Марина Серова – И грянул выстрел (страница 35)

– Я не подозреваемый, я самый последний дурак! – снова вскричал Нефедочкин и вскочил со стула. – Я, как последний дурак, сижу и битый час, если не больше, слушаю ваши сказки! Но – все!

– Сядьте, Нефедочкин, – официальным тоном произнесла я, – повторяю еще раз: сейчас здесь будет полиция с группой захвата. В ваших же интересах оставаться в коттедже и, грубо говоря, никуда не рыпаться!

– Это еще почему? – Нефедочкин застыл на месте.

– А вы не догадываетесь? Вы же не выполнили задания, которое вам поручил ваш хозяин. Естественно, у него возникли сомнения в том, что вы будете держать язык за зубами. Вы сейчас для него – бомба замедленного действия. Любой заказчик в таком случае незамедлительно ликвидирует не справившегося с задачей агента-исполнителя. Аксенов, надо полагать, уже доложил о провале операции куда и кому следует. Так что вы напрасно надеетесь, что ваши союзники приедут сюда и вытащат вас и тем самым спасут от полицейского преследования. Вам сейчас надо опасаться именно их, господина Аксенова и его бойцов.

Нефедочкин, видимо, не продумал этот вариант. Хотя ему, очевидно, просто не могло прийти в голову, что он не справится с полученным заданием.

– Я вообще не понимаю, к чему вы столько времени рассказывали какие-то небылицы, – вдруг начал управляющий. – Неужели вы считаете, что я прямо вот так во всем и признаюсь? Во всем, что вы тут наговорили-нагородили? Уж не рассчитывали ли вы на мое чистосердечное признание?

– Нет, конечно. Но сейчас приедет полиция, вас доставят в отделение. А затем туда же привезут и Виолетту Григорьевну. На очной ставке она даст показания, и тогда вам, Константин Львович, уже не отвертеться.

– Вы сначала дождитесь своих полицейских! – воскликнул Нефедочкин и, резко рванувшись вперед, выскочил из комнаты.

Я бросилась за ним, на ходу выхватывая сотовый.

– Володь, приезжай быстрее в поселок! Нефедочкин разоблачен и может скрыться! – крикнула я и устремилась за управляющим.

Я выбежала в коридор, там почему-то было темно. Я подняла голову и заметила, что точечные светильники, вмонтированные в потолок, не горят. Вдали я увидела силуэт Нефедочкина, он как раз пробегал мимо комнаты, где находились мониторы.

– Антон, задержите Нефедочкина! – рявкнула я.

Я увидела, как из дежурки метнулся охранник, а затем послышался его возглас, выражавший досаду. «Неужели Антон упустил его?» – пронеслось у меня в голове. Тут я услышала, как кто-то громко затопал, как будто убегал, а затем хлопнула парадная дверь. Я в это время уже была рядом с дежурной комнатой. Антон растерянно стоял около двери. Набрала номер Кириных парней, буркнула:

– Ярослав, ловите управляющего, он где-то в саду!

Получив ответное «угу», сбросила звонок и развернулась к Антону.

– Убежал он, Татьяна Александровна, – виновато произнес охранник, – я, если честно, еще не успел сориентироваться, никак не мог подумать, что он…

– Ладно, это ничего, – успокоила я его, – давайте быстро в сад. Он еще не успел убежать далеко. Надо его догнать и привести сюда.

Антон кивнул и побежал к выходу. Я тоже последовала за ним. Освещения в парковой зоне тоже не было.

– Антон, что случилось со светом? – спросила я, добежав до охранника.

– Татьяна Александровна, – ко мне быстрым шагом подошел стажер Ярослав, – Николай только что был в цокольном этаже, там находится распределительный щит. Так вот, он не поврежден, все на месте. По идее, свет должен быть.

– А его нет, – заметила я. – А… могли повредить проводку за ограждением?

– Да запросто, – сказал подошедший к нам Владимир Татушкин, второй стажер. – Вы нам хоть расскажите, как этот ваш управляющий выглядит. Кого ловить?

Я кратенько описала внешность Нефедочкина и проинструктировала:

– Значит, так, ребята. Я позвонила Владимиру Сергеевичу, они с гэбээровцами через полчасика-часик должны быть здесь. Но до его приезда нам необходимо продержаться. И еще – найти управляющего, поскольку он главный подозреваемый, и полагаю, его намерены ликвидировать бойцы господина Аксенова. Сдается мне, что это они перерубили провод. Скорее всего, они будут штурмовать ограждение. Надо этому помешать. Нельзя дать им проникнуть на территорию.

– Татьяна Александровна, так ведь у нас генератор имеется. Я его запущу, и у нас появится свет, – предложил Антон.

– Подождите, Антон. Это не главное сейчас. В конце концов, есть же фонарики. Нам необходимо найти Нефедочкина и отразить натиск рейдерской компании. Так что давайте сейчас разделимся на группы и обследуем парк. Заодно, по мере необходимости, будем держать оборону. Оружие у всех имеется?

– У меня есть, – ответил Антон и показал пистолет.

– У вас, ребята, – обратилась я к Владимиру и Ярославу, – естественно, имеется.

Парни кивнули.

– У меня нет, – сказал Николай.

– Ладно. Вы, Николай, тогда садитесь за пульт, следите за мониторами и никого не пускайте в коттедж. Ну, и естественно, в ворота тоже. Владимир и Ярослав пойдут осматривать левую сторону парка. Помните, мы там обнаружили место, где Олег перебирался к нам и обратно? Возможно, и сейчас там что-то такое намечается. А вы, Антон, следите за территорией перед воротами, мало ли что. Я обследую правую сторону парка. Там, кажется, находится какое-то строение. Все будьте осторожны – у рейдеров есть огнестрел!

– Это помещение для садового инвентаря, – подсказал Антон, – там Анастасия Владиславовна держит все, что требуется для ухода за деревьями.

– Хорошо, туда я сейчас и направлюсь, – сказала я, а про себя подумала: «Так-так-так, по всем признакам, к нам пожаловал господин Аксенов со своими бойцами. Кто еще мог повредить провод и вырубить тем самым свет? А пожаловал он отнюдь не за тем, чтобы вызволить управляющего Нефедочкина. Это ясно, как божий день. Хотя сейчас глубокий вечер. Нет, не нужен больше Константин Львович своему московскому хозяину, не нужен. Живым, во всяком случае, он точно не нужен. А вот мне он необходим. Хотя… Он ведь прав, конкретных доказательств у меня действительно нет. Ну и ладно. По крайней мере, смогу убедиться, что убийца не он, и снова примусь за поиски. А вдруг? Ладно, об этом я подумаю потом, когда изловлю Нефедочкина. Но где он может находиться? Мог он направиться к въездным воротам? Но они закрыты. Открыть их можно только с пульта, за которым следит Николай. Перелезть через них невозможно. Они крепкие, надежные, высокие, непробиваемые. Да, собственно, их никто и не собирается подрывать. Получается, что остается путь через ограждение. Там, скорее всего, его и будут ждать. Но сейчас-то он где находится?»

Я пробиралась сквозь подстриженные, но все равно колкие кустарники и внимательно смотрела по сторонам. Пыталась прислушиваться, но, если честно, и сама шуршала и хрустела ветками, и ребята передвигались не так чтобы совсем бесшумно. Плюс шорох ветра в кронах деревьев… Не больно-то кого услышишь.

Так я дошла до маленького приземистого помещения, где, по словам Антона, хранились садовые инструменты, и осмотрелась. Все было тихо. Вдруг мне показалось, что внутри этого садового домика кто-то движется. И почти сразу же зашевелились ветки кустарника напротив домика. Около него был открытый участок, на котором не росли ни деревья, ни какая-то другая растительность. Образовалось нечто вроде небольшой лужайки. Вот на эту лужайку сейчас и вышли три вооруженных человека. В одном из них я узнала того, кто среди другой тройки принимал участие в захвате коттеджа. Два других мне были неизвестны. Похоже прибыли ликвидаторы Нефедочкина. Мужчины направились прямо к домику. Стало быть, у них была такая договоренность.

Я крикнула:

– А ну, стойте, где стоите! Если двинетесь, буду стрелять на поражение!

Я рассчитывала, что они немного растеряются и хотя бы ненадолго придут в замешательство. Но парни оказались «крепкими орешками». Очевидно, они прошли хорошую выучку и не раз попадали в похожие ситуации. Вместо того чтобы остановиться, они, наоборот, молниеносно повернулись в мою сторону. Раздался выстрел, но буквально секундой ранее я бросилась на землю и откатилась к кустарнику. Если бы я не совершила этот маневр, то сейчас бы лежала, изрешеченная пулями, которые попали точно в то место, где я только что находилась. Кажется, эти гады выстрелили все одновременно. Я тоже не осталась в долгу и, все еще лежа на земле, сделала два прицельных выстрела. Раздался негромкий вскрик, потом стон вперемежку с матерной бранью, потом – еще один выстрел в мою сторону. Затем я увидела, как противники скрываются в кустарнике. Один из них заметно прихрамывал. Значит, я его зацепила. Я сделала еще пару выстрелов в их сторону. Потом все стихло. Ветви кустарника перестали шевелиться. Только тогда я встала с земли и подошла к домику.

– Нефедочкин, выходите! – крикнула я.

Ответом мне было молчание.

– Константин Львович, я знаю, что вы там. Долго вы еще будете отсиживаться? Имейте в виду, я не смогу долго отстреливаться, защищая вас от ваших бывших союзников, а теперь – ликвидаторов.

– Почему вы называете их ликвидаторами? – спросил Нефедочкин, но наружу не вышел, а все еще оставался внутри.

– Да ведь я вам уже объяснила, почему. Неужели до сих пор непонятно? Вы стали опасным свидетелем для вашего работодателя. Он не допустит своего разоблачения. Поэтому он и отдал приказ уничтожить вас. Ну, теперь-то до вас дошло наконец?