Марина Мустажапова – Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом (страница 33)

Однажды Тоня увидела Сварта на балконе. Он грустно курил — потерянный и одинокий. Что-то горько заныло внутри в этот миг, и, внезапно, Антошка почувствовала, где находится её душа. Трепетная, словно маленькая, испуганная птичка.

Зародившееся чувство не было похоже на всё, что девушка испытывала до этого. И бедняжка решила: это и есть настоящая любовь. Молодая и страстная Тоня, с головой бросилась в омут, новых, неизведанных ощущений. Она и предположить не могла, что её чувства могут оказаться не взаимны.

Когда Сварт накричал на Тоню, выставив её за порог — он грязными охотничьими сапогами растоптал её душу. С трудом собрав своё разбитое вдребезги сердце, она затаила обиду и стала ждать. Несчастная любовь не прошла бесследно: из открытой, весёлой девчушки Антошка превратившись в мегеру. Но самым обидным было то, что никто не заметил в ней перемен. Все были так увлечены собой, что плевать хотели на её чувства и страдания. Даже самые близкие люди.

Дракон сразу же поспешил избавиться от некстати влюбившейся в него принцессы.

Гертруда, как легкомысленная школьница: то без устали болтала о Сварте, то бегала на свидания с Сигурдом.

Надежда на счастливый финал, дававшая Тоне силы в самые трудные времена, куда-то исчезла и единственным, что теперь согревало её душу — было желание отомстить. И она уже поняла, как будет вершить своё собственное правосудие.

Волочащийся за Гертрудой легендарный Сигурд, с каждым разом всё сильнее нравился Антошке. Ведь благодаря ему у Сварта уже должны были вырасти ветвистые рога, и в природе появился новый вид драконов — рогатые. Наверное, олигарх дорого бы дал за ещё одну возможность насолить своему давнему неприятелю. Поэтому сейчас она зорко наблюдала за дверью начальницы, чтобы, уличив момент, подсмотреть номер победителя Фафнира у неё в телефоне. А пока, Гертруда, как приклеенная, сидела в своём кабинете, Тоня строила план своих дальнейших действий.

Ровно в десять часов утра в Краеведческий музей зашёл невысокий, худощавый, мужчина лет двадцати семи. Он был в сером пальто и вычищенных до блеска кожаных ботинках. Гладко зачёсанные назад, белёсые волосы визитёра скрывали небольшую, но уже заметную проплешину на макушке. Маленькие, глубоко посаженные глазки, острый нос и то, как незнакомец настороженно принюхивался в фойе музея придавало его облику схожесть с грызуном. И, вообще, во всех его повадках было что-то крысиное.

Посетитель прямиком направился к кабинету Гертруды Петровны и пропал в нём на полчаса. О чём они беседовали с директрисой, никто из любопытствующих так и не расслышал. Вопреки своим правилам, она плотно прикрыла кабинетную дверь.

Когда собеседование закончилась, Гертруда вместе с — пока ещё неизвестным для остального коллектива — молодым человеком вышла из кабинета. Женщина повела его вглубь музея, по пути проводя ознакомительную экскурсию.

Это был Вовчик Миллер — помощник и доверенное лицо самого хозяина этого затерянного городишки. Он уже давно привык выполнять все самые странные поручения хозяина, поэтому ни капли не удивился, когда тот приказал ему устроиться на работу в, никому не интересный, местный Краеведческий музей. Ровно в назначенное время Вовчик стоял у дверей учреждения и планировал, как сделать так, чтобы его служебные обязанности включали в себя возможность длительного пребывания в подвале.

Пока Гертруда Петровна увлечённо знакомила нового сотрудника со своими владениями, Тоня незаметно прошмыгнула к ней кабинет — дверь в который она никогда не закрывала. Наконец-то девушке улыбнулась удача: на массивном письменном столе директрисы лежал её простенький телефон. Тоне без труда удалось забраться в книгу вызовов и найти контакт Одинцова — пароли её подруга тоже не признавала. Тоня сохранила номер себе, положила телефон на место и также осторожно выбралась наружу.

Только снова оказавшись за своим столом, девушка почувствовала, как дрожат её колени. Кажется, Тоня забыла, как дышать, пока находилась в кабинете у начальницы. Она не привыкла по-крысиному рыться в чужих вещах, и едва не потеряла сознание, пока добежала до своей каморки.

С трудом отдышавшись, Антошка пришла в себя. Теперь оставалось самое сложное — добраться до всесильного олигарха. Набрав несколько раз его номер, Тоня убедилась, что Сигурд не отвечает на неизвестные звонки. Девушка решила пойти другим путём и написать ему в мессенджер.

«Здравствуйте, я работаю в Краеведческом….»

Она быстро напечатала сообщение, но сразу же его стёрла.

Нет. Не так. Занятой человек не будет долго читать пространные разъяснения от незнакомцев, а просто удалит переписку. Нужно сразу переходить к сути.

«Здравствуйте. Я знаю, где находятся ваши доспехи, меч и карта. Жду вашего ответа»

Вот! Это то, что нужно!

Под бешеный стук сердца, Тоня нажала на значок самолётика и сообщение улетело к Сигурду. Первый шаг сделан. Отступать поздно.

Тем временем Гертруда Петровна обстоятельно разъясняла новому работнику его полномочия и должностные обязанности. С сегодняшнего дня он будет хранителем фондов музея. Место пустовало с тех пор, как тихонькоя, словно мышка, Зинаида Степановна год назад вышла на пенсию. После неё никому не хотелось днями сидеть в пыльном подвале.

Директриса опасалась, что аккуратно, с иголочки одетый парень встанет в позу и не захочет лезть в эти рассадники плесени и паутины. Но к её удивлению Владимир проявил живой интерес к запасникам и другому содержимому фондов музея. Он с горящими глазами и перекошенным от азарта лицом копался в пыльных ящиках и покосившихся шкафах, отчего ещё больше становился похожим на большую крысу. Гертруда Петровна решила, что это хороший знак. У всех подвальных хранителей, наверняка, должно быть нечто общее с грызунами. Она оставила новичка самостоятельно разбираться дальше и ушла наверх: к свету и свежему воздуху.

Рабочий день в Краеведческом музее закончился весело и оживлённо. Новенький проставлялся в первый рабочий день, и весь коллектив дружно пил чай с тортом и другими вкусностями. Сам виновник торжества сидел в центре стола, сверкая глазами-бусинками и белоснежными зубами. Дамы желали единственному, кроме охранника дяди Пети, мужчине в музее плодотворной работы и полного взаимопонимания с коллегами. Он благодарил и всё время ёрзал, как на иголках, словно ровно по окончании рабочего времени его машина должна превратиться в тыкву.

Только что пришедшая из института, Тоня фыркнула, довольная своим наблюдением, и снова уткнулась в телефон. Одинцов до сих пор не прочёл её сообщение. Напротив обворожительно улыбалась Оленька. Глядя на неё Тоня невольно вздрогнула: в памяти снова всплыл чёрный, разинутый рот и окровавленная шубка.

Глава 8: Рекс

Гертруда Петровна то и дело сверялась с часами — сегодня вторая встреча с Сигурдом, а она не успевала принарядиться. В этот раз ей хотелось собраться, как на настоящее свидание. Ровно в шесть она ускользнула, оставив коллег и дальше наслаждаться чаем с конфетами.

Добравшись до дома, Гертруда уложила волосы, надела красное платье, купленное Сигурдом в их первую встречу, лёгкое пальто и выбежала к ожидавшей её у подъезда машине олигарха. Сидевший внутри Одинцов был, наоборот, одет в добротный пуховик и меховую шапку-ушанку. Придирчиво оглядев наряд спутницы, он пробурчал что-то вроде: "Замёрзнешь ведь". Женщина слегка насторожилась. Она не представляла, где её собирались морозить.

— Ты устроил свидание на Северном Полюсе? Извини, я не очень люблю вечную мерзлоту. Есть в ней что-то леденящее.

— Ну, мы — люди простые, "фобиев" не имеем. Поэтому придётся поморозиться. В случае чего, отыщем тебе фуфайку и ватные штаны.

Пока не успевшие наскучить друг другу любовники, пикировались словами и томными взглядами, невозмутимый водитель уже выруливал на загородное шоссе. Зловонный город, тоскливо серевший вдоль дороги, постепенно превращался в пушистый, запорошенный снегом лес. Вскоре редкие деревья сменились непроходимыми зарослями, и они оказались в настоящей чаще, где едва заметная дорога с трудом пробиралась между сугробами и вековыми соснами. Гертруда искренне восхищалась живописной природой, хотя, на первый взгляд, это было не то свидание, на которое она рассчитывала.

— Пока мне всё нравиться, но неплохо бы заранее предупреждать о предстоящей экскурсии, — проворчала она, рассматривая, как тьма расползается по лесу, поглощая всё вокруг своим гигантским ненасытным чревом.

Одинцов по-прежнему не вызывал у нее доверия и ехать с ним в столь дикие места по доброй воле, она бы не рискнула.

— Что поделаешь, я — человек спонтанный! — олигарх улыбнулся во все свои 32 фарфоровых зуба, — Но в следующий раз обязательно предупрежу.

Гертруда Петровна зарделась, хотя всеми силами старалась не показать спутнику свою внезапную слабость. Конечно, впереди у них есть ещё одно свидание, предусмотренное договором. Но в левом нижнем подреберье предательски теплилась надежда, что их встречи на этом не закончатся.

Женщина часто думала, кому бы она отдала предпочтение, если бы сейчас перед ней стоял этот выбор: харизматичному Сигурду или обходительному, пропавшему без следа после их единственной, случайной встречи? Олигарх в этом мысленном соревновании выходил безусловным победителем: он старается удивить её, ловит каждое слово и угадывает желания. Любая женщина растает от такого, как снежинка под солнцем.