Марина Медведева – Ведьма Долины Роз. Потерянная во времени (страница 3)

В шатре, куда их привел часовой, стояла походная кровать, сделанная из веток, перетянутых веревкой, вместо стульев на земле разложили шерстяной ковер, на котором, скрестив ноги, сидел худой люд с высушенным морщинистым лицом и густой седой бородой. Голубые глаза люда пристально разглядывали путников.

– Я буду говорить по-людски, ибо воспитывался среди людей, – голос люда, густой, мягкий, обволакивал, словно шерстяное одеяло.

– Зачем вы пожаловали в наш лагерь и привезли людскую девчонку?

Белеар выступил вперед и быстро сказал по-людски:

– Сегодня нас должны были казнить. Мы едва успели спастись бегством. Мы не задержимся в вашем лагере. Когда лошади передохнут, продолжим путь дальше, в земли Златолесья.

– Мы не можем вас отпустить. Вы видели наш лагерь и расскажете о нас врагам. Вам придется остаться с нами или умереть. Другого пути нет.

Лорелея ощутила, как ее спина под тяжелым шелком платья, намокла от пота. Гэлленов много, им не сбежать из этой ловушки.

– Мы никому не расскажем о вашем лагере, — возразил Белеар. – Но остаться не сможем. Мы должны отвезти девочку к ее родне, где она будет в безопасности. Эльфы будут ее искать, и, когда найдут, убьют.

– Зачем эльфам маленькая девчонка? – недоверчиво спросил гэллен.

Лорелея украдкой огляделась. С обеих сторон их окружили вооруженные длинными кинжалами стражи. Если попытаться сбежать, их сразу схватят.

– Мать Эолис была людской ведьмой. Она здорово насолила эльфийской знати до того, как они казнили ее на городской площади Шалрейна.

Белеар говорил по-людски чисто, но слегка растягивал слова. Интересно, заметил гэллен эльфийский выговор в его речи?

– Девчонку закрыть отдельно. Я скоро решу, как поступить с вами, а пока побудете взаперти.

– Уважаемый, пусть девочка пойдет с нами, – взмолилась Аурелия. – Она слишком мала, напугана. Я вырастила ее и заботилась о ней, как родная мать.

– Девочка – людка, в ней течет кровь ведьмы. Для нее приготовлена особая тюрьма с защитой от магии.

Один из стражей схватил Лорелею за рукав и потащил к выходу. Она дернулась, метнулась к эльфийке и крепко обняла ее.

– Мама, не бросай меня, – шептали ее губы, пока сильные руки отрывали ее от эльфийки.

– Луни! – пронзительный крик Аурелии разорвал сердце Лорелеи. Она разразилась слезами. Страж перекинул девочку через плечо. Она отбивалась изо всех сил, колотила его руками и ногами. Но тот лишь крепче прижимал ее и тащил по солнечной улице под смех и шутки полукровок.

Гэллен опустил Лорелею на землю и крепко схватил за руку. Другой рукой он дернул кусок холста, и она увидела чернеющую бездонную яму. Гэллен схватил девочку за плечи и втолкнул в яму. Падая, Лорелея больно ушиблась – на глазах выступили слезы.

Гэллен закрыл яму сплетенной из ветвей решеткой и туго закрепил веревкой. Лорелея подпрыгнула, пытаясь дотянуться до решетки и закричала:

– Выпустите меня! Не то пожалеете. Вернется моя мать – ведьма и погубит всех вас.

Сверху раздался трескучий хохот:

– Будешь орать – не получишь воду и еду. Посмотрим, сколько сил у тебя останется к утру.

Лорелея еще раз подпрыгнула и бессильно опустилась на землю. Одно хорошо – в яме было прохладно. Она развязала шнурок, стягивающий плащ, расстелила плащ на земле и уселась сверху. Странным образом из ее сердца исчез страх. Он уступил место злости и решимости сбежать и освободить родителей из плена гэлленов.

Лорелея запомнила, куда увели их лошадей. Нужно дождаться темноты, сломать решетку и отыскать родителей. Девочка не знала, сколько просидела в яме, когда, наконец, раздался шорох, решетка сдвинулась с места, показалась смуглая рука, держащая веревку. На веревке болтался кожаный бурдюк. Лорелея подскочила, протянула руки и схватила бурдюк. Принюхалась: легкий запах кожи и фиников. Поднесла к губам, наклонила. В рот потекла вода. Чуть теплая и кисловатая. Лорелея жадно глотала воду, пока не напилась. Едва отстранила ото рта, веревка дернулась, и бурдюк затянули наверх. Но решетка не закрылась. Лорелея во все глаза смотрела вверх, но видела лишь край решетки да синее, безоблачное небо. Снова появилась веревка. На сей раз к ее концу был привязан холщовый сверток. Лорелея схватила сверток, развернула – на землю упала краюха хлеба и несколько фиников. Веревку тут же подняли, а люк захлопнули. Лорелея опустилась на колени, подняла хлеб и начала есть. Хлеб был несвежий, чуть подсохший, но ей он показался вкуснее самых изысканных яств, которыми клан Яновира потчевал званых гостей. Она съела половину хлеба, подобрала и разжевала финики. Остаток хлеба завернула и убрала в карман платья. Если придется бежать – хлеб им понадобится.

После еды она легла на землю и уставилась на кусочки голубого неба, просвечивающие сквозь прутья решетки. Жаль, что она не прихватила с собой нож. Могла бы сейчас разрезать решетку и выбраться. Яма была не слишком глубокой, и Лорелея решила, если широко расставить руки и ноги, можно добраться до верха.

Время в яме ползло медленной змеей. Лорелее казалось, что прошла вечность, когда, наконец, небо окрасилось в пурпурный цвет, а немного погодя, потемнело, рассыпавшись искрами звезд. Она решила: пора. Завязала шнурок плаща вокруг шеи, глубоко вздохнула и поползла, широко расставив руки и ноги. Одна рука, другая, правая нога, левая, по очереди, медленно. Пару раз она срывалась и начинала заново, пока не наловчилась передвигаться, опираясь на сухие стены песчаной ямы. Когда добралась до решетки, ее шея и волосы взмокли от пота. Лорелея осмотрела решетку, связанную из веток, и увидела на краю узел. Решетку привязали к торчащему из земли колышку. Она подтянулась, одной рукой повисла на решетке, а другой попыталась достать до узелка.

По лицу бежали ручейки пота, влажные пальцы скользили, в горле опять пересохло, а шелковый плащ оттягивал шею. Пару раз Лорелея чуть не отпустила руки. Удержал страх. Ей казалось, упадет — и больше не найдет в себе сил взобраться по стенам. Веревка была сплетена из сухой травы. Жесткая и крепкая. Тонкие пальцы дергали, трепали узел, пока, наконец, он не ослаб. Она глубоко вздохнула и быстро развязала веревку. И остановилась. Одной рукой она держится за решетку. Чтобы отодвинуть ее, нужно убрать руку. Но тогда она упадет в яму. Лорелея ненадолго замерла и прислушалась. В отдалении слышались голоса, шорохи, неясные звуки. Она вспомнила маму Аурелию. Какой у нее был испуганный и жалкий вид перед вождем гэлленов. В голову Лорелеи ударил гнев. Она оперлась ногами о стены ямы, поднатужилась и с силой толкнула решетку. Путь был свободен. Лорелея зацепилась руками за край ямы и, кряхтя, выползла наружу.

Вокруг было темно. Лишь редкие огни факелов, торчащих из железных корзин, разгоняли тьму. В свете огня шатры гэлленов казались огромными кораблями, качающимися на песчаных волнах. Лорелея резко встала и побежала к ближайшему шатру. Юркнула в его тень и прислушалась. В шатре говорили по-эльфийски и по-людски:

– Морнос дэлен ланес. Убьем их на рассвете. Их подослали из Шалрейна, чтобы узнать наши слабые места и захватить нас.

У Лорелеи громко застучало сердце, перехватило дыхание. Ее родителей хотят убить, возможно, и ее тоже. Зачем только Белеар решил ехать через поселение гэлленов? Как отыскать двух эльфов, если она даже не знает, в котором из шатров их прячут? Послышался шорох, полог шатра приподнялся, оттуда вышли две мужские фигуры и направились к другому шатру. Лорелея змейкой юркнула внутрь и огляделась. Здесь убранство богаче, не то, что в шатре, куда их приводили днем.

Плетеная кровать, накрытая толстым шерстяным одеялом, ажурный бронзовый столик, на нем чуть оплывшая свеча, несколько свитков, гусиное перо и чернильница. Рядом табурет из тюльпанового дерева. К табурету прислонен меч в ножнах. Эолис потрогала рукоять: сапфиры и алмазы. Да она попала в шатер к знатному эльфу! На столе красовалось серебряное блюдо с финиками и кувшин. Эолис подбежала, схватила кувшин и отпила несколько глотков. Фу! В кувшине была не вода, а терпкое эльфийское вино. Ее голову слегка закружило. Она выпрямилась, схватилась рукой за край стола, чтобы не упасть. И тут увидела рядом с блюдом кинжал с узорчатой рукояткой. Эолис быстро схватила кинжал, сунула в карман платья несколько фиников и выбралась из шатра. Она решила, что обойдет все шатры один за другим, найдет родителей и освободит их.

Глава 3

Лорелея медленно кралась от шатра к шатру, прислушивалась, стараясь за толстым полотнищем расслышать голоса Аурелии и Белеара. Но слышала лишь ворчание, гомон, детские крики. Все было незнакомо. Пахло чесноком, жареным мясом. Готовились ужинать. Лорелея была напряжена, как тетива эльфийского лука, дотронься – порвется, разлетится на мелкие кусочки по чернеющим пескам.

Где-то позади заржала лошадь и Лорелея вздрогнула. Послышались голоса:

– Смена караула! Вернер, иди ужинать, я сменю тебя.

– Корлин после ужина навестит пленных.

– Слишком уж он церемонится с эльфами. Никакие они не полукровки. Ты видел уши эльфийки, а ее глаза? Чистая и древняя кровь.

– Зачем они покинули Шалрейн да еще с девчонкой? Может, говорят правду?

– Эльфы всегда врут. Ни один эльф не скажет правды, разве, чтобы получить выгоду. Весь их Шалрейн с вычурными башнями и нищими хижинами бедняков – сплошное вранье и лицемерие.