Марина Мельникова – Энигма (страница 3)
Незнакомец прошелся по нему взглядом, а потом, постояв с минуту неподвижно, словно решая про себя какую-то задачу, сказал:
— Мне надо с вами поговорить тет-а-тет. Здесь недалеко парк.
Он резко, как на строевой, развернулся, и Жан, крайне заинтригованный, пошел следом.
— Исходя из того, что я вижу, вы с ней расстались, — с места в карьер начал незнакомец, едва они уселись на скамью.
«Еще нет, но, может, он знает то, чего не знаю я?» — пронеслось в голове у Жана, а вслух произнес:
— С кем имею честь…
— Простите, — смутился блондин, а потом выпалил, не останавливаясь: — Том Джонс, Концерн «КосмоБио», главный специалист по защите информации. Судя по недоуменному выражению лица — вы меня забыли. Конечно, прошел год. Я увидел вас недавно на выставке аутентичных украшений с другой женщиной и понял, что вы с Энигмой расстались.
«Определенно, у меня начинается помешательство!»
— Знаете, я знаком со многими женщинами, но дамы по имени Энигма не припомню.
В его голубых глазах зажглись искорки изумления и легкого недоверия, смешанного с опасением ошибиться.
— Думаю, вы меня с кем-то спутали, — продолжил Жан, все еще заинтригованный.
— Вас невозможно с кем-то спутать, — Том замер, чтобы осознать увиденное и услышанное. — Значит, у вас есть брат-близнец, — уверенно закончил он.
Жан весело рассмеялся, окончательно уверившись в том, что кто-то из двоих свихнулся. Его смех был искренний и заразительный.
— Я не понимаю…
На несколько секунд мужчина просто-напросто завис, словно перегруженный компьютер.
— Давайте так, — сжалился над ним Жан, — вы начнете с самого начала. Может, я вас и вспомню.
Том некоторое время сидел, уткнувшись взглядом в одну точку, а замершие глаза были широко раскрыты и почти не мигали. В них появился звериный страх. Жан застыл, не решаясь нарушить это странное и томительное молчание.
— Год назад мы с друзьями отправились на горнолыжный курорт в Альпы. Там я познакомился с замечательной русской девушкой Владой, — начал рассказ он. — Все бы ничего, если б не одно ужасное событие, сломавшее наши жизни.
Мужчина тяжело вздохнул.
— У подножья, в нескольких километрах от нашего лагеря, расположилась некая секта, очень странная, я бы сказал. Люди там зомбированы. Они забыли своих родных, забыли даже самих себя! В глазах их, — его передернуло, — тоска и какой-то неестественный, нечеловеческий восторг. Они как будто…
Том запнулся и несколько бесконечно долгих минут пытался подобрать слово, характеризующее увиденное.
— Может, их чем-то накачивают? — попытался помочь ему Жан.
— Они молятся и служат Энигме, бросив к ее ногам все, чем владели. Эти люди стали ее рабами.
— Энигма, в переводе с греческого «загадка», — крайне заинтригованный, произнес Жан. — Как они попадают в ее сети?
Том опять опустил глаза, а его бледное лицо казалось безжизненным.
— Они слышат ее зов! — наконец вымолвил он и тяжело вздохнул.
Жан опять поймал себя на мысли о сумасшествии, а мужчина грустно улыбнулся, словно уловив эту мысль.
— Видя вашу реакцию, я начинаю верить, что ошибся, хотя такое сходство невозможно. Ладно, на чем я остановился… зов… Зов для людей как наркотик, поэтому селения вокруг зомбированы. Они уже не люди, у них… — Том опять долго подбирал слова, а потом, посмотрел в упор на Жана и произнес: — у них выпита душа.
— Не понимаю, это как?
— Они не живые! Вроде ходят, что-то говорят, очень напоминают роботов, но эти существа уже не люди. В них нет жизни, они все делают механически. В их взоре нечеловеческая смесь вселенского счастья и безумной тоски.
— Странно все это, — пробормотал Жан. — Влада ушла на зов?
— Да, она была такая молодая.
Мужчина опять опустил голову и отрешенно уставился на носки своих туфель.
— После исчезновения Влады, я начал ее поиски, — продолжил рассказ он. — Они привели меня к роскошному высокогорному имению, в котором поселилась Энигма и ее прислужники. Но вход был заблокирован. Чем я только не пытался открыть эти чертовы ворота. Да и стены там… — он махнул рукой. — Ночью я устроился в засаде. Вдруг послышалась протяжная песня, но возникло ощущение, что звучит она в голове, взорвав каждую клетку мозга и наполнив пространство водоворотом красок. В поле моего зрения появилась совсем юная девушка в короткой ночной сорочке и босая, будто только встала с постели. Ворота неожиданно открылись. В тот же миг ее тело дернулось, словно пронзенное электрическим током, а мышцы свело долгой судорогой. Какая-то мистическая вуаль искрящегося серебра окутала незнакомку, и закружились в танце огни святого Эльма[1]. Я не мог до нее дотронуться, боялся!
Мужчина закрыл лицо руками. Но как ни старался он отгородиться от увиденного, оно настигало его фантастической реальностью. Том глухо заговорил, избегая поймать взгляд недоуменных глаз, уставившихся на него в молчаливом вопросе.
— Девушка упала на каменную плитку двора. Несмотря на метаморфозы, происходящие с ее телом, она была жива. Но взгляд был пустой и мертвый. Я смотрел в ее глаза и видел ад! В компании десятка таких же живых мертвецов я отправился на поиски Влады. Их тела колыхались на ветру как опавшие листья. Картина, открывшаяся моему взору, была ужасной и отвратительной. С опозданием я понял, что поступил неправильно. Нужно было дождаться утра и вызвать полицию, — он опять махнул рукой, — а я возомнил себя Джеймсом Бондом.
Том тряхнул головой пытаясь привести мысли в порядок. А Жан в безотчетной панике осознал, что происходит одно из двух: либо сидящий напротив мужчина психически ненормальный человек, и все рассказанное им лишь плод больного воображения, либо страшная сказка, пережитая в Зазеркалье, повторяется вновь. И как понять, где заканчивается безумие и начинается реальность?
Том продолжил свой страшный рассказ.
— Когда я вошел в ярко освещенный зал, то опять не поверил своим глазам. В высоком резном кресле, обитом синим бархатом, восседала, словно королева на троне, девушка невероятной неземной красоты. От нее исходило волнообразное сияние.
Рассказчик невидящими глазами оглядел ухоженные клумбы. Сейчас он был там, рядом с чудесной незнакомкой.
— У меня не хватает слов, чтобы описать представшее передо мной чудо. Красота ее была совершенной, но двигалась девушка словно компьютерный мультяшный персонаж. Длинные светлые волосы и огромные миндалевидные глаза. Вот только глаза… мне показалось… что они меняли цвет и были то синие, то зеленые, то черные.
— Причем тогда я или брат-близнец? — попытался удовлетворить свое любопытство Жан.
— За креслом девушки по-хозяйски облокотившись на его спинку, стоял точно такой же молодой человек. Теперь я понимаю, что память меня не подвела. Это были вы! Я был потрясен, но… не лишен рассудка.
Том встал и, повернувшись спиной к Жану, облокотился о ствол дерева. Снова повисло тягостное молчание.
«Что, черт возьми, происходит? Я брежу?»
Вопросы носились в голове, как стая перепуганных птиц.
— Продолжать? Или память к вам вернулась? — сухо спросил Том, все еще стоя к нему спиной.
— Продолжайте!
Мужчина усмехнулся и пожал плечами, словно говоря: «Вы можете сколько угодно отрицать очевидное, но я пока в своем уме», а вслух произнес:
— Я видел молодого человека, который как две капли воды походил на вас.
— Ладно, что было дальше? — спросил Жан, все еще не решив для себя, как относиться к рассказу странного незнакомца.
— Энигма смотрела на меня, словно гипнотизировала. А может, она обладала телепатическими способностями? — Том пожал плечами, словно прислушиваясь к своим ощущениям. — «Смотри, милый, — сказала она своему скучающему спутнику голосом мифической сирены, — какой интересный человек пришел к нам в гости».
«Похоже, любимая, на него не действуют твои чары», — ответил он с ласковой улыбкой.
«Надеюсь, в этом мире таких “интересных” много», — прошептала она, разглядывая меня как загадочное существо.
«Что ты будешь с ним делать?» — спросил парень и иронично усмехнулся.
Девушка подошла ко мне, а ее взгляд опять врезался в мое сознание. «Я вижу, что ты ищешь здесь свою любовь?» — спросила она.
«Отпусти Владу, — прошептал я, — у тебя ведь много рабов. Смилуйся над нами грешными, ты ведь добрая…» — опять запричитал я.
«Один человек из вашей реальности уже называл меня доброй, — ангельским голосом, четко проговаривая каждое слово, произнесла она, — но я злая».
Глаза ее почернели, словно сгустилась тьма, в них отражался ад. В этот момент я понял, что тот мир, счастливый, наполненный солнечным светом и улыбками, бликами на воде, для меня остался в прошлом. А молодой человек, меж тем развалившись в опустевшем кресле, иронично усмехнулся: «Слушай, любовь моя, может, сделаешь великое одолжение и отпустишь его?»
«Ты стал рассуждать как эти человечишки, — задумчиво произнесла красавица, но глаза ее опять посветлели. — Ладно, только ради тебя, но пусть сначала попрощается».
Парень пожал плечами и отошел к окну, усевшись на подоконник.
«Я сегодня побуду доброй, — проворковала она, — какое замечательное слово. Вдвойне приятно, что его ассоциируют со мной».
Девушка щелкнула пальцами. В зал вошла, или нет, скорее, влетела как кучка мусора, разворошенного сквозняком, Влада. Она казалась тряпичной куклой с повисшими, как плети, руками и полуопущенной головой. «Ты хочешь уйти от меня с ним?» — томно пропела сирена, буравя ее взглядом.