Марина Рубцова – Заоблачные сказки. Сборник Самоисполняющихся Сказок (страница 6)
– Здравствуйте вашему дому, – поклонилась она. Ей никто не ответил. – Алё, есть здесь кто? Тишина. Василиса обошла всю избу. Никого. – Может вышли куда? И растерялась Василисушка: то ли хозяев дождаться, то ли дальше идти… Пока думала, слышит кто-то, ходит по избе, а никого и не видно. Испугалась Василиса да и хотела побежать из дому да только в дверях-то и столкнулась с кем-то. Видит – старушка в дом входит…
– Куда это ты стремглав кинулась, али испугалась кого? – спросила участливым голосом старушка и что-то дунула ей с ладошки-то прямо в лицо.
– Да не испугалась я никого, привиделось просто, – почему-то солгала Василиса и сама себе удивилась. – Здравствуй бабулечка! – поклонилась бабушке Василиса. – Василисой меня кличут, вот, шла мимо, дай думаю, зайду, может помочь чем нужно? – на одном дыхании выпалила Василиса.
– Ух ты какая громкая да звонкая, – улыбнулась ей бабушка. – Зовут меня Бабулечка-Божий-Одуванчик. Живу я здесь. А ты далеко ли путь свой держишь?
– Потеряла я себя, Бабулечка-Божий-Одуванчик, вот иду себя искать.
– Ой, что это я с расспросами-то накинулась. Ты небось и устала с дороги-то… Сейчас я тебя в баньке-то попарю, накормлю, напою, да и спать уложу. А на утро и поговорим с тобой. Утро вечера-то мудренее.
И вот попарилась Василиса в баньке, накормила ее старушка, напоила, да и спать уложила. И вот лежит Василисушка на мягкой перинке и засыпает уже, да слышит снова шаги чьи-то, да и не видит никого… Странно… Прислышилось, наверное, устала я… да и уснула она крепким сном. И снится ей снова тот домик резной-сказочный на поляне в лесу со рвом вокруг, и не знает она как ей попасть в домик-то, как победить-то ей злых и зубастых пираний. И придумать-то ничего и не может…
И заплакала она во сне горькими слезами, потому как очень ей нужно было в этот домик попасть, ведь ждали ее там… надеялись и верили, что найдёт она домик и придёт. И проснулась Василисушка и снова подивилась сну своему чУднОму. И слышит она – шаги знакомые уже, да и не видит никого опять… Хотела она было испугаться, да вдруг видит, надпись огненную как будто кто в воздухе написал: «Уходи». Да и дальше что-то было написано, да не успела Василисушка прочитать… Слышит, бабушка ее кличет.
– Спасибо тебе, бабулечка за хлеб твой и соль, пойду дальше я себя искать. Может знаешь ты, где я могу себя найти?
– Знаю, отчего не знать – прочамкала старушка. Вот победишь Змей-Горыныча, так себя и обретешь, только не сразу, а немного погодя.
– Неужто правда? – не поверила Василисушка.
– Правда, отчего ж неправда, зуб даю, удачливая ты, видно, и на дорогу ту свернула, и меня встретила – ласково приговаривала старушка.
– Да нет у тебя зубов-то… – засмеялась Василиса. – Спасибо тебе, бабулечка.. А может знаешь ты, где живёт этот Змей-Горыныч и как мне его одолеть-то?
– И это знаю, внученька, помогу тебе. Живёт он на Кудыкиной горе, здесь недалече. Дам я тебе меч-кладенец его одолеть, латы волшебные, чтоб в огне его не сгореть, да и ковер-самолет, чтоб на Кудыкину Гору добраться.
– Да как же ж… – всё еще не верила такой удаче Василиса.
И вот дала ей старушка всё, что обещала, да и отправилась Василиса на ковре-самолете на Кудыкину Гору. А когда улетала, почудилось ей, будто кто бежит следом за ней, оглянулась, да и опять никого не увидала. И прилетела она на Кудыкину Гору. Надела она латы волшебные, а они оказались легкие, как пушинка, взяла она меч-кладинец в руку, а он и оказался ей по руке. Стоит она на горе – а Змей-то где? И слышит позади себя грохот сильный и жар пламенный. Оглянулась она – стоит перед ней огромный, о трёх головах Змей Горыныч, из каждой головы огонь вырывается. Замахнулась Василисушка мечом.. да и завертелось всё…
И вот бились они со Змеем Горынычем два дня и две ночи… и не могли одолеть друг друга. Не мог Змей Горыныч победить Василису, потому как большой он был и неповоротливый, а каждая голова тянула его в разные стороны… и только он голову повернёт и огонь на нее выпустит, а и нет ее уже там, она уже на другой стороне на него замахивается. И усталости Василиса не знала, ведь билась за себя она, очень уж обрести себя хотела, а решительность и энтузиазм ее нескончаемый придавал силу ей богатырскую. Да и латы у нее были волшебные – не брал их огонь-то. И вот устали они биться… присели на пенек отдышаться, да и сняла Василиса шлем-то свой. И увидел Змей Горыныч что не с мужиком-то дерётся, а с девкой и растерялся от изумления.
– О, да ты девка что ли… Едрён батон… ну, я так не играю…
– Не девка, а Василиса я, ты это, повежливей будь!
– Ишь ты, сама пигалица, а себя в обиду-то не даешь. Уважаю таких – прогремел Змей Горыныч. – А пришла-то зачем? Зачем убить-то меня хочешь? Самолюбие потешить что ли, да Гордыньку подкормить? Так те даже меч свой не успевали поднять, тут же и падали ниц от огня моего опаляющего. А с тобой вон уже два дня и две ночи сражаемся. Значит, не за тем ты пришла…
– Себя я ищу. Не знаю кто я, зачем я? Вот бабушка и сказала, что когда одолею я тебя, так и себя обрету.
– Эта какая же бабушка? Не та ли, что на прямой дорожке ты повстречала?
– Та самая, Бабулечка-Божий-Одуванчик.
– Э, да ты девка вроде решительная, с чувством собственного достоинства, да и ентого… как его… этнузиазима в тебе много…
– Энтузиазма – машинально поправила его Василиса, – ой, прости, вырвалось… ох, эта моя Поправляка – постоянно вклинивается когда не просят…
– Во-во, а сердце-то своё не слышишь и себе-то не доверяешь, видно, правда, не знаешь себя совсем. Та бабулечка-то и не бабулечка вовсе, а Кикимора Болотная. Неужели не поняла? Видно совсем она тебе мозги-то промыла в баньке, да пыль в глаза пустила.
– Прав ты, Змей Горыныч, и в баньке парила, и пыль в глаза тоже пускала, когда я возле порога-то на нее натолкнулась. Ёкнуло моё сердечко, что всё так складно да ладно получается, да не поверила я сердцу своему, а глазам своим поверила, да и болота-то совсем в другой стороне.
– Так и сгинула бы ты, причём зря… Ты в следующий раз, прежде чем мечом-то махать, скажи сначала зачем пришла, хочешь чего, а то сразу за меч, может и добром-то всё и порешали бы, да времени и сил столько не тратили.
– А зачем же Кикимора Болотная хочет убить-то тебя? Не понятно мне.
– Да отомстить она мне хочет, за то, что отказался я ей прислуживать. Хотела она меня подчинить себе, надеть на меня оглобли и запрячь как коня, чтоб всем потом как диковину показывать, мол, смотрите кто у меня в подчинении… Да отказался я, а она видимо злобу-то и затаила и решила твоими руками мне отмстить, а ты и не ведала даже. Эх, ты… ведь голова-то тебе дана, не только чтоб косу носить…
– Да нет у меня косы-то!!!
– Да ладно, не серчай, это я так, к словечку красному. Ты только не говори никому про нашу битву, а то ведь засмеёт меня нечисть поганая – не смог победить девку – умоляюще проголосил Змей Горыныч.
– Ладно уж, не скажу, – вздохнула Василиса, – Рот на замок – никому не говорок. Умею я хранить тайны.
– Откуда тебе знать что умеешь?
– Не могу я объяснить это, вот знаю и всё тут.
– Ладно, верю, и тебе верю и в тебя верю, что найдёшь ты себя. Но прежде придумать нам надо как Кикимору-то Болотную проучить, чтоб не повадно ей было других-то обманывать. Ты вот что: отруби мне одну голову, да и принеси ей как доказательство, что убила ты меня. А дальше уже импровизируй по ходу.
– А ты как же без одной головы-то будешь? Больно ведь будет. Нет, не буду я тебе голову рубить.
– Да ты еще и добрая, заботливая – с улыбкой пробухтел Змей Горыныч, – эх, если б не был я заядлым холостяком, женился бы на тебе. А за голову мою не беспокойся – другая голова на ее месте тут же и вырастит. Может с другой головой-то мир во мне будет, а то ведь никак головы между собой договорится не могут, все делят что-то, всё думаю, что обделяют их и другой голове больше достаётся…
И отрубила Василиса голову Змею Горынычу, тут же на месте отрубленной новая выросла, и полетела Василиса обратно к бабулечке – выводить ее на чистую воду.
Подлетела она к реченьке Мудреченьке, что рядом с домиком бубулечки-Кикиморы текла, искупалась в ней, умылась чистой водицей и смыла с себя пыль напущенную, из-за которой не могла увидеть истину, и прозрела тотчас. И поняла еще Василисушка, что не той дорогой она пошла.
Попросила она Мудреченьку помочь ей с Кикиморой, да водицы дать ей своей на дорожку. Дала ей Мудреченька водицы своей волшебной и благословила на дорожку. И вот зашла Василиса в дом на курьих ножках и видит – сидит Кикимора Болотная вместо бабулечки. Сдержала себя Василиса и не подала виду-то, что правду знает. Поздоровалась она с Кикиморой:
– Ну здравствуй, Бабулечка-Божий-Одуванчик, заждалась небось меня уж…
– Да конечно уж заждалась, подумала, что убил тебя Змей Горыныч-то… Хотела уж идти за своими волшебными вещами, которые дала-то тебе. Что ж добру пропадать-то.
Улыбнулась Василисушка: – Жива я, бубулечка, и вещи твой целёхоньки и невредимы.
– А Змея-то убила? – с прищуром в глазах посмотрела на нее старуха.
– А как же, убила и принесла тебе голову его в подарок.
– Ой молодец какая.. А голова-то где?
– Да здесь, недалече у реки оставила, чтоб в доме-то не напачкать.
– У реки? – испуганно воскликнула старуха. – Другого места не нашла что ли?