Марина Серова – Черный пояс по соблазну (страница 8)

– Вероника, я смею предположить, что доход у вашего супруга был небольшой. Вы сами сказали, что ничем другим он больше не занимался и группа у него была довольно маленькой. Плюс он еще отдавал за аренду зала во Дворце культуры.

– Все верно, доход был не очень большой, но и не сказать, чтобы совсем маленький. Я же говорю, каждый месяц приходили новенькие. У него в группе бывало и больше двадцати человек. К тому же Валера неплохо подрабатывал на персональных занятиях. Все ребята, кто занимался с самого начала и по сей день, тренировались с ним индивидуально. Он сам им намекал об этом, и они были не против. А персональные занятия стоят в несколько раз дороже, чем в группе. Валера это аргументировал тем, что у каждого свои биомеханические особенности и физические данные. И только персональные тренировки помогут их развить в правильном направлении.

– Я вас поняла, Вероника. И все же уточню еще раз: ваш супруг больше нигде не подрабатывал? Может, он тренировал еще кого-то персонально, но не из группы?

– Точно я не знаю. Он передо мной не отчитывался. А подрабатывал… Но будет ли это для вас важно…

– Говорите! – потребовала я.

– Валера иногда подрабатывал в боях без правил. Это было, правда, редко…

– Да что вы говорите!..

Если честно, я немного удивилась. Вот значит как, и она еще говорит, что это может быть неважным. А тут, оказывается, открываются весьма интересные детали из жизни убитого.

– Да. Но это было не здесь, а в Москве. И начал Валера этим заниматься примерно полтора года назад, – пояснила Вероника.

– И как часто он ездил на эти мероприятия в Москву?

– Не часто, раз шесть или семь, точно не могу сказать. Единственное, что я знаю – он этим промышлял еще раньше, до нашего знакомства. Моложе, мол, был, энергия била ключом, все казалось интересным. Потом поостыл, остепенился, женился… А тут снова загорелся. Я же говорила, что Валера стал более энергичным… И к тому же это приносило определенный доход.

– Когда последний раз Валерий был на подобном мероприятии?

– В начале июня. Приехал, помню, довольный, сказал, что выиграл почти все выходы. И вообще, хвалился, что он там почетный гость и его всегда ждут. Говорил, что осенью поедет. Но… – Вероника снова промокнула глаза, всхлипнула. – Извините.

– Вероника, адрес места, где проходили эти бои без правил, вам, как я понимаю, неизвестен?

– Неизвестен, – подтвердила вдова.

Я отметила про себя, что эта женщина не очень-то была в курсе дел своего супруга. Хотя, может, оно и должно быть, основные-то моменты она знает, а подробности, типа адресов и персональных клиентов, знать необязательно. Это уже, как говорится, лишняя информация, и нечего ею забивать голову.

– Скажите, Вероника, чисто уже из любопытства, а вы сами кто по профессии? И где работаете?

– Я экономист. Но сейчас не работаю, я в декретном. У меня же сынок двухлетний на руках остался. Он у мамы, спасибо ей, она меня так поддерживает, если б не она… Кстати, мама должна скоро прийти, я специально сказала ей, чтобы пришла позже. Она в курсе, что у меня будет серьезный разговор с детективом, расследующим убийство Валеры. Татьяна, извините, мне надо выпить успокоительное, и я хочу заварить травяной чай. Может, составите компанию?

– Да, конечно, – согласилась я.

Вообще-то я бы не отказалась, конечно, от чашки крепкого кофе. Но не буду же я просить вдову специально для меня его сварить. Да и от чая я могла бы отказаться и попрощаться с Вероникой. Но я посчитала, что наш разговор не окончен, надо было еще уточнить некоторые моменты. Это даже к лучшему, что хозяйка удалилась готовить чай, оставив меня одну. Я успею собраться с мыслями. И к тому же меня очень заинтересовали полки с книгами, расположенные напротив.

Я поднялась с дивана, подошла к грубо сколоченным стеллажам и стала рассматривать книги. Почему-то я была уверена, что библиотека принадлежала Тарковскому. Она меня поразила настолько, что в первый момент я даже забыла, зачем явилась сюда.

Такого обилия редких книг я не видела прежде ни у кого в нашем доблестном Тарасове. А бывать мне приходилось в разных квартирах, в разных семьях различных социальных слоев.

Все тома были педантично расставлены по отделам и рубрикам. Очевидно, Тарковский был поборником порядка не только в вопросах боевых искусств, однако последнее еще требует уточнения. Но тем не менее… Центральное место занимала специальная литература – здесь были книги по восточным единоборствам и видам оружия, стенографические отчеты о крупных военных операциях последних тридцати лет, многотомники, посвященные мировым и локальным войнам. Также военно-морские и общевойсковые словари, но венцом были потускневшие от времени тома Брокгауза и Ефрона. Ну надо же… Пробежав глазами по верхним полкам, я пришла к выводу, что хозяин книг был поклонником и авторизованных биографий – Лао-Цзы, Бисмарк, Черчилль, Макиавелли, Сталин, Гитлер… Так, смотрим дальше… Монография по стрелковому оружию…

Несколько полок занимала русская классика, а в самом низу прикорнула шпионская литература. Покопавшись глазами на полках, я нашла и поэзию – Тарковский в свободное от занятий боевыми искусствами время баловался стихами Бодлера и Омара Хайяма. Хотя почему это я все связываю с покойным Тарковским, возможно, поэзией увлекалась его супруга Вероника.

А между Цветаевой и Ахматовой я нашла тонкую книжку стихов Юнны Мориц – это было здорово, черт возьми. Точно такую же мне подарил еще в студенческие годы один из моих ухажеров. Я даже не помню, как его зовут, но стихи мне очень понравились, однако я из-за своего тогда беспечного легкомыслия где-то потеряла эту книжку.

Я наугад открыла Юнну Мориц.

«За невлюбленными людьми любовь идет, как привиденье…»

В дверях появилась Вероника, несущая в руках поднос с узорчатым чайником и двумя фарфоровыми чашками.

– Заинтересовались книгами? – спросила она, водружая чайник и чашки на столик перед диваном.

– Да.

– Это библиотека принадлежала моей свекрови. Она была очень умной и образованной женщиной, работала педагогом, преподавала историю и философию. Конечно, тут много и Валериных книг, он тоже любил читать. А свекровь умерла три года назад, Валера очень любил свою маму. Помню, как сильно он переживал. Мы тогда уже начали встречаться, и я была вхожа в его дом. Татьяна, угощайтесь, это чай на травах. Я сейчас принесу конфеты. – Вероника вышла и через минуту вернулась с вазой, наполненной сладостями.

Я отхлебнула чай и, взяв одну конфету в блестящей обертке, развернула ее и отправила в рот.

– Очень вкусный чай, – похвалила я. – Вероника, у меня к вам будет одна просьба. Это очень важно для расследования. Мне надо, чтобы вы мне позволили, грубо говоря, покопаться в личных вещах вашего супруга. Это может быть его письменный стол, блокноты, еженедельники, сотовый телефон, компьютер, даже карманы повседневной одежды.

– Я поняла. Конечно, Татьяна, если вы считаете это необходимым, то – пожалуйста. Многие личные вещи Валеры находятся тут, некоторые в спальне. Только, насколько я помню, никакими еженедельниками он отродясь не пользовался. В компьютере тоже ничего особенного, кроме фотографий, статей, фильмов и роликов по боевым искусствам. Тем более что все это уже просматривали наши доблестные органы…

Вероника сделала несколько глотков чая, на минуту призадумалась, потом, словно очнувшись, посмотрела на меня своим потухшим взором.

– Татьяна, я вам доверяю. Все в вашем распоряжении, я вам сейчас принесу некоторые вещи. Шкаф в спальне сами осмотрите. А я пока пойду на кухню, позвоню маме.

Через минуту Вероника дала мне сотовый, черный кожаный бумажник и общую тетрадь. Оставив меня одну, она удалилась на кухню.

Сначала в руки я взяла сотовый. Обычная NOKIA далеко не последней модели. Телефон был выключен, я нажала на включение, и пока он загружался, я открыла общую тетрадь. В ней были записи, преимущественно касающиеся единоборств и других восточных знаний. С первых страниц я наткнулась на известную мне теорию «Нгу-хань». Данное учение отражает пять категорий определения мира и состоит в том, что все явления во Вселенной имеют природу пяти первоэлементов, которые находятся в постоянном движении и взаимосвязи между собой. Эта теория образовалась на рубеже династии Инь-Чжоу в шестнадцатом веке до нашей эры… Далее шли теория «Фан-туи», основы фэншуй, описание дыхательных упражнений и техника их выполнения. Ближе к середине начались совсем непонятные для меня таблицы с загадочными обозначениями и иероглифами. Потом пошли всевозможные рецепты вьетнамских блюд, способы заваривания различных травяных чаев. Астрология… Расчет личной триграммы: 100 минус год рождения и поделить на 9… Это все довольно интересно. Может, попросить у вдовы эту тетрадку и дома ее детально проштудировать?..

Отложив тетрадь, я снова взяла сотовый. В первую очередь открыла папку с сообщениями, ничего стоящего я там не увидела, кроме оповещения от оператора сотовой связи, что баланс менее тридцати рублей. Открыла входящие вызовы. Меня интересовали последние звонки. Вечером, точнее сказать, в последний вечер жизни Валерия, ему было два звонка – от Тимофея и Анжелы. Тимофей, как я помню со слов Вероники, – друг убитого. Анжела… должно быть та самая. Я сравнила номера, так и есть, это «наша» Анжела. Я посмотрела на более ранние звонки. Там были неизвестные мне Коля, Дмитрий, любимая теща, супруга, снова Тимофей, Михаил… Супруга… Интересно, Тарковский, получается, так незатейливо записал свою жену. Ни «любимая», ни «женушка», а просто «супруга». Не знаю, что им двигало, может, просто так было удобно, да это и не суть важно.