Марина Мельникова – Взгляд из Зазеркалья (страница 21)
– Создана специальная одежда с интегрированными экранирующими материалами и мембранами, защищающая и от тепловизоров, и от инфракрасного излучения, да и простые камеры, без наворотов, меня не увидят. Я буду просто сливаться с окружающей обстановкой.
Жан сделал паузу.
– Сейчас на мне обувь и брюки из такой ткани. До входа в кабинет я надену перчатки и куртку с защитным капюшоном.
Только сейчас Арин заметила необычный наряд Жана. Интересная, лоснящаяся ткань брюк и обуви с хитросплетением узоров и форм очень гармонировала с белой футболкой.
– Ты хорошо экипирован, – безжизненным голосом произнесла девушка.
Горечь сквозняком обдала молодого человека. Не время отступать, «кончай сантименты», как сказал бы Громов. Жан вновь собрался, отключившись от эмоций. Для них сейчас не время…
– Отец не закрывает жалюзи в кабинете?
– Нет, он любит, когда в кабинете светло. А что?
– Свет от монитора в темной комнате…
Он глубоко вздохнул – сейчас или никогда. Каждое слово казалось тяжёлым камнем, который тянул на дно. Слишком много набралось таких камней…
– Арин, девочка моя, послушай. Я не хочу принуждать тебя делать то, что противоречит твоим принципам. У тебя есть время подумать, и любое твое решение я приму как должное.
Жан вновь сделал паузу.
– Слова, слова, как в песне, – как-то некстати добавил он.
Арин, замерев, сидела, опустив голову. «Ну и что ты молчишь? – взвилась Нира, – сейчас он готов выполнить предначертанное. С тобой, или без тебя он это сделает, только ты, как будешь жить после этого?» Девушка молчала. Ей хотелось зарыться в одеяло с головой. Такая действительность ей не нравилась, эта действительность не может принадлежать ей. И изменить она её не в силах… Сущность тем временем распалялась: «Что ты молчишь? Я вижу, что он тебя любит, уж я в этих делах разбираюсь! Одно твое слово решит всё».
– Хорошо Жан, я с тобой, что делать…
Жан протянул девушке маленькую красную пуговку. – Это весьма любопытная штука, с очень интересным составом. Если снять защитную пленку, а она снимается легко, – он показал, где подцепить, – и прилепить на открытый участок тела человека, руку, например, то человек моментально уснет. Проснувшись, он ничего не будет помнить…
Арин удивленно подняла глаза:
– Зачем мне это?
– Ты где планируешь находиться в то время, пока я буду в кабинете?
– Конечно у кабинета, вдруг кто-то появится…
– А если кто-то появится, например, твой отец, и у него, случайно, возникнет желание войти к себе? Я ведь буду невидим только для камер.
Арин закрыла лицо руками. Такое развитие событий ей даже не могло прийти в голову.
– Арин, прости, но ты готова?
Душа Арин рвалась на части, но девушка, собрав волю в кулак, тихо произнесла:
– Пошли, открою кабинет.
– Тогда надень это, – сказал Жан, протягивая Арин ультратонкие латексные перчатки.
Глава 14
Кабинет генерала Леруа располагался в самом центре второго этажа. И фигурка «охраняющей» его Арин, как одинокого дерева посреди поля, хорошо просматривалась со всех сторон. Впустив в кабинет Жана, и сцепив молитвенно руки, она облокотилась о стену рядом с дверью. Взгляд, направленный в потолок говорил: «Только бы всё обошлось, только бы…».
Нервы Арин слишком истрепались на протяжении этого вечера. Она в напряжении кусала губы. Глупая затея! И Нира, как назло, коварно помалкивала, обходясь без привычных едких комментариев. Сущность знала, как застать врасплох. Знала, как мотивировать сделать то, чего делать не хотелось. А добившись своего, пряталась в недрах бессознательного, словно её и не было…
Вздохнув, Арин зажмурилась. Покачала головой. В любом случае, уже поздно что-то менять.
Просочившись в кабинет, Жан осмотрелся. Старинные часы размеренно отсчитывали время. Вся обстановка говорила о тонком вкусе хозяина, любившего старинные изысканные вещи. Дубовый массивный стол, роскошное мягкое кресло и огромный кожаный диван – это всё, что находилось в комнате, но необыкновенный уют этой комнате придавали картины и небольшие вещицы, яркими штрихами разбавлявшие скупое убранство кабинета. Небольшой планшетник с дисплеем на гибкой графеновой подложке непредусмотрительно был оставлен на столе. «Да неужели? – подумал Жан, – как-то необыкновенно хорошо всё складывается, сплюнуть бы», однако закрывающая лицо сетка, наподобие чачвана21, не позволила выполнить задуманное.
Жан медленно прошелся вдоль стены, вслушиваясь в легкий шорох собственных шагов. Одежда, конечно же, его защищала от посторонних наблюдателей, но чем чёрт не шутит. Облокотившись об стену, настроил квантовое устройство на сканирование данных планшетника Леруа. Устройство, как и сам Жан, было в уникальном чехле, защищавшем его от камер.
«Видел бы профессор свое детище в работе, – промелькнула гордая мысль. Вибрация, исходившая от устройства, свидетельствовала о том, что работа уже началась. – Киношку бы посмотреть, пока комп качает…»
Арин было не до глупых мыслей, одолевавших сейчас Жана. К мучившему её чувству предательства прибавилось и чувство дикого страха за любимого. Ведь охрана была выдрессирована самим генералом, и сменялась каждые четыре часа. Для этого использовались контрактники ближайшей военной части, бездушные и универсальные машины. Чётко исполнявшие приказ. Начисто лишённые размышлений и эмоций. Арин не хотела думать о том, как они могли поступить с её любимым – человеком, который на свой страх и риск проник в отцовский кабинет.
Она стояла в коридоре, прижавшись спиной к холодной стене, и слышала лишь учащённое биение собственного сердца. Гулкое, порывистое, тяжёлое. Сердце лучше неё знало об это опасной затее. Знало, как страх может выплеснуться наружу и причинить нестерпимую боль.
«Скорей бы всё закончилось», – словно заклинание повторяла она.
«Ой, всё так здорово получилось! Как я и говорила, – проснулась Нира. – Великолепно!»
– Да, давно тебя не было, – прошептала Арин, – когда ты меня, наконец, оставишь в покое…
– Скоро подруга, моё задание скоро будет выполнено…
– Задание?!
– А ты, думала, что я тут, развлекаюсь? Мне надо было тебя направить в нужном направлении.
– В каком направлении? – у Арин вновь сжалось сердце, чувствуя сговор окружающего мира против неё.
– Ты как-то связана с тем, что сейчас происходит?
– В глобальном смысле, да. Но не думай, что я – инструмент вражеской разведки, внедренный в твой мозг.
– Хорошо, тогда кто ты?
– Сегодня день знакомств, не правда ли, – захихикала сущность. – Меня направили, чтобы положить конец игры землян с неподвластными им материями. С твоей помощью или с помощью другого человека я должна была это сделать.
– И как же ты это бы сделала?
– Всё, что происходит – предрешено, я только подтолкнула некоторые события.
– Так ты знала, что появится в моей жизни Жан? – Жан – это одна из вероятностей, а их миллионы. – Я тебя не понимаю…
– Вы, земляне, слишком мелки для понимания гигантских масштабов вселенных, и могущества той силы, которая ими управляет.
– Ладно, твои зарисовки мне действительно не понятны, но скажи, у Жана всё получится?
– Я не гадалка, – фыркнула Нира.
– Но ты ведь сказала, что всё предрешено, и Жан выполнит нужные тебе задачи?
– На данный момент они в стадии выполнения, но пока не выполнены. Терпение, только терпение.
– Хорошо, если сегодня всё провалится, то, что будет? – Тогда будет следующая игра и следующие актеры. В любом случае всё закончится так, как хочет моя госпожа.
Арин махнула рукой. Понять пространные рассуждения гостьи не представлялось возможным. Одно девушка поняла наверняка – то ради чего была внедрена в её голову сущность, подходит к логическому завершению. Арин обхватила себя за плечи. Её знобило. Земляне – всего лишь пешки. Так было и, скорее всего, будет всегда. И всегда найдется тот, кто заскучает на просторах вселенных. Тот, кому захочется сыграть в игру с придуманными правилами. В игру, на кону которой могут стоять тысячи и миллионы жизней…
– Знаешь, я как-то к тебе уже привыкла, – медленно произнесла Арин, тщательно подбирая слова. – В моей жизни с твоим появлением, произошло столько невероятных событий… Я стала обращать внимание на те вещи, на которые никогда не смотрела. На тех людей, которых не замечала. На те чувства, в существование которых отказывалась верить.
– Мне тоже было интересно познакомиться с твоим миром, – учтиво произнесла Нира и умолкла. Арин тоже принялась ждать.
В это время окончание вибрации квантового устройства дало понять Жану, что сканирование прошло успешно, и с чувством выполненного долга можно покидать гостеприимную комнату. Он медленно выпрямился и огляделся: «Сегодня всё идет как по маслу, даже напрягает как-то». Уложив устройство в потайной карман, он также по стенке вернулся к двери.
А Арин, увлекшись общением с подругой, не заметила, что за ней наблюдают.
«Чего она здесь топчется, – думал Френк, напряжённо всматриваясь в фигурку девушки. – «Очевидно, я пропустил всё интересное… Или не пропустил ещё?»
Он пожирал её глазами, неподвижный, как мрачное изваяние в своем строгом форменном костюме.
Френк, несмотря на расстроившуюся свадьбу, довольно часто приходил в дом Леруа. Это было связано по большей части с теми заданиями, которые он получал в ведомстве. А общение с генералом входило в его прямые обязанности. Леруа настолько доверял несостоявшемуся зятю, что ключи от своего кабинета так, на всякий случай, были переданы ему. Зачем Френк пришел сегодня в дом начальника, он и сам не мог понять. Какое-то странное чувство заставило его бросить дела, сесть в машину, и примчаться сюда. Только теперь, глядя на неестественно прямую спину девушки, явно ожидающей чего-то возле кабинета отца, он понял, что интуиция его не подвела и на этот раз.