Марина Мустажапова – Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом (страница 22)

Сварт не помнил, сколько он просидел без движения. Гертруда, её смех, лучистый взгляд и, что немаловажно, превосходное декольте, парализовали его волю. Он смотрел на директрису и не верил своим глазам: неужели все повторяется вспять?

Мужчину вывел из оцепенения ведущий мероприятия. Он резко выкрикнул имя: "Сварт Дракон", и под бурные аплодисменты вызвал его для объявления какой-то номинации звания. Сварт, давно потерявший связь с реальностью, даже не был в курсе происходящего на сцене. Но он… нет не увидел, а почувствовал каждой клеточкой тела, как вздрогнула Гертруда, услышав его имя; как она вскинулась, тревожно всматриваясь в пространство и глазами ища того, кому оно принадлежит. Дракон с трудом отвлёкся от, тянущей к себе, как магнит, женщины и нехотя пошёл к микрофону.

Гертруду Петровну подбросило на стуле. Она испуганно огляделась — не заметил ли кто её странной реакции на имя, произнесённое со сцены. Сварт Дракон — этот лощёный мужчина — тот самый иностранец, вызвавший ей скорую помощь. Что он делал на глухой остановке у самой кромки леса, где вероятность встретить живую душу критически стремиться к нулю?

Директриса не отрываясь смотрела на сцену, в надежде найти там хоть какие-то ответы на мучившие её вопросы. Мужчина у микрофона лишь лучезарно улыбался. Очень знакомо улыбался, пряча милую ямочку в мужественных складках на правой щеке. И Гертруда вспомнила…

Наверное, она снова вздрогнула, или охнула и безвольно опустилась на спинку стула — шум в ушах и пелена перед глазами мешали женщине адекватно оценивать свою реакцию.

Гертруда из последних сил старалась выглядеть бесстрастно, но от Сигурда не укрылось её предкоматозное состояние. Бесцветными глазами он, то в неё, то в Дракона, пускал колючие молнии, словно надеялся сразить их обоих. Но сейчас женщине было безразлично недовольство олигарха. Её внимание сконцентрировалось на красавце-брюнете, награждающем кого-то на сцене. Она узнала его!

Наконец-то, Тонин необычный знакомый и загадочный красавец из её странных снов, соединились в одном человеке. Как застывшие кадры старого диафильма, в сознании Гертруды всплывали утраченные обрывки памяти: этот мужчина несёт её на руках; странная избушка в чаще леса; незнакомая женщина заливает ей в рот горькие настойки, жжёт травы и без остановки курит; всё тот же мужчина озабоченно склоняется над ней, а она обнимает его и… целует в губы… полёт над лесом… старая остановка…

— Сварт Дракон, — как заворожённая повторяла она за ведущим церемонии.

— Знакомый? — голос Сигурда сделался таким же ершистым, как и его взгляд.

Стараясь побороть, накатившую неуверенность и невыносимое жжение от, раскалённого до бела, ободка кольца, он наполнил бокал шампанским и залпом выпил его. А за ним ещё и ещё…

Жадно двигая кадыком, олигарх осушал бокалы с газированным алкоголем и не чувствовал ничего, кроме сухого нёба и нестерпимой жажды, заставляющей его снова тянуться к неиссякаемому сосуду с игристым. Услужливые официанты проворно заменяли бутылки на хозяйском столике, но небожитель не замечал ничего вокруг. Ничего, кроме говорящих взглядов его врага и его… женщины. Неужели всё повторяется? Что эта музейная чертовка делает с ним?

Олигарх пьяно усмехнулся и вальяжно положил ладонь на колено спутницы, от чего та снова вздрогнула и с отвращением сбросила его руку. "Хозяин жизни" заметно перебрал с выпивкой, и женщине это претило.

Почувствовав, как комок отвращения снова подступает к горлу, Гертруда встала и, извинившись, направилась в сторону уборной. Ей нужно было привести в порядок мысли… и чувства.

Глава 4: Поцелуй

Гертруда долго стояла перед зеркалом в уборной. Стараясь не испортить макияж, она аккуратно касалась лица, смоченными в холодной воде ладонями. Отвратительная тошнота никак не хотела отступать. Вязким сгустком она стояла на подступах к гортани, напоминая о миллионных долгах, жестоких коллекторах и уходившей с молотка квартире. Последние мысли вызвали острую слабость: тело женщины покрылось липким потом, а колени мелко задрожали. Пошатнувшись, она едва не рухнула прямо на кафельный пол, но сильная мужская рука бережно подхватила её за талию.

Дракон видел, как Гертруда быстро вышла из зала. С дежурной улыбкой, он торопливо вручил незнакомому мальчишке конверт с деньгами и вихрем слетел со сцены. Не мешкая ни минуты, Ящер отправился следом за ней: по рассеянному взгляду и побледневшему лицу он понял — женщине нужна помощь. Позади на сцене уже надрывалась какая-то популярная молодёжная группа. Они тоже были одеты в соответствии с дресс-кодом, но взятые на прокат смокинги делали юнцов похожими на пингвинов.

Проходя мимо Сигурда, Дракон широко улыбнулся и заметил, как помрачнел взгляд олигарха. Сварт не удержался от лёгкого торжества, чем заставил своего заклятого "друга" ещё раз скрипнуть зубами. Начиналась дуэль, и ни один из них не знал точно, кому суждено на ней выжить.

Ящер спросил у взмыленного официанта, куда только что направилась красивая женщина в красном платье. Тот молча указал налево и исчез в банкетном зале. Сварт прошёл по узкому коридору и замер у двери с изображёнными на ней треугольниками. Туалет в здании был общим, и Дракон мог беспрепятственно в него зайти. Но что он скажет Гертруде? Здравствуйте, у нас, кажется, будет ребёнок… Или, помните, вы поцеловали меня в бреду…

Дракон нерешительно топтался у двери. Витое бра с претензией на барокко тревожно моргало лампочкой. Громкая музыка бритвой резала слух: в зале играли что-то ритмичное. Свет снова дёрнулся и окончательно погас. Коридор погрузился в полумрак. Мужчина сглотнул и решительно взялся за дверную ручку. Сейчас просто нужно войти, а дальнейшее подскажут обстоятельства.

Сварт набрался смелости открыть дверь именно в тот момент, когда обмякшая Гертруда оседала на заляпанный пол уборной. После бесплатной выпивки, приглашённые не отличались меткостью и чистоплотством. Дракон в последнюю минуту подхватил её и вывел на свежий воздух.

Они сидели на скамейке в небольшом скверике. Женщина мелко дрожала в открытом платье. Дракон накинул ей на плечи свой смокинг и пытался согреть руками. Гертруда сначала протестовала, но вскоре сдалась и благодарно прижалась к своему спасителю. Почему-то близость этого почти незнакомого мужчины была ей совсем не противна. Его запах, словно мягкое облако, обволакивал её с головы до ног.

— Такое чувство, что мы знакомы всю жизнь, а я даже толком не знаю вашего имени, — произнесла Гертруда, как только слегка отошла от обморока.

Падал первый декабрьский снег. Он лёгкими хлопьями спускался на мёрзлую землю, путался в волосах и таял на губах и ресницах. Дракон ловил снежинки ладонью. Они замирали на тонких пальцах, а через миг превращались в капли воды. Он думал о том, что все близкие в его жизни, словно снежинки, задерживаются на секунду и тают, оставляя кровоточащую рану в душе. Дракону предстоит пережить почти всех, кто ему дорог. Ведь, к несчастью, он — бессмертен.

— Просто вы… ты предначертана мне судьбой.

Сварт слегка запнулся от своего внезапного перехода "на ты". Но вскоре окончательно осмелел и решился поцеловать Гертруду в щёку, рядом с маленьким нежным ушком, мочку которого оттягивала громоздкая серьга.

Гертруда удивлённо посмотрела на него и, вдруг, обняла за шею, совсем как в той пропахшей лесом избушке. У Сварта сбилось дыхание. Заснеженные деревья, тусклые фонари и звёздное небо закружились в бешеном вальсе, потом и вовсе перестали существовать. Всё исчезло, перемешалось и растворилось в сияющих глазах… его невесты.

Дракон боялся даже думать о возможной любви к Гертруде. Слишком много потерь… Слишком много шрамов на сердце…

Он устал хоронить своих принцесс.

Он устал расставаться с любимыми.

Он устал всё начинать заново.

Он устал…

Сварт не знал, как давно их губы нашли друг друга. Он не отдавал себе отчёта в том как долго они парили над землёй оторвавшись от опостылевшей реальности. На холодную скамейку в заснеженном парке влюбленных вернул громкий звонок телефона:

— Куда ты провалилась? — раздался в трубке пьяный голос Сигурда.

Гертруда с трудом вспомнила, что пришла сюда с другим мужчиной и не может нарушить данное ему слово.

— Мне стало нехорошо. Я вернусь через минуту, — скупо бросила она в трубку и с мольбой посмотрела на Сварта.

— У меня кредиты… — женщина поникла под тяжестью снова навалившихся на плечи проблем, — Еще проценты и пеня… — сбивчиво продолжила она, — Бывший парень оформил их на меня, а сам погиб. Теперь только Сигурд может мне помочь.

Дракон понимал, что время уходит впустую, и нужно решаться. Сейчас, или никогда!

— Полетели со мной! — он накрыл её замёрзшую ладошку своей горячей рукой, — Мы будем жить в Замке на неприступной Драконьей скале. Там до нас не доберутся твои проблемы.

Гертруда замерла — слишком заманчиво было прозвучавшее предложение. Но, доставшаяся по наследству квартира, наполненная тенями прошлого и памятью, была якорем привязана к её ногам.

— Нет. Я не могу всё вот так бросить. Извини…

Гертруда встрепенулась встревоженной птицей, испуганно оттолкнула Сварта и, сбросив с плеч его смокинг, побежала прочь к сияющему входу в отель.

Дракон медленно побрёл к машине. Вечер для него был закончен. Гертруда отказала ему. Нужно было рассказать ей про яйцо. Объяснить, что лишь она предназначена ему судьбой.