Марина Серова – Чертовски весело (страница 5)

– Пример другим подавать?

– Н-ну… да.

Григорьев застегнул рукава рубашки и надел пиджак. Он собрал в папку бумаги и, поднявшись с кресла, задумчиво постучал папкой о стол:

– Видимо, придется мне опять бумаги с собой брать. Домой, – он посмотрел на меня.

– Возьмите, – пожала я плечами, – только я папку понесу. Пусть будет в моих руках, так безопаснее, уж вы мне поверьте.

– Хорошо, – согласился Александр Владимирович и вручил мне папку, – только… это самое… – предупредил он.

– Не волнуйтесь, – успокоила его я, – это моя работа, как говорится.

Мы покинули кабинет, прошли по опустевшему коридору, спустились на первый этаж. Внизу, прямо перед выходом, на проходной стоял Валерий Петрович Задовский. Общался с охранником. Что-то ему по-отечески внушал.

Увидев нас, Задовский повернулся к нам и улыбнулся сердечно:

– Последний уходите, Александр Владимирович, – четко выговорил он и посмотрел на часы, – половина десятого, для руководителя это… очень хорошо, – они обменялись с Григорьевым рукопожатием – прощались до завтра.

– А-а! – обратил внимание Задовский на то, что папка находилась в руках у меня, а не у Александра Владимировича. – Телохранитель на работе? – и к Григорьеву: – Доверяете, Александр Владимирович?

– Доверяю, – согласился Григорьев, – до свидания, Валерий Петрович.

Мы вышли из банка и проследовали к черному «Шевроле», за рулем которого дремал здоровенный детина в красной кожаной кепке.

– Здрасьте, Сан Димыч, – безразлично промямлил детина. Потом заметил меня, не удивился и тоже поздоровался: – Привет.

– Это Дрям, – представил его Григорьев, садясь в машину.

– Как? – не поняла я.

– Дрям, – повторил Григорьев, – фамилия у него Дрямов, вот и прозвали так – Дрям. А вообще-то его Димой зовут, – добавил он.

Дрям-Дима молча завел машину, и мы тронулись. Александр Владимирович все время, пока мы ехали до его дома, посматривал на папку в моих руках.

На место назначения мы прибыли минут через двадцать. Дрям-Дима все время молчал, только носом посапывал так, что заглушал порой шум мотора. Александр Владимирович тоже ни слова не проговорил – устал он.

А я все ждала, когда появятся грабители в черных масках и длинных плащах. Шучу, конечно, я тоже спать хотела. Прошлой ночью плохо спала.

Мы подкатили к подъезду большого девятиэтажного дома. Дрям-Дима заглушил мотор и немедленно ткнулся головой в баранку. Снова задремал.

– Не уезжайте пока, – предупредил Александр Владимирович водителя, – сейчас Женя проводит меня, и домой ее отвезете.

Дрям-Дима согласно буркнул из-под своей кепки.

Даже так! Какую возможность господин Григорьев упускает. Вполне в его полномочиях было попросить меня остаться на ночь. В смысле – охранять его ночью. А вот поди ж ты. Ну, Александр Владимирович, Александр Владимирович…

– Вы уверены, – произнесла я, выходя из машины, – что не хотите, чтобы я осталась на ночь?

– Мне работать надо, – словно бы извиняющимся тоном проговорил Григорьев.

Наверное, выражение «остаться на ночь» он воспринял… в известном смысле. Вот олух, честное слово.

– Работайте, конечно, – разрешила я, – но лучше было бы… Хотя, Александр Владимирович, дело ваше.

Интересно, как наш разговор Дрям-Дима оценил?

Мы прошли в подъезд. Ого, здесь и консьержка есть! Крутой, как видно, домик.

Потом поднялись на лифте до нужного этажа.

– Ну вот и мое жилище, – проговорил Григорьев, указывая на массивную железную дверь.

Ничего себе дверка. Пожалуй, действительно за такой броней Александру Владимировичу ничего не угрожает. Вот только проверить надо квартирку-то…

Я вошла вслед за Григорьевым в его квартиру и прошла по всем комнатам, заглядывая в шкафы и под кровать. В ванную и туалет тоже заглянула. И на балконе посмотрела.

Похоже, все чисто.

– У меня сигнализация есть в квартире, – сообщил мне Александр Владимирович, он уже снял пиджак и включил настольную лампу в кабинете.

– Хорошо, что сигнализация, – похвалила я и вручила ему папку, – вот ваши драгоценные документы. Посмотрите.

Насчет посмотреть я, кажется, могла и не говорить ничего – Григорьев жадно выхватил у меня папку, открыл ее и пролистнул лежащие там бумаги.

– Здесь… – удовлетворенно прошептал он.

– А где же им еще быть? – искренне удивилась я, – как положили, так они и лежат.

– Ага… – счастливо произнес Александр Владимирович, – целенькие. Ну, – обернулся он ко мне: – До завтра, Женя.

– До завтра.

Я вышла из его квартиры и, дождавшись, пока он запрет за мной дверь, начала спускаться по лестнице. Лифтом я пользоваться не стала – посмотрю, нет ли кого в подъезде.

Глава 3

На улице было прохладно. Весна, поздний вечер – конечно, прохладно.

Я глубоко вдохнула – хорошо, на сегодня рабочий день закончен. Завтра опять к восьми часам на работу. Я едва не рассмеялась – никогда раньше не ходила на работу к восьми часам.

Надо будет с собой книжку тетину какую-нибудь взять. И плед еще, ноги прикрывать на диванчике том, а то из окна дует.

Да, что-то я размякла совсем. Это все Григорьев – слишком уж спокойная у него работа. Самые волнительные моменты – за незнакомыми дамочками бегать. Не то что…

Ну ладно.

Я закурила сигарету и направилась к ожидавшей меня машине.

Дрям-Дима все еще отдыхал, уткнувшись кепкой в баранку. Хотя, позвольте… Не кепкой в баранку, а непосредственно головой. Что это он кепку-то снял? Жарко, что ли? Да не жарко вообще-то…

Я замедлила шаги и окликнула водителя. Он не шевельнулся.

Понятно!

Еще прежде, чем я кинулась на землю, под прикрытие машины, со стороны придорожных кустов загремели выстрелы. Из григорьевского «Шевроле» посыпались выбитые пулями стекла.

Я огляделась – метрах в трех от меня располагался ухоженный скверик. Хороший скверик, не у каждого дома такой есть. Повезло Александру Владимировичу – женится, с детьми тут гулять будет…

Первый шквал выстрелов смолк.

Подобравшись, я длинным кувырком преодолела расстояние до скверика и с шумом бросилась сквозь кусты. Эх, пора менять мне свою гражданскую привычку носить мини-юбки. Неудобно кувыркаться. А я сетовала на излишнее спокойствие работы у Григорьева. На скуку сетовала.

Ага, невидимые стрелки открыли прямо-таки ураганный огонь. Одна пуля впилась в ствол дерева у меня над головой, другая – срезала ветку в нескольких сантиметрах от моего уха.

Я присела под деревом и стала вглядываться туда, откуда раздавались выстрелы.

Как того и следовало ожидать, обстрел скоро прекратился. Ну вот, теперь наступила моя очередь действовать. Подожду-ка я этих… вольных стрелков.

От разбитого автомобильного окна отвалился еще один осколок и со звоном разлетелся на асфальте. Эх, Дрям-Дима, Дрям-Дима… Нет больше Дрям-Димы. Да и «Шевроле» жалко. Новая совсем машина была, насколько я успела заметить…

С той стороны двора раздался шорох. Вот и мои стрелки. Наемные убийцы. Интересно, это они непосредственно на меня охотились? Или, может быть, Александра Владимировича замочить хотели?

Непохоже, что Александра Владимировича. Ясно, что кто-то пытается убрать его от управления банком путем соответствующих подстав с документами. Тактика понятная, простая и определенная, зачем ее менять?.. Этому кому-то не нужно убивать Григорьева. Этому кому-то меня нужно убивать. Чтобы не мешала я… подставам.

Две тени перебежали от кустов к машине. Я не шевелилась. Тогда они бросились к скверику.

Так и есть – я улыбнулась – ребятки решили, что я дала тягу, убежала подальше через этот самый сквер.