Марина Орлова – Главный герой против развода (страница 9)

– Вот оно как, – промямлил он, вспомнив, что новобрачную действительно принято подготавливать к первой ночи. Но после этого, разве ее не должны были подобающе одеть и оставить ожидать прихода Диона? – Прислуга уже ушла?

Не то, чтобы у него были такие намерения, но он сомневался, что Бия не воспользовалась бы сервисом и упустила возможность показаться при нем в наилучшем виде.

– Ну да, как только они закончили со всем и стали пихать мне пеньюары, я поняла, что все косметические процедуры они уже выполнили, и отправила их восвояси. Лечь спать я и сама смогу, – спокойно поведала Бия и скучающе оглядела мужчину перед ней. – Это все? Просто вы появились как раз тогда, когда я собиралась ложиться… – довольно откровенно намекнула она, что он ее задерживает.

– Да, конечно, я рад, что у вас все хорошо.

– Ну и славно, – расплылась она в неискренней улыбке. – Доброй ночи, господин Дион.

С этими словами, даже не выслушав его ответ, она нетерпеливо захлопнула дверь в спальню прямо перед его носом.

– С… спокойной… – сиротливо произнес он полотну двери прямо перед ним. Но дверь была к пожеланию так же равнодушна, как и его новоиспеченная жена.

Глава 3

Глава 3

Хоть и не подавала вида о тревоге и шоке, но ночью не сомкнула глаз, в чем не помогло даже подготовленное для новобрачных вино и пройденные СПА-процедуры, которые, я надеялась, помогут мне расслабиться.

Потому всю ночь таращилась в потолок, в муках вереницы мыслей. Но таращилась расслабленная и пьяненькая…

В голове все еще не укладывалось произошедшее. Вот я выхожу из собственного офиса и переживаю смертельное нападение, а вот уже в другом мире, теле, еще и замуж выхожу!

Как только накал страстей немного поутих, и мы с Дионом благополучно заключили новый контракт… тогда на меня и свалилась вся тяжесть осознания.

Прекратились мои муки лишь на рассвете, когда воспаленный мозг банально не выдержал и не потерял сознание.

Пробуждение было отвратительным не только из-за похмелья и недосыпания, но и потому что сознание оказалось до омерзения трезвым, не дав и секунды блаженного забвения.

Еще не открыла глаза, как вспомнила прошедший день, собственное перерождение и также осознание, что все это не было сном. Хотя бы потому что не чувствовала под собой мой обожаемый и незаменимый ортопедический матрас!

Открыв глаза, обнаружила, что солнце за окном в зените… а меня, что удивительно, до сих пор не хватились. Не то, чтобы я горела желанием вставать спозаранку после бессонной ночи и бутылки вина, просто сам факт настораживал.

Покопавшись в воспоминаниях владелицы тела, лишь подтвердила свои мысли. Семейство Краун – пташки ранние, потому и подъем происходил не позже семи часов утра. В восемь отец и сын собирались за завтраком и терпеть не могли кого-то ждать.

На счету Беатрис было несколько пропусков, отчего она сильно сетовала, ибо по итогу завтракать ей приходилось уже в полном одиночестве в огромной столовой.

Судя по всему, сплю я все так же чутко даже в новом теле, потому, даже в самом худшем случае не пропустила бы момента, если бы прислуга пришла меня будить.

И это говорит лишь о том, что будить меня не приходили. Учитывая педантичность и пунктуальность Краунов, сомневаюсь, что Дион озаботился моим здоровым сном. Дело тут совсем в другом.

Получается…

Это что же, они мне бойкот подобным образом выражают?

Для оригинальной Бии данная весть была бы болезненной. Мне же от их обид – ни холодно, ни жарко. Однако… и пренебрежения в свою сторону не потерплю!

Как только я укрепилась в этой мысли, решительно поднялась с кровати и потянула за шнурок, отвечающий за вызов прислуги.

После этого прошло несколько минут, которые показывали, что ко мне явно не торопились. Затем с коротким стуком, не дожидаясь разрешения, в комнату едва ли не в вразвалочку ввалились две служанки, таща за собой тележку с завтраком. Из воспоминаний Бии, я их приблизительно знала и лишь ухмыльнулась, когда они неряшливо поклонились и нехотя пожелали доброго дня.

– Какие будут указания, мадам?

– Почему меня не разбудили? – запивала я похмелье теплой водичкой, которая обнаружилась у кровати. О холодной я уже и не мечтала.

Сервис в этом санатории оставлял желать лучшего. Потому я собираюсь три шкуры спустить с недобросовестной администрации, которая так паршиво относится к отдыху своих гостей.

Услышав этот вопрос, девушки коротко переглянулись и спрятали в уголках губ глумливую улыбку. Ошибки не было, зная о прошлом трепетном, почти одержимом желании Бии проводить с Дионом больше времени, сейчас они наверняка ждали истерику с моей стороны. И их это забавляло. Становилось понятно, как в этом доме относились к Бии.

Нет, судя по воспоминаниям, откровенной травли в доме Крайун не было. Но учитывая весьма пренебрежительное отношение прислуги к девушке, ее здесь за хозяйку даже и не думали принимать.

Наоборот, ее пламенную одержимость Дионом воспринимали, как отличный повод для шутки и сплетен, чем пользовались вдоволь. Такой пассивный вид травли, который был даже более омерзительный, чем откровенное издевательство. И от кого? От прислуги!

Мда… самоуважения у прежней Бии – кот даже не пытался выплакать.

– Мы будили леди, но, увы, вы отказывались вставать, – показывая просто отвратительную актерскую игру, брехала одна из служанок, пока вторая имела наглость почти откровенно ржать в моем присутствии. – Старший господин Арсиан и молодой господин Дион ждали вас, но в итоге были вынуждены позавтракать и отправиться работать.

«Что же, раз так, то прошу меня не винить» – подытожила я в своих мыслях.

Обе с любопытством уставились на меня, ожидая, если не истерику, над которой они после с удовольствием поглумиться, то, по крайней мере, моего сильного расстройства.

– Вот как, – лучезарно улыбнулась я, отчего девушки растерянно переглянулись. – Ну, что же поделать, – безразлично пожала плечами. – Зато выспалась, – расплылась я в еще более широкой улыбке. – И проголодалась, – выразительно добавила, покосившись на тележку.

Служанки, будучи все еще в некоторой оторопи от моей несвойственной реакции, засуетились. Одна подогнала тележку к небольшому столику, вторая стала его сервировать, поставив передо мной тарелку с… остывшей кашей. Не удивлюсь, если и вовсе вчерашней.

Я не против каш, но эта больше напоминала клейстер из-за того, что давно остыла, а следовательно и загустела. Потому, полагаю, при попытке зачерпнуть еду ложкой, тарелка будет идти в прикуску.

Даже если не брать в расчет все детали, отчего-то я сомневаюсь, что два здоровенных и богатейших мужика королевства завтракают пустой кашей. Ни на ЗОЖ-ников, ни на аскетистов, что Дион, что его батюшка не походили.

Заметив мой ледяной, почти как каша, взгляд, девушки вновь приободрились возможностью поглумиться за мой счет.

– Блюдо немного остыло. Кто же виноват, что миледи так долго спит…

– Конечно, – вновь растянула я губы в улыбке сладкой, как патока. А после вспомнила очередную народную сказку, и, аки царевна, махнула рукой. Но вместо озера и лебедей, разлила по полу здоровенную такую склизкую и липкую лужу каши.

А после, даже не отведя взгляда на разбитую тарелку и беспорядок, безмятежно заявила замершим от испуга и неожиданности служанкам:

– Ой, – даже не стараясь играть в раскаяние и не отрываясь, смотрела на жертв моего плохого настроения. – Какая же я неловкая, – заявила, чувствуя, как на моем лице расцветает счастливый и немного кровожадный оскал, от которого девки побледнели. – Думаю, нужно это поскорее убрать, не так ли? – поинтересовалась я с участием и с любопытством склонила голову к плечу. – Ну, а пока одна занимается уборкой, вторая принесет мне что-нибудь на замену. Не может же новая хозяйка дома голодать, верно? – поднялась я с кресла и, пройдя мимо замерших девушек, выразительно подняла брови. – Я пока переоденусь. Пришлите ко мне в комнату служанку по имени Надя, – не без труда вспомнила я имя работницы этого дома, которая была наиболее лояльной к Бие в прошлом.

С этими словами я вышла из общей спальни, которую заняла лишь по той причине, что вчера там обещали СПА-процедуры, а после мне было банально лень менять место локации. Потому сейчас спокойно прошла по памяти в комнату, которую все эти годы занимала Биа.

Войдя в комнату девушки, я наиболее остро ощутила, что заняла чужое место. Чужие вещи, чужой запах, чужая жизнь – все в этой комнате ощущалось чужеродным и… родным одновременно. От этого накатывала оторопь и растерянность, точно я заняла место недавно умершего человека, которое еще сохранило следы пребывания прежнего хозяина.

Странное чувство и, не сказать, что приятное.

Медленно осмотрев пространство, я лишь тяжело вздохнула: комнаты выглядела… запущенной. Нет, Дион не поскупился и выделил Бии спальню прежней хозяйки – его матери, что можно было расценивать, как весьма широкий жест.

Однако… на этом все. Хоть комната изобиловала предметами роскоши, было очевидно, что ее запустили и не следят, как следует. На поверхностях скопилась пыль, даже на тех, которые часто использовались, краска на стенах потускнела, цветы в вазах давно засохли и не менялись, помещение не проветривалось, солнечный свет слабо пробивался через тусклые, пыльные и немытые стекла, а на коврах виднелись крошки.