Марина Рисоль – Сирота для Стража Альянса (страница 3)

— Три клирита, — ответила торговка не особенно довольным тоном, будто я ей тут просто докучала.

— Почему так дорого? — искренне удивилась я. Это ведь обычный ширпотреб, а хотела она за него целую четверть зарплаты хорошего повара, чего уж говорить о моей зарплате, мне в баре платили всего семь.

— Потому что это вещь, дорогуша, а не тряпка! — рябое лицо торговки стало ещё более недовольным. — Или бери, или чеши отсюда!

Я ещё раз посмотрела на плащ. Это правда было дорого, но дешевле я тут точно ничего не найду. А плащ был мне очень нужен.

— Заберу за два с половиной.

Торговка прищурилась, посмотрев на меня внимательнее. Наверное, она думала, что я просто праздно разглядываю и покупать не собираюсь.

— Два и семь. И точка! — выдала она, поставив руки в бока. — Не нравится, иди дешевле поищи.

Я хотела поторговаться ещё, но внезапно о себе напомнило предчувствие. Под ребром кольнуло, и сердце ускорило бой.

Страж приближался.

Мне пора было уносить отсюда ноги.

— Хорошо, — согласилась я, а на лице торговки отразилось разочарование. Видимо, она подумала, что стоило просить больше, раз я так быстро согласилась.

Я поднесла трекер к её и отсчитала клириты за плащ. Нетерпение подгоняло меня, жгло пятки.

— Носи, девонька, на здоровье, — заулыбалась женщина, когда клириты перекочевали в её кошелёк. — Плащик отличный, прослужит долго!

— Спасибо! — кивнула я, быстро схватила плащ и набросила на плечи.

Я двинулась в сторону центра рынка, где было больше людей и, соответственно, больше возможности затеряться среди них. Нырнула в проход между рядами с мясом и другими продуктами, потом свернула на “живой” рынок, где продавали птиц, баранов, ящеров и другую съедобную живность.

Резкий перебой в ритме в груди заставил остановиться и осмотреться.

Руки затряслись, потому что в конце ряда я увидела Стража. Он огромной фигурой возвышался среди остальных, также смотрел по сторонам, потом на своё запястье и снова по сторонам.

Похоже, у него был какой-то радар, настроенный на меня. Возможно, прибор с моими биометрическими данными, сканирующий совпадения в пространстве. Я слышала о таких.

Мой же радар на него был внутренним. Я не знала, как и почему моё тело реагировало, возможно, у моей расы был какой-то сонар в организме на угрозу и опасность, которая сейчас непосредственно исходила от Стража. Точно мне это было неизвестно, ведь я понятия не имела, откуда я, с какой планеты, какого роду и племени.

Бека как-то вскользь упомянула, что с такой внешностью, как у меня, видела очень мало людей. Но где, собственно, она вообще бывала? На трёх-четырёх планетах Гидры и паре астероидов.

Глядя на себя в зеркало, я тоже понимала, что с большинством не схожа. Я ни у кого не видела таких светлых волос, какие были у меня, и таких ярко голубых глаз. У Беки, к примеру, волосы были цвета зерна, а глаза ореховые, у повара нашего в баре, кудри как морковь.

И на рынке я сейчас была слишком заметной, потому и набросила капюшон.

Однако, от радара Стража мне под плащом было не скрыться, поэтому я развернулась и побежала в другую сторону. Мне нужно было добраться до станции и сесть на челнок. Выдохнуть я смогу лишь когда между мною и Стражем проляжет космическое пространство.

6

— Послушайте, мне очень-очень нужно улететь именно сегодня, — я сжала пальцы на бортике окошка кассы. — Неужели не осталось ни одного билета?

— Только на утренний первый рейс. На сегодня всё, я же вам сказала, — недовольная дарийка поджала губы, её явно раздражали мои просьбы. Её рабочий день подходил к концу, а задерживаться она не желала. — Ждите до утра.

— Но мне очень надо… — это я уже сказала захлопнувшемуся у меня перед носом окошку.

Тяжело вздохнув, я привалилась спиной к стене кассы и сползла вниз. Провести ночь возле вокзала было не самой лучшей перспективой. Страж был рядом и шёл по пятам. До первого утреннего рейса на Рудный астероид было почти шесть часов, а это очень долго.

Сзади послышался смех, и я обернулась. Несколько мужчин в лётной форме стояли возле ларька с напитками и громко что-то обсуждали.

— Возьму ещё кружку эля и пойду, — сказал один из них. — У меня вылет через двадцать минут.

— Давай, Жарат, привет любовнице передавай, — засмеялись остальные. — У тебя ведь на Рудном тоже есть?

— Обязательно, — так же со смехом ответил им пилот. — Конечно, есть.

— И откуда у тебя клириты на всех твоих баб? — его приятели не переставали подтрунивать.

— Да откуда! — поддакнул другой. — Откуда и у всех. Левачит.

Этого последнего кто-то толкнул в бок, и они стали смеяться и переговариваться тише. Я же присмотрелась внимательнее, потому что мне пришла в голову мысль.

Чуть отойдя в сторону, я спряталась за угол здания космовокзала и стала ждать. Перрон вылета на Рудный был в этой стороне, поэтому пилот точно пойдёт этой дорогой.

Так и вышло. Через несколько минут я услышала шаги, а потом и он сам показался.

— Здравствуйте, — я бросилась едва ли не под ноги ему и сразу перешла к делу. — Мне очень нужно улететь на Рудный!

Пилот остановился и нахмурился, было видно, что ему моё вторжение не понравилось.

— Так пойди и купи себе билет, девочка.

— Касса закрылась, я правда пыталась. Но сказали, что теперь только утром, а мне очень-очень нужно! — затараторила я. — Пожалуйста! Я оплачу перелёт.

Жарат этот помялся, а потом посмотрел на свой трекер.

— Список, — отдал он команду прибору, и над трекером воспарила небольшая зеленоватая голографическая таблица с бегущими цифрами. — Мест нет на борту.

Он пожал плечами и собрался идти дальше, но я вновь перегородила ему дорогу.

— Четыре клирита! — предложила я. Это было на целый клирит дороже, чем билет в кассе, и после покупки плаща мне бы поэкономить, но сейчас важнее всего мне было улететь с Ксерума во что бы то ни стало, потому что от этого зависела моя жизнь. — И я согласна на любой угол, пусть это будет хоть грузовой отсек, хоть машинное отделение.

— Смеёшься, девочка? — ухмыльнулся пилот. — В машинном отделении ты при выходе в космос превратишься в кусок льда.

— Ну неужели на всём астеробусе не найдётся угла? — я в отчаянии посмотрела на пилота. — Вы же там всё решаете…

Последняя фраза, кажется, погладила самолюбие Жарата, который, похоже, был склонен к тщеславию. Не просто же так, если судить из разговора пилотов, у него были на каждой станции любовницы.

— А документы-то у тебя есть? — он прищурился и сложил руки на груди.

— Есть! — я стащила с плеча рюкзак и, покопавшись, выудила свою липовую карту личности.

Жарат прищурился, внимательно вглядываясь. Он прекрасно понимал, что большинство карт оцифрованы и могут предъявляться через трекер, но физическую карту в пластике тоже пока не отменили, потому ею пользовались всякие тёмные личности и это было даже легально.

Пилот нахмурился и ещё раз взглянул сначала мне в лицо, а потом снова на карту.

— Ладно, — я едва не взвизгнула от радости. — Но чтобы тебя было не видно и не слышно, поняла?

— Да, конечно, — активно закивала я. — Спасибо большое!

Жарат двинулся в сторону перрона, и я поплелась за ним. Ликовала внутри, что улететь всё же получится, но тревога всё равно сидела внутри и отравляла, ведь мы всё ещё были здесь, на Ксеруме, а это значило, что Страж рядом.

Мы вошли в терминал и спустились на лифте в шахту, которая соединяла вокзал и перрон, где находились пришвартованные суда. Вышли и прошли через стыковочный ангар.

— Идём через грузовой вход, — кивнул пилот на заднюю часть астеробуса.

Когда мы подошли, он шикнул на меня и кивнул на свой трекер. Я отсчитала ему четыре клирита, как и договаривались, и меня впустили внутрь, а потом дверь снова захлопнулась и послышался звук герметизации.

Грузовой отсек астеробуса был небольшим. Слабое освещение позволяло рассмотреть на металлических полках закрепленные коробки, чемоданы и клетки с домашними животными. Я сняла плащ, свернула его и бросила в угол возле клетки с разноцветным небольшим животным, у которого шерсть закрывала глаза, а лапы большие и на вид очень пушистые. Мокрый нос, учуяв меня, был направлен в мою сторону и издал сопение.

— Будем соседями, — негромко сказала я ему и присела на плащ.

Животное заворковало и стало перетаптываться на месте. Кажется, это стоило расценивать как приветствие.

Через десять минут двигатели астеробуса заработали, система прошла автоматическую проверку, и через минуту челнок вышел в космос. Окон в грузовом отсеке не было, поэтому на звёзды я сейчас посмотреть не могла.

Смотреть на космос было моим любимым занятием во время перелётов. Я вглядывалась в них и мечтала, что когда-нибудь я вернусь домой. Не знала, где этот дом, но где-то же он был. Может даже у меня была семья, которая ждала меня или искала.

А сейчас, раз уж созерцание звёзд мне было недоступным, я решила, что могу выспаться. Лететь было около шести часов, так что это была отличная возможность восстановить силы. Я ведь нормально не спала уже… да даже и не помню, когда в последний раз удавалось проспать хотя бы часа четыре.

Я прикрыла глаза и отрубилась почти моментально, а проснулась от того, что предчувствие зашкаливало. Сердце давало перебои, воздуха не хватало. Я резко села и осмотрелась. Я по прежнему была в грузовом отсеке. Мы по прежнему летели. Но почему моё тело так сигналило?