Марина Самарина – История Сольвейг (страница 45)

Я почувствовал, что меня одолевают два противоречивых чувства: облегчение и испуг. Эрика внимательно посмотрела на меня:

- Не бойся, это же естественно, и судя по всему, Рикер её судьба...

- Я понимаю, но мне страшно - она такая юная.

- Давай не будем торопиться с выводами, к тому же Рикер не завтра увезет её - принц изъявил желание поучиться в нашем университете. По его словам - знания, которые он может получить здесь, воистину бесценны.

Вскоре, молодая поросль Тагоров вместе с Рикером ушла в портальное путешествие, а когда они возвратились, по глазам Анжелы и Рикера я понял, что между ними уже случились нежные встречи. Я был рад за них. Только теперь моего времени с дочерью оставались считанные годы, и это было очень печально.

Брат понял мои терзания и, осветив мой день такой редкой теперь улыбкой, обнял меня за плечи: "Вот и мы с тобой дожили до времени расставаний с детьми. Это счастье, брат, когда твой ребенок обретает свою судьбу, ведь судя по тому, как сияют глаза Анжелы, Рик действительно её судьба". А потом еле слышно пробормотал: "Надо бы с ним о музыке поговорить".

Часть 18 Сильва

Моя менестрельская карьера в Дамьене была похожа на ту, что была в Тагоре: выступления, публика, новые знакомые. С удивлением я обнаружила и здесь орков-наёмников. Подружиться с ними, как с Иргом и Рыгом не вышло, но хорошие приятельские отношения у нас сложились. Они часто звали меня к себе, когда бывали в столице, мы, бывало, и болтали просто так, за кружкой пива. В один из последних тёплых осенних дней я получила от них обычное, вроде, приглашение, но уже после выступления, когда я осталась поужинать, их старший - Зирг, вдруг позвал меня:

- Сильва, иди к нам, посиди ещё, выпей с нами за помин.

- Конечно, Зирг, у вас что-то случилось?

- Случилось.

И он рассказал, что их наняли на рейды, вдоль границы с Тёмным царством и там от странного оружия они потеряли семерых своих. На мой вопрос, что это было за странное оружие? Он ответил, что это были длинные железные палки, изрыгающие огонь и что магией от них не пахло. Правда он добавил, что эти палки часто взрывались, и только поэтому основной отряд сумел отойти. Я похолодела - в этом мире изобрели огнестрел. Это означало, что скоро неугомонное Тёмное царство снова затеет войну, и война эта будет пострашнее предыдущей - нежить с огнестрелом, не позволяющим подойти к ней на расстояние сабельного или мечевого удара холодным железом - это будет просто бойня.

Потом меня стукнула мысль - мои мальчики! Они же в следующем году заканчивают академию и если что - они первыми будут на войне. Их же могут убить!!! Эта мысль сделала меня больной почти на седьмицу - я не выходила из комнаты, не отвечала на звонки, я была в панике и ужасе. Потом мне удалось собраться в кучку и начать, наконец, думать - я женщина ничего не смыслящая, ни в войне, ни в оружии, постой, почему не смыслящая, а чистка-сборка-разборка автоматов и ружей в школе и институте? Мне же богиня дала всю мою память. Я схватила чистый лист и начала рисовать последовательный разбор автомата по деталям - получилось, потом я попробовала нарисовать ружье в разборе - получилось, а патроны? Я сосредоточилась и начала вспоминать, как устроены патроны, так - виды, размеры, в разрезе - я прямо дословно вспомнила ту лекцию полковника Приходько, его рисунки на доске и свои записи в тетрадке.

Теперь мне нужно было продумать путь в Тагор - на этом континенте порталов нет, поэтому лошадками, ножками, мне нужно было добраться до моря и оттуда каким-нибудь судном на другой континент. Я отказалась от половины выступлений и начала подготовку - прежде всего информация и карты. Через полтора месяца всё было готово, насколько это было возможно. Так что, в одно непрекрасное утро я закинула на плечо свою сумку и тихо вышла из остерли, в котором жила уже некоторое время - они не будут меня тревожить, пока не кончится оплата (здесь не принято), а закончится она через декаду. Я привыкла уходить тихо - моя паранойя способствует, поэтому я не считаю эти деньги потраченными впустую.

Пусть на этом континенте нет порталов, но разумные всё равно путешествуют и придумали систему, при которой личности, имеющие деньги, могут, пусть не быстро, но относительно удобно добираться из точки А в точку Б - это межгосударственная система дорожных станций. Например, если ты состоятельный горожанин, но у тебя нет лошади, ты обращаешься на станцию в своем городе, оплачиваешь прокат лошади (или коня?) до следующей станции, которая находится на расстоянии дневного перехода. Там ты сдаёшь свою лошадь, за разумную плату можешь переночевать и поесть (если есть лишнее серебро, то и помыться-постираться). На другой день оплачиваешь аренду следующей лошади и двигаешься дальше. Что интересно, до пассажирских дилижансов ещё не додумались, грузы возят, а вот людей ещё нет.

Вот так я и проехала почти через весь континент. Начало путешествия принесло мне кучу болезненных ощущений - иногда кататься на лошадке и полноценно передвигаться - это, я вам скажу, две большие разницы. Зимой было ужасно холодно и страшно - в дебрях Лесного княжества я едва не попала волкам на зубок. Немало мучений доставила мне и смена сезонов - обувка-то у меня была зимней, размер же ноги нестандартный для готовых сапог, вот и пришлось задержаться в одном городке. А пока сапожник шил мне сапоги по сезону и по размеру, я заодно и одежду обновила, а то совсем на оборванку стала похожа. Однако самым страшным событием на моем пути была необходимость рано или поздно зайти на территорию Тёмного царства. Оно узкой змеей протянулось почти через половину континента, в своих крайних точках, гранича с одной стороны с Дамьеном, а противоположной широкой стороной обнимая почти всю береговую линию.

Королевства, соприкасающиеся с этим царством с юга, постоянно благодарят богиню за непроходимые скалы, составляющие большую часть границы, в отличие от юго-западных и западных стран. Их пограничье - это постоянная горячая зона, но при всём при том, караванные пути, передвижение разумных к морю, дипломатические отношения - сохраняются и даже охраняются властями царства. Говорят, что пограничные конфликты вызваны тем, что баронства в царстве не очень-то подчиняются их царю, но кто знает, как там на самом деле. Наслушавшись на станциях разных историй о том, как часто в Тёмном царстве пропадают путешествующие в одиночестве разумные, которые потом обнаруживаются в виде нежити, я постаралась зайти туда как можно ближе к портам и в составе большого торгового каравана.

Эффайле (апрель, по нашему) застал меня в портовом городе Тёмного царства - это было по-настоящему жутко. Конечно, никому тут особо не было дела до демоницы, ищущей попутный борт до Тагора, но жить в таверне, где часть обслуги нежить, а соседях некромант, которого окружающие разумные боятся до полного безмолвия - это я вам скажу, тот ещё экстрим. Прямого пути в Тагор не нашлось - только через острова Сонара, то есть мне предстояло, сначала на местном корыте добраться до какого-то порта в Сонаре, а оттуда уже, почти любым бортом, до Тагорского портового города Суни. Я сначала расстроилась - путь увеличивался почти на месяц, но потом сообразила, что могу в Сонаре не обновлять заклинание изменений и прибыть в Тагор в своем натуральном виде.

Весь свой долгий путь домой я думала только о детях, запрещая себе даже краешком мысли вспоминать Ольгерда. В конце концов, он установил правила своей жизни задолго до моего появления в этом мире, свой долг по отношению к Дому и королевству он выполнил - сыновья рождены и даже выращены любящей матерью, как и указывал Оракул, а уж что случилось дальше - это моя боль, никак не его. В конце концов, встретимся, как цивилизованные люди, имеющие взрослых детей, которым грозит опасность, постараемся отвести беду, и ничто мне не мешает, потом вернуться в Дамьен, оставив Ольгерда жить его собственной жизнью.

Поправляя на плече свою старую, потёртую сумку, тёплым летним утром я шла по Тагору: от Портальной площади, через парк и Торговую улицу, мимо столиков, которые вынесли на бульвары предприимчивые трактирщики, через Дворцовую площадь, мимо фонтана, ноги сами несли меня вниз по улице к дому. Очевидно, уже к бывшему дому. Я почему-то не стала подходить к центральному входу, а не доходя до него, свернула в уютный крошечный проулок, где прошла вдоль кованой ограды до садовой калитки, о которой никто, кажется, не знал кроме меня и старого садовника. Я тихо отворила её и зашагала к террасе по дорожке, выложенной маленькими белыми камешками. Вокруг было тихо, только пичуги радостно чирикали где-то в саду. Трехэтажная громада дома, казалось, улыбалась мне всеми своими, чисто вымытыми окнами и приветственно махала краями портьер сквозь распахнутые рамы в спальнях мальчишек на самом верхнем этаже. Я остановилась у разросшегося розового куста, который скрывал меня почти полностью — ноги отказывались идти дальше. На террасе стоял стол, вокруг него расположились три плетеных полукресла. Стол был накрыт, по времени - для завтрака, вскоре послышались голоса и шум шагов. Из открывшихся дверей вышли трое мужчин - высоких, стройных, широкоплечих, очень сильных даже на вид. Все трое были длинноволосыми, только у двоих из них волосы были совершенно прямыми и белыми, собранными сейчас в низкие хвосты, а один щеголял распущенными каштановыми локонами. Они явно были готовы для выхода: хотя камзолы пока и полурастегнуты, но ремни с мечами уже надеты по всем правилам. Очевидно было, что это отец и сыновья, потому что, не смотря на фиолетовые глаза сыновей и синие у отца, черты лица, матовый цвет кожи, экономные и чёткие движения у всех троих были очень похожи. Они о чем-то переговаривались, потом засмеялись, отец обнял сыновей и подтолкнул к столу: