я. Ведь пары двигаются по кругу, значит, этот круг неизбежно приведет ко мне Димку. Ну а если среди них Димки нет, нужно просто дождаться паузы в танцевальном марафоне. Тогда двигаться по залу будет не так проблематично. И я устроилась у одного из окон, приготовившись терпеливо ждать.

Один танец плавно перетекал в другой, пары менялись партнерами и партнершами. Я потеряла счет времени. Пары кружились и кружились до тех пор, пока звучала музыка. Наконец отгремел последний аккорд, и распорядитель призвал гостей наполнить бокалы. Организатор бала собирался провозгласить тост. Гости заметно оживились, предвкушая продолжение банкета. Те, у кого комплексы напрочь отсутствовали, сразу же рванули к столам подъедать остатки былой роскоши. Остальные ограничились напитками, щедро предлагаемыми приглашенными официантами.

Слушать поздравительную речь Ильи я не собиралась. Вместо этого я принялась ходить от одной группы людей к другой, высматривая Димку. Его нигде не было видно. Между тем на сцену поднялся Илья, пощелкал по микрофону, проверяя его готовность, широко улыбнулся и обратился к гостям.

– Дамы и господа! Прошу минуту внимания. Бокалы у всех полны? Не стесняйтесь, обращайтесь к официантам, они обеспечат вас напитками, – провозгласил он.

Дожидаясь, пока гости исполнят его просьбу, Илья стоял на сцене, сжимая в руках свой собственный бокал, и блаженно улыбался. Праздник ему явно нравился. То же самое можно было сказать и о гостях. Недовольные гримасы отсутствовали в принципе. Илья начал говорить поздравительную речь, я же продолжала свое движение. Гости начали шикать на меня, обвиняя в том, что я, дескать, мешаю слушать поздравления устроителя бала и поступок этот крайне невежлив. Пришлось извиниться и приостановить поиски Димки. От нечего делать я стала слушать спич, произносимый Ильей, и отметила про себя, что говорил он так же складно, как и танцевал.

– Уважаемые гости! Коллеги, друзья! Разрешите всех вас поздравить с наступающим чудесным праздником. Как говаривал Чеширский кот, чудесам положено случаться…

Гости радостно зааплодировали. Счастливо улыбаясь, Илья продолжал свою речь. Кое-кто из присутствующих под шумок набивал рты. Кое-кто, успев опустошить бокал, осторожно пробирался к стойке с напитками, намереваясь незаметно совершить обмен пустой тары на полную. Большинство же вежливо следили за словами босса, предпочитая дождаться окончания поздравления, а уж потом, на официальных основаниях, приступить к праздничным возлияниям.

– Праздник Нового года – апофеоз контрастов. На улице мороз, снег, темно. А дома сверкают огни, весело, тепло, нарядная елка, праздничный стол… – Илья приостановился, видимо дойдя до кульминационной точки в своей речи, и возвысил голос: – В заключение хочу всем вам пожелать – если в новогоднюю ночь в вашу дверь постучится беда, то пусть ей откроет счастье и ответит: «Никого нет дома!»

Илья замолчал, ожидая аплодисментов. Гости готовы были разразиться бурными овациями, но вместо оваций зал огласил дикий крик. Кричала женщина. Звук доносился откуда-то снизу, но с каждой секундой приближался. Я перестала пытаться обойти толпу. Вместо этого я стала расталкивать гостей, машинально устремившихся на выход. В дверях мы оказались одновременно, я и кричащая женщина.

– Что случилось? – как можно более спокойным голосом спросила я.

– Там! Т-а-м!!! – только и могла повторять женщина.

– Что там? Успокойтесь, вы в безопасности. Объясните, что произошло? – попыталась я успокоить ее.

– Он! Мертв… – выговорила та наконец и тут же потеряла сознание.

Я подхватила ее на руки, огляделась по сторонам. Мне на помощь никто не спешил. Только издали слышались голоса любопытных, пытающихся выяснить, что произошло.

– Кто-нибудь, помогите же женщине, – сердито потребовала я.

Двое мужчин сообразили-таки принять женщину из моих рук и отнести ее на ближайшую кушетку. Освободившись от своей ноши, я побежала вниз по лестнице, бросив на ходу:

– Никому не двигаться! Это приказ!

Как ни странно, слова мои подействовали моментально. Только что толпа готова была сорваться следом за мной, а тут даже не шелохнулась. Один из мужчин, судя по выправке, военный, занял пост в дверях, крикнув мне в спину, что проследит за тем, чтобы вызвали «Скорую». Кивком головы я успела поблагодарить его, прежде чем скрылась в полуподвальном помещении. Я дошла до гардеробных комнат. Судя по тому, что женщина кричала «он», искать нужно было в мужской гардеробной. Заглянув внутрь, я никого не увидела. Мебели в комнате было минимальное количество. Шкафчики вдоль стены, предназначенные для хранения личных вещей, были слишком малы, чтобы туда поместилось чье-то тело. Их я осматривать не стала. Ну а кушетки, стоящие по центру, и разглядывать было не нужно. Все они были пусты. В дамской гардеробной картина была точно такая же. Ни мужчин, ни женщин. Ни мертвых, ни живых.

Тогда я решила осмотреть туалеты. Они располагались несколько дальше, метрах в десяти от гардеробных. Осмотрев кабинки в мужском и женском туалете, я снова никого не нашла. «Быть может, женщине померещилось? – подумала я. – Выпила лишнего, сознание помутилось, спустилась вниз и «увидела» покойника. Реально? Реально. Я-то никаких трупов не вижу». Придя к такому выводу, я собиралась подняться наверх, чтобы успокоить гостей, когда взгляд мой выхватил некий предмет, лежащий на полу, в нескольких метрах от туалетных комнат. Я вгляделась внимательнее. Какая-то тряпица. Маска? Скорее всего. Осторожно приблизившись, я подняла вещицу. Это действительно была маска. «Точно такая же была у Димки, – машинально подумала я. Внезапная догадка парализовала мои мышцы: – Димкина маска. Бесплодные поиски по залу. Крик женщины», – проносилось у меня в голове. Когда ступор прошел, я бросилась по коридору за угол, скрывающий от моих глаз то, что мозг уже успел нарисовать в своем воображении.