Марина Серова – Черный пояс по соблазну (страница 7)

– Спасибо за сведения, Юрий. Но все же их надо чем-то подкрепить.

– Татьяна, я вам советую пообщаться с Алевтиной. Это одна из учениц Тарковского. В начале весны ушла из его группы. Нормальная баба, но со своими заскоками. Я думаю, она вам многое может рассказать. Вы ее поспрашивайте, разговорить вы ее сможете, у вас это неплохо получается.

– И как мне найти эту Алевтину? – поинтересовалась я.

– Я могу описать, где находится ее дом и подъезд, но квартиры не знаю. Как-то провожал ее несколько раз после тренировок до подъезда, но домой не заходил. Номер телефона был, но недавно удалил, не видел смысла хранить. Не люблю захламлять сотовый номерами, которыми не пользуюсь. После того как она ушла, мы созванивались, потом как-то встретились, причем по ее инициативе. Тогда-то она мне и рассказала кое-что. Открыла, так сказать, глаза на нашего наставника. А недавно я ей позвонил, но она так сухо со мной поговорила, видите ли, замуж собралась. Да пожалуйста, хозяин – барин. Поэтому-то я ее номерок и удалил.

– Хорошо, Юрий. Думаю с этой Алевтиной я пообщаюсь. Как только надумаю, так позвоню вам и уточню, где она живет. Вы ее фамилию, случайно, не знаете?

– Нет, не знаю. Да найдете вы ее так, главное, подъезд известен, а там дело техники, вы ж детектив.

– Согласна. Ладно, Юрий, не смею вас больше задерживать. Если вам больше нечего мне сказать, то я пойду. – Я поднялась со стула и пошла в коридор обуваться.

– Татьяна, извините, даже не предложил вам чаю. Ваш визит и ваши вопросы были так неожиданны, что немного растерялся.

– Ничего страшного, это лишнее. А на растерянного вы не больно-то похожи. – Я завязала шнурки на кроссовках и встала с пуфика.

– Татьяна, я смотрю, вы не простая баба… пардон, девушка. Умная, красивая, да еще и детектив. Вы не замужем? – При этом вопросе он снова, как вначале, прищурил свои подозрительные глаза.

– Нет, но у меня есть возлюбленный, – солгала я.

– Жаль. А чем вы занимались? Только не говорите, что не поняли мой вопрос.

– Я занималась карате, у меня черный пояс, – ответила я и скромно улыбнулась.

– Здорово. Уважаю таких баб… ох, пардон…

– Ничего страшного. Спасибо за комплимент.

– Татьяна, приходите к нам на «Хапкидо», – вдруг предложил Юрий. – Уверен, вам понравится.

– Благодарю. Я буду иметь в виду. Но только сейчас мне некогда.

– Ну, как только будете свободны – приходите. И удачного вам расследования. Обязательно мне потом сообщите, кто же убил Тарковского.

– Обязательно, – пообещала я.

Выйдя на свежий воздух, я подошла к машине и щелкнула брелоком, отключив сигнализацию. Итак, с первым подозреваемым, «подкинутым» мне ребятами из группы, я пообщалась. Мог бы Юрий убить Тарковского? Судя по всему, смог бы, но вряд ли это сделал он. Мотив у него и правда слабоватый, плюс имеется алиби, которое я проверю. Конечно, при общении с человеком можно сделать немало полезных выводов. И интуиции своей я доверяю. Но я привыкла все проверять до конца, чтобы точно «списать» одного подозреваемого и начать разрабатывать другого.

Сев в машину, я завела двигатель и взглянула на часы. Уже смело можно было отправляться на встречу к вдове. Жила она неподалеку от того места, где я сейчас находилась – еще один квартал пятиэтажек-хрущевок рядом с ДК химиков и той школой, рядом с которой был убит Тарковский.

Найдя нужный дом, я набрала номер домофона и, когда мне ответили, представилась. Поднявшись на третий этаж, я остановилась у нужной мне двери, она была закрыта. Я позвонила, меня явно рассматривали в глазок, немного мешкали… Наконец дверь распахнулась.

– Здравствуйте, я Татьяна Иванова, – представилась я.

– Здравствуйте… Извините, после того, что случилось, мне страшно. Ребята мне описали вас, вот я и рассматривала в глазок… Проходите.

Я вошла в маленькую прихожую и теперь более детально рассмотрела Веронику. Сразу было понятно, что это красивая женщина, но будто разом состарившаяся на несколько лет. Копну каштановых волос она спрятала под косынку с безвкусным рисунком, голубые глаза казались потухшими, лицо было осунувшимся и бледным. Она была в красивом японском халате, расшитом драконами и ветками сакуры, и в домашней обуви с пушистыми белыми помпонами.

Я сбросила кроссовки, Вероника предложила мне тапочки.

– Можно, я босиком?

Пройдя вслед за хозяйкой в гостиную, я отметила, что квартира была обставлена по всем правилам фэншуй. По крайней мере, так казалось с первого взгляда. В прихожей на стене справа красовалась большая красная «тханка» с изображенными на ней летящим драконом и бегущей лошадью и расписанная замысловатыми узорами и иероглифами. Над дверью в гостиную висела блестящая «музыка ветра», при соприкосновении с которой возникал приятный мелодичный звон. Внутри было довольно просторно. Здесь стояла дорогая уютная мебель. Кресла и диван манили своей бархатной бежевой обивкой, большая плазма сверкала черным экраном. В углу на небольшом полированном столике изящная горка с вазами в японском стиле. Почти на весь пол раскинулся ковер в коричнево-бежевых тонах. А у противоположной стены стоял небольшой сервант с посудой и хрусталем. Всю остальную, бо́льшую, часть стены занимали грубо сколоченные стеллажи для книг.

– Присаживайтесь сюда, – Вероника указала на кресло, – может, чай, кофе или сок?

Я отказалась, поблагодарив хозяйку. Обговорив наскоро все формальности, мы заключили контракт на мои детективные услуги, и Вероника выплатила мне аванс.

– Скажите, Вероника, у вас имеются какие-то предположения по поводу случившегося? Может, вы кого-то подозреваете? – начала я задавать вопросы по делу.

– Я вообще никого не подозреваю, – ответила вдова и вздохнула. – Даже не представляю, зачем, почему и кто это сделал? До сих пор в голове не укладывается, не могу в это поверить.

– Вероника, я понимаю ваше состояние, но, возможно, вы просто что-то подзабыли или не обратили на это особого внимания. Постарайтесь вспомнить, возможно, ваш супруг с кем-то разговаривал по телефону, может, вел себя как-то странно в последнее время? Любая деталь может оказаться полезной.

– Нет, ничего такого не помню. Все было как обычно. – Вероника нервно дернула плечом.

– Тогда скажите, ваш супруг имел привычку по утрам находиться на стадионе школы? Я про то место…

– Я поняла. Да, он часто утром уходил заниматься. Только зимой или в сильный дождь он оставался дома. Но все равно не изменял своей привычке, вставал в шесть утра или даже раньше, делал свои замысловатые упражнения, затем медитировал, а потом снова мог лечь спать, если никаких дел на ближайшее время не намечалось.

– На улице он занимался один? – уточнила я.

– Вот этого не знаю. Я в эти подробности не вдавалась. Иногда я вообще не слышала, как он уходил… Помню, что еще прошлой осенью он обмолвился, что будет на стадионе не один, а со своим учеником. Тот, мол, попросил позаниматься с ним индивидуально и заплатил.

– Что это был за ученик и как его звали, вы не знаете?

– Нет, мы этой темы больше вообще не касались. Это его дело, его работа, я не вмешивалась.

Я про себя отметила этот момент и перешла к следующему вопросу:

– Значит, вы утверждаете, что врагов или недоброжелателей у вашего супруга не было?

– Я не могу утверждать, но если и были, то я ничего об этом не знала.

– Ясно, а друзья были?

– Друзья… ну чтобы прямо друзья, это вряд ли. Знакомых, конечно, у Валеры было полно. Вы видели, сколько людей пришло его провожать… – Вероника всхлипнула, промокнула один глаз платком и продолжила: – А чтобы близкие друзья… а, ну да, есть у него хороший друг, Тимофей Куликов. Женат, сын скоро в школу пойдет. Он тоже в свое время с Валерой занимался в одной секции, но потом бросил и подался в бизнес. Звал Валеру в компаньоны, но тот отказывался, говорил, что бизнес это не его конек, что каждый должен заниматься своим делом.

– То есть Валерий, кроме как тренерской деятельностью, больше ничем не занимался? – решила я уточнить.

– Нет. Спорт, ну, то есть боевые искусства были для него смыслом жизни. Особенно его увлек стиль, который он преподавал последние два года. Школа «Лонг-Во-Дао». Он просто им бредил, говорил, что это намного интересней и необычней того, чем он раньше занимался. И мастером Бинь он восхищался. Вы знаете, Татьяна, Валерий был перфекционистом, он всегда старался быть лучше других и, как бы сказать, необычней. Вот он и зацепился за этот редкий стиль единоборств, чтобы не быть похожим на других. Он и правда стал меняться, говорил, что, освоив эту школу, можно далеко пойти, люди падки на экзотику, что через два-три года уже можно будет кого-то из его учеников ставить преподавать, набирать группы из маленьких детей, потом расширяться, даже планировал открывать филиалы в области. Но знаете… я, если честно, не очень разделяла его мнение. Я пару раз бывала у него на тренировках в группе и видела, что он дома делает. И я вам признаюсь, что не очень понимала, что это вообще такое и для чего. Какие-то замысловатые движения, странные дыхательные упражнения, массажи… Не спорю, это экзотично и для здоровья, видимо, полезно. У Валеры перестали болеть колени и поясница, и вообще… он стал более энергичным и подвижным. Но для наших людей все же ближе карате, борьба и тому подобное. У Валеры всегда была небольшая группа, не всех, получается, прельщала подобная экзотика. Но единомышленников он, конечно, нашел, это вот те ребята, которых вы видели. Остальные долго не задерживались.