Марина Наумова – Фантазм 1-2 (страница 15)
«Только бы не дрогнуть раньше времени!»
Майк был сейчас комком чистой силы воли — все другие эмоции и чувства отошли на второй план. Он должен был выиграть эту безмолвную дуэль, должен был выжить и разоблачить все их мрачные козни. И он знал, что сделает это.
Шаг — и Длинный совсем рядом.
Глаза в глаза, друг напротив друга — не разойтись, не разминуться…
Еще шаг, — наверное, уже последний — они могли дотронуться друг до друга рукой.
Майк не планировал заранее того момента, когда бросится в сторону: подсознательно он опасался, что Длинный может прочесть его мысли, так что бросок оказался едва ли неожиданным даже для него самого.
Он рванулся в боковой проход и помчался со всех ног в сторону подвала.
Внезапность позволила ему выиграть несколько секунд — Длинный, который почти наверняка мог дать ему фору в беге хотя бы за счет длины своих ног, сначала растерялся. Быстротой реакции он, видно, не отличался. Но что такое несколько секунд в гонке, в которой ставка — жизнь, а силы совсем неравны? Длинному понадобилось всего пару шагов, чтобы этот выигрыш во времени превратился в ничто.
Майк ощутил на своей спине холод, рванулся вперед еще быстрее, выжимая из себя максимально возможную скорость, — и длинные холодные руки схватили воздух.
Каким длинным бывает иногда короткий коридор!
Новый шаг Длинного снова сократил расстояние между бегущими.
Ледяные руки вновь поднялись, чтобы схватить Майка и прекратить эту жуткую гонку, — и в этот момент мальчишка осознал, что под его ногами только что промелькнул порог.
Майк среагировал мгновенно: секунда — дверь захлопнулась, и тяжелый брусок вошел в паз.
Едва Майк оказался за прикрытием двери, как силы оставили его, и, прижавшись спиной к спасительному железу, он начал сползать вниз. Еще немного — и он лишился бы чувств.
Глухой удар потряс дверь, заставляя снова взять себя в руки.
Майк поднял глаза — и внутри у него что-то оборвалось: в щели между косяком и дверью шевелились пальцы Длинного. Они извивались, дергались, рвались на свободу…
И тогда Майк взглянул на нож, все еще зажатый в руке. Почему он не ударил Длинного, когда была такая возможность? Мысль об этом вызвала у него вспышку ярости. Изо всех сил он ударил лезвием по копошащимся в щели пальцам.
То, что он увидел, заставило его похолодеть: вместо крови из раны хлынула мерзкая полупрозрачная желтая слизь.
Длинный завопил: крик его звучал неестественно вибрируя — он тоже не был похож на человеческий.
Майк почувствовал приступ тошноты. Переборов его, он взглянул вниз — и вздрогнул. В желтой луже — неожиданно большой — извивался отчлененный палец! Он корчился, как полураздавленный червяк, старался согнуться в кольцо, но скользил в желтой мерзости. Медленно, миллиметр за миллиметром, он все-таки полз…
Тут же на дверь обрушился новый мощный удар. Из косяка полетели щепки. Больше медлить было нельзя. Майк сорвался с места и помчался между открытых гробов к знакомой двери. Всколыхнулись, как от вихря, попавшиеся на дороге шторы.
Как ни странно, подвал показался Майку светлее, чем в первый раз, — во всяком случае, он издалека заметил окно и довольно ясно смог различить проход между ящиками. Но это не обнадежило, а, наоборот, вызвало новый приступ страха: любое изменение, происходящее в этом проклятом месте, стоило рассматривать как изменение к худшему.
Майк сделал несколько быстрых шагов и понял, что не ошибся. Из соседнего прохода между ящиками раздался шаркающий топоток коротких ножек — карлик (или карлики?) уже здесь.
Палец в кармане скребся, стараясь расцарапать Майку грудь, ноги подкашивались от усталости и страха, но он все равно заставил себя увеличить скорость.
Карлик пыхтел за спиной. Майк не пробежал — пролетел оставшиеся метры и подпрыгнул, хватаясь за раму.
Карлик был уже совсем рядом. И пока Майк протискивался в узкое отверстие, стараясь не раздавить при этом
«Нет! — чуть не закричал Майк. Погибнуть в последний момент, когда победа была уже так близка, казалось невыносимым. — Не возьмете!»
Он рванулся еще сильней, и пальцы карлика, скользнув по голому телу, зацепились за ботинок. Еще несколько отчаянных, почти судорожных движений — и он оказался на свободе. Майк вскочил на ноги и помчался вперед, почти не разбирая дороги.
Карлик разглядел ненужный трофей и отчаянно зарычал Майку вслед.
Палец Длинного царапал грудь. Сухие ветки больно впивались в босую ногу. А Майк мчался, несся, летел… И страх оставался позади — он был жив!
Какой мелочью казалось все остальное перед этим замечательным фактом… Он был жив, значит — почти победил. Пусть кругом мрачно щерится кладбище, пусть позади беснуются силы тьмы, пусть вопит и скрежещет Длинный, хрипят от бессильной злобы коричневые карлики, мечутся по пустому склепу шары. Он, человек, выиграл первый тайм и выиграет еще! Так беситесь, нелюди! Разве понять вам это ликование победителя, обыгравшего саму смерть?
Майк бежал вперед, и ничто в мире не могло сравниться с этим его победным бегом.
Утро застало победителя на лестнице.
Первые солнечные лучи, робко пробравшись в дом, наткнулись на небольшой деревянный ящичек, дергающийся, будто в нем было заперто какое-то живое существо.
Чуть выше, выгнувшись в неимоверной позе на ступеньках, покрытых мохнатой ковровой дорожкой, спал Майк, сжимая в руках крупнокалиберную винтовку, взятую им на случай нападения на дом.
Майк спал, и мысли его были сейчас далеко-далеко от проклятого склепа. Значит, можно утверждать, что в этот момент он был почти счастлив…
Джоди проснулся с трудом. Предыдущая бессонная ночь хотела на нем сегодня отыграться, но бессовестные солнечные лучи начали лезть в глаза и делали это настолько упорно, что Джоди наконец сдался.
«Итак, что я собирался делать сегодня? Ах, да, зайти к врачу и проконсультироваться по поводу странного поведения Майка… Бедный парень! Знал бы он, как мне его жаль…»
Джоди нехотя поднялся, на ходу натянул брюки и футболку и, позевывая, направился в комнату Майка.
Дверь была приоткрыта. Кровать пуста.
«Это еще что за шуточки? — нахмурился Джоди. — Куда его понесло в такую рань?»
Он повернул к лестнице, намереваясь отправиться на поиски брата.
«Если его нервы не в порядке, от него можно ожидать сейчас любых сюрпризов», — думал он, подходя к перилам.
Первый же взгляд вниз вызвал у него вздох облегчения. Майк все-таки был дома!
Спустившись на пару ступенек, Джоди снова помрачнел, увидев в руках брата винтовку.
«Это еще что за фокусы? — недовольно уставился он. — Вроде бы взрослый парень, а играется с оружием… Так и до беды недолго… Ничего не понимаю… На лестнице, с оружием… Стоп! Да он, похоже, собрался от кого-то защищаться!»
Подумав об этом, Джоди снова покачал головой. Раз страхи Майка выливаются в такие поступки, тут уж действительно хлопот не оберешься. Брат вооружен и напуган до полусмерти — можно ли найти худшее сочетание? Раз так, любой гость, постучавший во входную дверь, рискует заработать пулю в лоб.
«И все же я хотел бы, чтобы он не попал в психиатрическую больницу…» — сжалось сердце Джоди, но винтовка в руках Майка кричаще напоминала о необходимости такой крайней меры.
Джоди осторожно вынул оружие из рук младшего брата и принялся его разряжать. Защелкал затвор, и патроны со стуком стали вылетать на ковровую дорожку. Похоже, один из них задел Майка — мальчишка зашевелился и открыл глаза.
«Как? — спросонок удивился Майк. — Неужели я заснул? Вот это да… Можно только удивляться, как это я остался жив!»
В следующую секунду он заметил разряжающего ружье брата.
«А это еще зачем? — удивился было он, но тут же сообразил: — Джоди ведь ничего не знает!»
— Знаешь, — пробормотал он, выпрямляясь, — я должен поговорить с тобой…
Джоди кивнул. Ему тоже было о чем поговорить с Майком. Например, о его странностях и необходимости встретиться с психиатром…
Впрочем, в конце рассказа Майка он уже так не думал…
Буквально до последней секунды Джоди сопротивлялся, отказываясь верить хотя бы одному слову брата.
В самом деле, посудите, кто поверит в такую чушь, как летающие шары с вилками, нечеловеческая природа служителя склепа — человека пусть странного и неприятного, но все же ничем, кроме угрюмой внешности да большого роста, от остальных не отличающегося? Разве что сумасшедший. А если добавить сюда коричневых карликов, странные манипуляции с выкопанными гробами и прочее — тут уж и неспециалист вспомнит о разных психических заболеваниях. Но как странно быстро меняется порой мнение человека.
«Шизофрения… нет, галлюцинации, вызванные глубокой депрессией…» — ставил свои диагнозы Джоди, пока Майк возбужденно рассказывал ему о том, как он вырвался из рук маленьких монстров.
Но великое дело — вещественное доказательство!