Марина Мельникова – Энигма (страница 30)

Арин удивленно уставилась на молодого человека.

— Ведь это был я. Арин молчала.

— Вас могла убить Энигма, но не в этом дело, — сказал он после недолгого молчания охрипшим голосом. — Я тогда уже знал, что ты будешь моей. Только моей, слышишь? Я могу внушить тебе, что угодно, но не хочу. Ты любишь меня!

Перед ней опять стоял Жан, и Арин задохнулась от нахлынувшего чувства. Он подошел к ней вплотную. Аромат цитрусов и моря — это был запах Жана.

«Боже мой, я запуталась!» — кричало ее подсознание.

Молодой человек окинул ее полным искреннего удовольствия взглядом, а Арин же смотрела на него, пытаясь разобраться в себе. Ненависть и безумная страсть боролись друг с другом. Дерзкое смуглое лицо, сверкающие карие глаза, волевые насмешливые складки у рта и темные волнистые волосы, разметавшиеся от морского бриза, может ли существовать на земле человек, столь похожий на этого? И совершенно неожиданно охваченное любовью сердце воскликнуло:

— Жан!

Внезапно силы полностью оставили ее. Она почувствовала себя слабой, растерянной и безвольной. Словно из густого тумана доносились обращенные к ней слова:

— Ты успокоилась наконец? — его улыбка стала более явственной, приподняв в знакомой ей насмешливой манере уголок рта, а взгляд обрел почти прежнюю нежность.

Арин утвердительно качнула головой.

— Вот и хорошо, — он поцеловал ее и, подхватив на руки, отнес в спальню.

Когда Арин осталась одна, ощущение безысходности с новой силой навалилось на ее измученный мозг, в котором плохо укладывалась последовательность событий. Пока он был с ней рядом, Арин не могла думать и рассуждать здраво. То обстоятельство, что она оказалась на острове с таким желанным врагом, казалось и смехотворным, и отвратительным. Да и восторженное чувство к растущему в ней малышу ее, мягко говоря, удивляло.

— Надо что-то делать, — в сотый раз она говорила себе и в сотый раз сомневалась в этой необходимости.

То, что она была ему не безразлична, чувствовалось даже через маску холодности, которая иногда сковывала его лицо.

«Если Жана больше нет в живых, почему он держит меня здесь? Зачем тогда нужно скрываться? А, может, Жан все-таки жив?»

Вопросы, одни вопросы. Томительно шли дни, похожие один на другой. Персонажи ее прошлой жизни стали казаться Арин такими далекими. Рядом был Жан, или не Жан, какая уже разница. Человек, ставший ее половинкой на маленьком острове, был уникален, а это главное. Постепенно в глазах Арин появлялся исчезнувший блеск.

Кевин опять погрузил Жана в транс.

— Вспомни самый замечательный день в вашей с Арин жизни.

Жан улыбнулся.

— Эгейское море, оно такое ласковое, как ни одно море на Земле, — прошептал Жан. — Мы лежали, утопая в белом и мягком песке, а ноги ласкало море. Высокое, без единого облачка небо еще не включило ночные светильники. Природа торжествовала на затерявшемся среди моря уголке рая. Какая-то маленькая нахальная птичка… маленькая нахальная птичка… маленькая… Арин!

— Где она?

— Она на острове в Индийском океане!

— Ты знаешь, где этот остров?

— Знаю, я ее вижу!

Кевин, удовлетворенно хмыкнув, вывел Жана из транса.

Он вскочил с кресла и бросился к выходу.

— Я должен ее вернуть!

— Где она? На каком острове?

Название было брошено на бегу.

— Радует, что в разгаре день, а не ночь, как бывает в таких случаях, — пробормотал себе под нос Жан, набирая высоту.

Довольно сильный порывистый ветер основательно болтал аэромобиль, но проверенная машина еще ни разу не подводила. Он уверенно продвигался по заложенному маршруту. Вдали показался остров. Такой же как и остров его грез, и первое, что бросилось в глаза — фигура на берегу. Его словно ждали.

— Цветы отсутствуют, и туш пока не играет, — прокомментировал Жан открывшееся пляжное зрелище, — ну что ж, пора знакомится.

— Ба, какие люди и без охраны, — радостно развел руками молодой человек при виде выходящего из машины Жана.

— Главное, что без конвоя, — пробурчал он.

Их взгляды встретились. Жан еще раз поразился их сходству, даже капли воды не могут быть похожи, но тут…

Странное дело, Жан, приехав на остров за своей плененной девушкой, должен был захлебнуться ненавистью и желанием уничтожить стоящего напротив человека, по крайней мере, попытаться это сделать даже ценой собственной жизни. Но чувства ненависти не было и ощущение, что он разговаривает со своим братом-близнецом было настолько полным, что Жан незаметно ущипнул себя. Правда, это действие не осталось незамеченным, и парень по-доброму усмехнулся.

— Впечатляет? Виски, коньяк, кофе? — привычно предложил он.

— Арин здесь? — спросил Жан, только чтобы что-то спросить. Ему бы, по закону жанра, побежать к любимой и на руках вынести ее из заточения. Но он уже перестал удивляться своим ощущениям и побуждениям.

— В башне, дожидается спасения, — без иронии улыбнулся ему молодой человек.

Жан оглядел остров и спросил:

— Здесь можно спокойно поговорить?

Вервольф жестом радушного хозяина указал на видневшуюся в глубине острова беседку с соломенной крышей. Они довольно долго сидели, рассматривая друг друга и смакуя принесенный служанками довольно дорогой коньяк и кофе.

— Я должен тебя поблагодарить за Кевина, — наконец произнес Жан.

Вервольф пожал плечами, словно говоря — не за что, а потом вслух сказал:

— У тебя много вопросов. Спрашивай!

Жан усмехнулся и констатировал:

— Тяжело общаться с телепатом, ведь он уже знает еще не сформированную мысль.

Молодой человек опять пожал плечами.

— Мне тяжелее общаться с вами, ведь я предвижу и предчувствую любое побуждение, сформировавшееся в голове собеседника. Хотя для основной массы я такой же, как и ты.

Только сейчас Жан заметил, что одет его двойник был точно так же, как и он сам. Белые джинсы с широким ремнем и светло-синяя легкая футболка.

«Он одевается в том же бутике, что и я», — подумал молодой человек, а вслух произнес:

— Ты знал, что готовится операция по ликвидации Энигмы?

— Да, — просто ответил Вервольф.

— Вы были неразлучны, ты любил ее?

— В твоей голове Венера, — туманно произнес Вервольф, — и сравниваешь ты несравнимое. Энигма — чудовище, а не мифическая харизматичная богиня. Я позволил уничтожить Энигму, потому что она опасна. Ты серьезно думаешь, что события, приведшие тебя на этот остров, случайны?

Жан непонимающе смотрел на свое зеркальное отражение, а он продолжил:

— Или случайно появился в твоей жизни Том?

Жан встал, заложив руки за спину, отошел к перилам беседки и долго молчал. Молчал и Вервольф. Он предпочел не отвечать на всплывающие в голове Жана вопросы.

— Когда-то давно мне снился необыкновенный сон, — очнулся от раздумий Жан. — В этом сне Темная энергия снизошла до разговора со мной. Мироустройство, информационные поля, время и параллельные вселенные… Фраза, которую она бросила тогда, поразила меня и осталась в памяти: «Ваши тела слабы, они легко ломаются. Вашим телам нужна неестественная для большей части Вселенной среда. Посмотри вокруг. Вокруг жизнь, и эти формы жизни более приспособлены для космоса. Для того, чтобы увидеть другие Миры, вам нужно всего лишь перестать быть людьми!»

Жан повернулся и взъерошив волосы, пытался смахнуть негатив и взбодриться.

— Погибший Том, прощаясь со мной, сказал почти то же самое, — а потом, махнув рукой, спросил: — А с зомби-то что вы сделали?

Вервольф тоже подошел к перилам беседки и передав Жану бокал, повернулся к морю.

— Они слуги Энигмы и ушли с ней. Ты ничего не спрашиваешь об Арин, хотя можешь и не спрашивать, я вижу.

— Откуда у тебя этот браслет? — спросил Жан молодого человека, пытаясь отвлечь его от копания в своей голове.

— Алиса, одаривая тебя, даже не представляла, какую услугу оказывает.