Марина Павлова – Древолаз (страница 33)

– Шикарно. Я в детстве фанател от динозавров. Бедные мои родаки… – Алекс посмотрел куда-то вдаль, как будто погружаясь в прошлое. – А еще недавно читал книжку, так там автор так обалденно описал развал материка на части!

Ася сделала глоток холодной колы с виски и закивала:

– Брусатти.

– Точно! А я помню, что вроде итальянец какой-то.

– Он американец.

– Ну и ладно. Так вот он сказал, что материк растащило, как пиццу, на куски! Нет, ну он итальянец же?

Ася не могла сдержать смех.

– Да, было времечко… Двести сорок миллионов лет назад не было ни Тихого, ни Атлантического океанов. Один сплошной континент Пангея. И один сплошной океан. А потом – да, Пангею стало растаскивать на куски, как пиццу.

Алекс понимающе закивал, глотнув коктейля:

– А что стало не так с костями? Почему фотография?

– Я не знаю, как умно объяснить.

– Так не надо умно. Просто объясни.

Ася задумалась. Виски прилично ударил по мозгам, но тело расслабилось, и можно было просто «озвучить» свой поток сознания.

– Ну вот идешь ты по улице. И полностью осознаёшь, чем ты занят. Твои мозги не загружены чем-то посторонним. Ты идешь по асфальту, в лицо дует ветер, капли дождя делают твои волосы мокрыми. И тут – бац! Ты видишь, как солнце отражается в окне старого дома. И ракурс идеальный, и свет – как будто сам бог фотографии одним взмахом руки сотворил это чудо…

Алекс громко засмеялся и допил остатки коктейля.

– Красиво рассказала, но это такая чушь!

Ася пожала плечами, пытаясь сфокусироваться в темном помещении клуба.

– Дело в деньгах? В редакции же платят в разы больше, чем в универе, где ты явно сидела в маленькой комнатушке с толпой аспирантов.

– А разве нет других ценностей, кроме денег? – Алекс задумался. – Любовь, – подсказала девушка.

Алекс вдруг быстро посмотрел на Асю и хлопнул рукой по столу.

– Ты в кого-то там влюбилась?!

Это был момент «икс», когда нужно было принимать решение. Или идти ва-банк, или потерять нить беседы, которая вела именно туда, куда нужно. Ася только собралась ответить, как у Алекса зазвонил мобильный. Он вытащил его из кармана модного пиджака. Это был не айфон Романа Яшина. Алекс отвечал сухо: «Да», «Хорошо», и закончил таким же сухим: «Давайте у меня в гостинице». Затем отключил телефон и засунул его обратно. Он смотрел на Асю затуманенным взглядом, который бывает от чрезмерного употребления хорошего алкоголя. Вроде бы ты не пьяный, но уже и не трезвый. И готов на любую дурь, только бы не прерывать это состояние легкости, азарта и веселья.

– А погнали ко мне в отель?

Алекс взял Асю за руку и потащил к выходу. Он едва не врезался в мощную фигуру Асиного знакомого секьюрити, бросив невнятное «пардон» и получив в ответ презрительный взгляд гетеросексуального мужика весом в 150 килограммов. Ася решила, что больше в «Кришну-бар» она ни ногой.

XLVII

Бухарин стоял под проливным дождем и смотрел на башню «Федерация». Квартира здесь была его самым любимым местом на всей планете. И когда он лишился возможности бывать там, его словно вышвырнули на другой глобус. Конечно, можно было ввязаться в драку за недвижимость и, потеряв почти все литры крови и последние остатки гордости, возможно, что-то отвоевать благодаря отцовским связям. Но Денис не мог. Он знал, что его бывший тесть сделает всё, чтобы жизнь бывшего зятя превратилась в ад. И жизнь его близких. А этого допустить нельзя.

Дождь превратил его волосы в мокрое месиво. Одежда промокла насквозь, рюкзак за плечами казался набитым камнями, хотя там почти ничего не было. Бухарин вошел в холл и направился к лифту. Где-то с другой стороны небоскреба кипела жизнь тысяч офисов, но здесь, в лобби, оказалось тихо и спокойно. В лифте, как ни странно, было пусто, и Денис нажал на кнопку своего этажа, радуясь, что доедет за считаные секунды в тишине и покое. День казался очень длинным. Еще вчера вечером он пил водку с Рюминым в колоритной питерской забегаловке, а сейчас стремительно поднимался по железным тросам любимого небоскреба. Когда до нужного этажа оставалась всего парочка, лифт вдруг затормозил. Двери окрылись, и Бухарин увидел едва заметно покачивающуюся фигуру знакомого – Курта, сорокапятилетнего высоченного славянина по фамилии Куртявин, которую он очень не любил называть и пользовался псевдонимом. Его имени не помнил никто, а многие даже и не знали. Зато все знали Курта – владельца публичного дома категории VIP. Для этих целей он выкупил аж шесть квартир еще во времена, когда строители только прибрали за собой следы от свежей штукатурки. Скрывать, зачем ему нужны шикарные апартаменты именно в таком количестве, он не стал. Пятью этажами ниже куртявинского борделя было нелегальное казино его сводного брата Омара.

– У нас многонациональная дружная семья, – приговаривал однажды Куртявин, разливая по рюмкам ледяную водку.

Случилось это в один из жутко морозных вечеров, когда Денис возвращался после нескольких бессонных суток на работе. Он в очередной раз рассказал жене, что застрял на месте преступления или ночует в морге с криминалистами. Обычно после этого он закрывался на сутки в башне, где мылся, отсыпался и ел пиццу, пересматривая по сто раз «Друзей». Но в тот вечер ему не суждено было повторить любимый ритуал. Прямо около входа в лобби Бухарин увидел выбегающего из башни Омара. Тот поскользнулся и упал прямо перед следователем, держась за бок. Денис на секунду застыл, увидев торчащий из живота мужчины нож. Омар хотел дрожащей рукой взяться за рукоятку и вытянуть лезвие, но Бухарин перехватил ее:

– Даже не думай.

Омар смотрел на Дениса затуманенным взглядом. Казалось, он пребывает уже в другой реальности, откуда едва ли можно вернуться.

В тот вечер Бухарин спас очень важного человека. Конечно, его не знали проходившие мимо зеваки, ведь это не рок-звезда. Но, как правило, очень важные люди неприметны. Хотя об Омаре такого и не скажешь, как и о его сводном брате Курте. Но их семьи рулили процессами, о которых не имеют представления обычные люди, а ведь как раз жизнь этих людей и зависит от решений и желаний определенных кланов. Везде. На всей планете Земля.

Курт был очень благодарен следователю СК, с которым они находились по разные стороны баррикад. Но это не мешало им изредка пересекаться в ресторане в башне и выпивать по рюмке – естественно, за счет Курта. Бывал Бухарин и в его VIP-борделе, куда под воздействием дикого количества алкоголя приходил отоспаться, перепутав этажи.

– Эй, бро, – просипел Курт, шатаясь перед лифтом. – Ты ли это?

Бухарин втащил Курта в лифт, чтобы никто лишний не увидел их вместе. Слухи по Москве распространяются со скоростью света. По какой-то неведомой причине Курт был в костюме Спока из «Звездного пути», а накладное ухо болталось и было готово соскочить с затуманенной головы пьяного владельца борделя.

– Ты чего в таком виде? – спросил удивленный Бухарин.

– У нас… Ик… Вечеринка была.

– И ты нарядился в любимого героя?

– Чё? Не. Это я у своих девочек одолжил.

Бухарин захлопал глазами:

– Кто-то заказывает девиц в костюме Спока?

Курт спокойно посмотрел на Дениса и закивал.

– Интересно кто, – засмеялся бывший следователь.

– Такую информацию мы не разглашаем. Но могу намекнуть. Это сын бабищи, которая живет на пятнадцатом этаже.

– Та, что прикупила хатку за миллиард?

Курт кивнул и приложил указательный палец к губам.

– А в Сибири дети пешком в школу ходят по десять километров в мороз минус тридцать!

– По двадцать километров! А мороз – минус сорок! – возмутился Курт. – Короче. Пошли ко мне.

– Нет, мне некогда, Курт.

Но Курт как будто не слышал и буквально вытолкнул Дениса на свой этаж. Через пару минут они уже сидели на огромном кожаном диване, и хозяин наливал в бокалы выдохшееся шампанское.

– Курт, я не пью шампунь.

Тот молча подошел к бару и достал Macallan за почти 400 тысяч долларов. Бухарин почувствовал, как волосы встают дыбом на затылке.

– Ты совсем сдурел? Откуда у тебя это?

Курт спокойно открыл бутылку и налил в бокал для шампанского самый дорогой виски в мире.

– Спёр у соседки с пятнадцатого этажа. Когда заселялась, у нее в коробках вот это и нашел. Да она и не заметила. Там ящик целый был. Ты лучше расскажи, как там дело Митрехина? Накопали, кто его в петлю засунул?

Бухарин уже успел забыть про скандальное самоубийство депутата, но Курт обожал всякие теории заговора.

– Господи. Да любовница пригрозила жене рассказать. А жена ж – дочка зама сам знаешь кого.

Курт икнул и выдул за раз весь бокал шампанского. Денис сменил тему:

– Как жена? Дети?

Курт посмотрел на него удивленным взглядом и поморщился:

– Развод. Детей пригрозила отобрать.

Бухарин подумал, что нужно попытаться изобразить сочувственную мину, но не стал лицемерить.

– Ты, блин, мне услужил, – нахмурился Курт. – Помнишь, подкинул ту психологичку? Так вот она, сволочь, оказалась слишком хорошей. Точнее, плохой.

Денис вспомнил, что, узнав о проблемах в семье приятеля, посоветовал тому Олю. Он хотел помочь ей найти побольше клиентов, потому что подозревал, что Ольга, скорее всего, зарабатывает копейки в своем диспансере.

– Короче, я ни на какие парные сессии не стал ходить. Они чисто со Снежанкой, женой, по интернету чатились. И вот Снежанка заявляет: «Я теперь всё поняла про себя. И про тебя, козла». Короче, услужил ты мне. Но зла не держу. Но эту больше никому не советуй. Она семьи разваливает.