Марина Мельникова – Энигма (страница 25)

— Папа, — закричал он, вытирая глаза рукавом куртки.

Фредо попытался пошевелиться, но со стоном потерял сознание. Вдруг монстра профессионально протаранил неожиданно появившийся массивный аэромобиль неизвестной модели с заостренным носом, очевидно, бронированным. Гримаса удивления застыла на кошмарном лице стража, а глаза с вертикальными зрачками загорелись злобой. От неожиданности она разжала лапу, и Кевин, изрядно покалеченный, но живой, рухнул в воду. Времени разбираться кто жив, а кто мертв, не было. Одна мысль пульсировала в голове Жана: «Ее надо оттолкнуть к порталу, другой возможности не будет!» Он знал, что убить стража невозможно, но можно попробовать вернуть его в Зазеркалье.

Жан бежал к своему «Викингу», пока чудовище было занято неизвестным спасителем, искусно маневрирующим между когтистыми лапами, клыкастой мордой и могучим хвостом-хлыстом. В затуманенном страхом мозге как озарение прошмыгнула еще одна мысль: «Она не может превращать в камень!» Эта мысль обнадежила и обрадовала. Он почти добежал, но зверская морда преградила ему дорогу. Всепоглощающий мрак ее глаз очутился возле Жана, и в них он увидел свое отражение. Раздался злобный смех, глаза ее покраснели и загорелись демоническим огнем. Боковым зрением Жан увидел, что аэромобиль, развернувшись и набрав высоту, пикирует на монстра. Такой удар будет стоить жизни его спасителю, ведь подушки безопасности изначально деактивированы, иначе в машине включилась бы программа аварийной посадки. «Значит, он заранее готовился?! Как он еще жив?»

Морда монстра приобрела жуткий, похожий на маску облик Медузы Горгоны, и она протянула к Жану лапу.

— Страж, стой! — звонкий голос девушки, возникшей в полностью открывшемся портале, заставил вздрогнуть всех находящихся на поляне, включая Энигму.

Аэромобиль пролетел мимо и завис в отдалении. Вместе с девушкой из портала бесшумной тенью вылетела огромная белая сова, нацелившись когтями в ближайший к ней глаз чудовища.

«Марта, не надо!!!» — опять вопило сознание Жана.

Кошачий прыжок, и вместо Марты возник мифический гамелион^[5], впившийся в горло Эвриалы. Ростом гамелион был значительно меньше стража, но выше лошади. Массивные контуры, перекатывающиеся под черной лоснящейся шкурой мышцы и ровное наполненное дыхание могли быть только у сверхмощного существа. От сверкающих зеленым огнем глаз, залитой кровью морды и низкого гортанного рычания исходила смертельная опасность, от которой неосознанно вставали дыбом волосы, как у животного шерсть на загривке. Все вокруг ходило ходуном, вздымалось и опадало, словно началось землетрясение. Монстр отбросил гамелиона, и сейчас они буравили друг друга глазами, готовясь к смертельной схватке. Чуть припавший брюхом к земле гамелион старался отдышаться. Убийцы, созданные для одной цели, — нападать и уничтожать. Слышалось только прерывистое хриплое дыхание и скрежетание клыков. Откуда-то из глубины леса донесся протяжный и пронзительный вой. Жан судорожно втянул носом воздух. Пахло кровью, а все внутри сжалось в крошечный комок и кричало: «Беги!». Выйдя из ступора, в который он впал при появлении Марты, Жан подбежал к своему «Викингу», запрыгнул и набрал высоту, пристегиваясь одной рукой.

Гамелион снова напал, и два бессмертных существа сошлись в битве. Их тела переплелись, а наблюдатели едва улавливали ход борьбы. Гамелион извернулся и запрыгнул на спину монстру. Загнутые назад огромные когти вцепились в тело врага, как кошки альпинистов. Он одним стремительным движением погрузил когти глубоко в плоть. Истошный рев разорвал воздух, а вода в реке кипела, как в котле, покраснев от крови дерущихся гигантов. Яркая, пульсирующая радуга, как могущественная сила, связывающая миры, простерла свои силовые линии к дерущимся. Сквозь пламенеющее покрывало тела гигантов расплывались и теряли очертания. Они опять кружили друг вокруг друга. Две пары кровавых сверкающих глаз, казалось, испепеляли пространство, а плоть земли дрожала под напором гигантской силы. Оба чудовища схлестнулись вновь. Гамелион вцепился в горло, Эвриала завопила и когтями рвала висящее на ней лоснящееся львиное тело. Кровь дождем брызнула во все стороны. Рваные раны гамелиона шипели, пузырились и пенились, словно на них ведрами лили перекись водорода.

«Монстры состоят из плоти и крови, так почему излучатель не причинил Эвриале вреда? Может, потому что они мифические? Чушь какая-то…» — анализировал Жан, зависнув слева от аэромобиля неведомого, закрытого непроницаемой тонировкой, помощника.

Схватка двух гигантов была яростной и напряженной. Несмотря на то что Эвриала потеряла часть энергии, она оставалась все еще сильным противником. Гамелион старался оттащить монстра к порталу, и это ему удавалось, хоть и с большим трудом. Мощи его мышц хватало, чтобы побеждать, но драконоподобное чудовище было слишком уж огромным. Тяжелой лапой гамелион ударил по демоническому лицу и раскроил череп. Спина монстра дернулась и изогнулась, но обломки черепа, словно в ускоренной съемке, вернулись на место. Как складываемые элементы пазла склеивались воедино глазницы, челюсть и раздробленная затылочная кость. От грохота сошедшихся в схватке тел, казалось, мир распадется на части. Тело стража было покалечено и изуродовано, а пазлы с раздробленными и откусанными частями туловища складываться уже не успевали. Из последних сил страж, пригнувшись и вытянув шею, с силой отбросил от себя гамелиона.

Черный лев растянулся на земле, не успев увернуться от смертельных челюстей. Новый чудовищный вопль потряс землю. Жан и неизвестный помощник одновременно, словно прочитав мысли друг друга, на предельной скорости летели в сторону покалеченного монстра, а четыре луча дальнего света слепили. Метания Эвриалы стали суматошней, она собиралась с силами. На полном ходу, сманеврировав, аэромобиль Жана врезался чудовищу в грудь. Незнакомец ударил следом. Но монстр дернулся, и его лобовой удар пришелся в живую мякоть у подмышки. Маневр получил блистательное продолжение — гамелион очнулся и вновь со страшным ревом набросился на жертву. Он схватил обессиленное чудовище и потащил к порталу.

Чем ближе гамелион подтаскивал Эвриалу к зияющей энергетической дыре, тем сильнее становилось ее притяжение, яростнее вспыхивала радуга, заливая все вокруг фантастическим светом. Истошный вопль разрезал пространство и время, это был последний зов Эвриалы-Энигмы. В этот момент яркие всполохи озарили ночное небо. Отовсюду, как метеоритный дождь к зияющей дыре портала, потянулись яркие огоньки с вытянутыми шлейфами небесно-голубого вещества. Красота открывшегося зрелища вызывала эйфорию и в очередной раз сомнения в реальности происходящего. Портал начал затягиваться, как кровоточащая рана. Еще были видны мистические тела, но с каждой секундой они становились все меньше и меньше, став в конце крошечной точкой. Последней в портал влетела белая сова. Дверь в параллельный мир, наконец, захлопнулась навсегда.

Глава 18

Машина Жана на программе аварийного снижения с заметным креном сползала вниз. Из-за деактивированных подушек безопасности его тело принимало сильнейшие удары, и только благодаря мощному бронированному «Викингу» он остался жив. В это время над поляной зависли четыре бесшумные стрекозы — десантно-транспортные аэромобили. Из одного выпрыгнули стройная девушка в военной форме и Громов с профессором. Из других на поляну повалил медперсонал и военные.

— Ты как, Иван, жив? — спросил Громов, пытаясь отстегнуть ремни безопасности и помочь Жану выбраться из машины.

— Жив, только что-то сломано… не пойму… боли еще нет, но я знаю — это ненадолго, адреналин заглушает боль. Главное, голова цела вроде… и ноги, а остальное заживет.

— У тебя кровь, — заботливо проговорил Громов. — Сейчас тебе помогут.

Подскочившие врачи облепили Жана с четырех сторон. После недолгих манипуляций стало намного легче.

— Если бы кто-то рассказал мне то, что мы здесь наблюдали, то я сочла бы этого человека безумцем. Фантастика! — воскликнула девушка, подбегая к Жану и протягивая руку, — лейтенант Виржини Фонтен.

Жан кивнул, здороваясь.

— Их удастся залатать? — обратился он к лейтенанту, показывая на раненных друзей и отходя от отца, чтобы не мешать врачам делать свое дело.

— Кевин сильно помят, но кости можно восстановить, — ответил Громов.

Его уже переложили на носилки, зафиксировав всяческими медицинскими приспособлениями и вколов изрядную дозу обезболивающего и снотворного.

— А остальные?

— Фредо жив, — ответила на этот раз лейтенант. — А вот Том… его спасти не удалось, удар о камень был слишком сильный.

Жан подошел к носилкам, где лежал Фредо. Маленький мальчик лет десяти сжимал его руку, и попытки врачей отодвинуть ребенка и оказать помощь пострадавшему заканчивались неудачей. Мальчик плакал и цеплялся за руку мертвой хваткой. Врачам явно требовалась помощь Жана.

— Дино? — спросил Жан, обнимая его за плечи.

Парень утвердительно качнул головой и поднял на мужчину удивленный взгляд.

— Откуда ты меня знаешь?

— Фредо о тебе рассказывал. А ты молодец! Только не теряйся больше, ты ему очень нужен, — Жан присел перед мальчиком на корточки и, заглянув в его заплаканные глаза, переспросил: — ты мне обещаешь?