Марина Медведева – Рыжая дама с котом и чемоданом (страница 1)
Марина Медведева
Рыжая дама с котом и чемоданом
Глава 1
До чего омерзительно, когда тебя называют ягодкой! Особенно в сорок пять.
Марианна Шторм скептически разглядывала себя в старинное зеркало и хмурилась. В голове роились дурные мысли: сжечь паспорт, удрать в несусветную глушь, продать квартиру и пуститься во все тяжкие. Сколько там осталось? Живем только раз.
- Ягодка моя!
За спиной нарисовался Борька – последний и актуальный муженёк. Марианна нахмурилась еще сильнее и пробурчала:
- А ты - гриб-переросток!
Борька был ростом под два метра, но из-за чрезмерной худобы и длиннющих ног походил на циркуль.
- Опять не угодил, - вздохнул Борис Добродятлов, директор музея русского искусства и по совместительству начальник Марианны. – Цветы, комплименты – ни один подарок тебя не радует.
Борька патетически заломил руки, в его взгляде, устремленном в зеркало, отразилось страдание. «Актер!» - скривилась Марианна. И попыталась встать на цыпочки. Рядом с Борькой она вечно казалась полуросликом. Будто одну солидную женщину разрезали пополам и слепили двух маленьких. Чтоб ему! Вечно настроение испортит.
- Сегодня Вешковцевы придут. И Стибрины обещали, - страдание на лице Борьки исчезло, будто по мановению волшебной палочки. Теперь он излучал сосредоточенную деловитость. – Я заказал ресторан на восемь…
Марианна отошла от зеркала и принялась собираться на работу.
- Машина барахлит. Поеду на автобусе, - гнев и обида прошли, стертые будничными проблемами, задачами. Пафос «круглой» даты утонул в привычном, повседневном. Марианну отпустило, и она уже снисходительно, с легким налетом привязанности глядела на неловкого Борьку и вспоминала, за что она его полюбила и почему вдруг в свои сорок пять оказалась в этой квартире, его квартире. Да еще на работу устроилась в его музей. Двадцать четыре часа неразлучно – испытание не для слабых.
И все же слабой Марианна никогда себя не считала. Скорее наоборот. Тетка Лиана, которая вырастила ее из-за вечных командировок матери, всегда твердила, что Анька – железобетонная стена, которую жизненные «сюрпризы» лишь укрепляют. Марианна не спорила. В одиночку вырастила и выучила дочь Дарью. В третий раз замужем. С первым сошлись и разошлись по глупости. Второй, отец Дарьи, не выдержал ее характера – благородно слился, растаял, как сахар в чае. И, наконец, пару лет назад она познакомилась с Борисом Добродятловым. Все сразу закрутилось – завертелось. И вот она уже бросает своих и переезжает к Борьке в его слегка запущенную квартиру в старинном особняке.
Квартиру эту Борька холил, лелеял и всячески оберегал от новомодного ремонта и даже от чрезмерной уборки. И была она под завязку набита старинным хламом (по мнению Марианны) и антиквариатом (по словам Борьки).
Борька методично и дотошно объезжал все окрестные мусорки и выискивал «редкости». А потом все это тащил к себе домой, чистил, реставрировал и хвалился перед друзьями – искусствоведами каждой очередной находкой.
Марианне Борькина квартира напоминала склеп, хранилище мертвых вещей. Впрочем, вариантов у нее теперь не было. Даже решись она съехать от Добродятлова, домой не вернуться. Свою двушку она широким жестом отдала дочери и зятю. Не отбирать же обратно. Дашка, конечно, обрадуется, если блудная мать вернется. А вот зять – вряд ли.
- Что тебе подарить, душа моя? – Борькин голос ворвался в тревожные думы Марианны, спугнул их, будто стаю голубей. Вернул к повседневному. К паршивой дате с бабой-ягодкой.
Марианна снова подошла к зеркалу и шумно вздохнула. Выглядит она неплохо – для «ягодки». Рыжевато-каштановые волосы, бледное лицо, зеленые глаза. Чересчур стройная, худощавая – но это как посмотреть! Борьке и «бывшим» ее худоба нисколько не мешала. Наоборот! Марианна поправила ворот шелковой блузки и взглянула на Борьку. Тот стоял позади и умильно улыбался их общему отражению.
- Подари мне билет в неизвестность, - вдруг вырвалось у Марианны. И она еле сдержала усмешку в ответ на изумление на лице Добродятлова. Понятно. Будет очередная «старинная» брошь или другой «антиквариат». Линия ее судьбы вновь ощущалась омерзительно прямой и ровной. Никаких сюрпризов.
Марианна подхватила сумку и отправилась на работу в Борькин музей.
Музей русского искусства Высокограда уютно примостился на тихой улочке среди обшарпанных домов, разбитых тротуаров и редких прохожих, которые в холодный зимний день спешили быстрее оказаться в тепле. Марианна вышла на автобусной остановке и тяжко вздохнула. Грядущий рабочий день приготовил ей новое испытание – пройти сквозь строй фальшивых улыбок и ядовитых взглядов «дорогих» коллег. И улыбаться в ответ. «Борькин гарем» - называла их про себя Марианна. Ибо коллектив у ее муженька был женский и до жути скандальный.
Борис Аркадьевич Добродятлов до появления в его холостой жизни Марианны считался завидным женихом. Которого на работе холили и лелеяли три такие разные и на редкость вредные ведьмы – искусствоведы. Марианна честно пыталась подружиться с мегерами – безуспешно. Борька принадлежал им, и делиться они не собирались. В Марианне им не нравилось все: от кончика носа с горбинкой до стройных ног, от острого языка до диплома. Дипломов у Марианны было три штуки. Выбирай – не хочу. Жизнь скучная, если не пытаться ее разнообразить. Хотя-бы дипломами. А лучше мужьями.
Перво-наперво Марианна отучилась в театральном. Не в Москве, не подумайте – для этого ни таланта, ни денег не хватит. В Екатеринбурге. И даже поработать успела в театре родного Лесничанска, где из-за маленького роста и тощей комплекции играла детишек. Платили мало, о карьере и мечтать не стоило, а потом еще с режиссером связалась. Марианна до сих пор не понимала, почему тогда влюбилась в Стасичка, за какие такие грехи – достоинства? Вдобавок любовничек оказался женат, правда, с женой они давно разъехались, но та периодически посещала театр и устраивала громкие скандалы. Денег требовала. А уж когда узнала, что недавно отпущенный благоверный обзавелся молодой любовницей – вовсе с катушек слетела. От ее крика чуть стены не рухнули. Марианна, испуганная напором и железной хваткой соперницы, быстро собрала пожитки, написала заявление в кадры и сбежала – только пятки сверкнули.
Тетка Лиана, узнав про сцену в театре, хохотала до слез.
- Позарилась на чужое – и отхватила по полной, - отчитывала она смущенную племянницу. Которая прямиком от Стасичка прибежала домой – зализывать душевные раны. – Сдался тебе этот режиссер? Что в нем хорошего? Обнять и плакать.
- Ухаживал красиво, - вздыхала зареванная Марианна. – Стихи, прогулки, рестораны, цветы.
- Любовь, шампанское, хруст булки, - ухмыльнулась Лиана и привычно закурила вонючую сигарету «Прима» без фильтра. Марианна бросилась открывать форточку. Лиана выдохнула дымное облако и строго, сквозь очки, посмотрела на растерянную, но отнюдь не несчастную племянницу.
- Что театр бросила – не осуждаю. Сто раз говорила, что актерство – не твое. Слишком уж ты прямая и резкая. А в театре чтобы пробиться, нужно ластиться кошкой, иметь змеиную хитрость и холодный рассудок. Иначе заклюют.
- Не собираюсь ластиться, - буркнула Марианна. Слезы высохли, в глазах застыло упрямство.
- Вот и правильно. Устрою тебя к нам в бухгалтерию. Будешь работать и учиться на заочном. Актерство – это не профессия, Анька, театр тебя не прокормит. Человеку нужна еда и крыша над головой, а не Шекспир.
Тетка всю жизнь звала ее Анькой. В тесной двушке – распашонке на улице Коммуны они жили втроем с Лианой и матерью Вероникой. Но мать - археолог вечно моталась по раскопкам. Домой приезжала только сменить гардероб, отругать Марианну за двойки, короткую стрижку или неправильного кавалера. А после вновь растворялась на необъятных просторах страны до следующего своего «визита». Приезды матери ее сестра Лиана воспринимала скептически и с редкостным терпением. Сестры почти не разговаривали. Только Лиана курила больше обычного и была чуть ласковее к Марианне. После отъезда Вероники Лиана еще пару месяцев была мягкой, терпеливой, а потом вновь принималась строжить и воспитывать. Впрочем, Марианна ее не боялась. Тетка, при всей строгости и вспыльчивом нраве, оставалась юморной, отходчивой, и в меру заботливой. Жили они душа в душу, пока Марианна не встретила своего второго - Олежика и не выскочила за него замуж…
Марианна вошла в мраморный холл музея искусств и услышала, как за спиной гулко стукнула тяжелая дверь. Подняла глаза на лестницу и досадливо прикусила губу – так и есть. Весь состав выстроился ради встречи именинницы. Впереди Софья Куцина с букетом «кладбищенских» гвоздик, за ней остальной «гарем». Только Борьки не хватает – но он, как истинный начальник, вечно опаздывает.
- Разрешите поздравить вас, уважаемая Марианна Витальевна, со знаменательным днем – юбилеем. И вручить вам этот букет и памятный подарок…
Скрипучий голос Софьи раздражал слух. Высокая, широкоплечая Софья кисло улыбалась и протягивала Марианне букет. В излюбленном черном платье с глубоким декольте, с поникшими гвоздиками и трагической маской на румяном лице Софья походила на актрису захудалого театра.
Марианна попыталась улыбнуться – вышло криво. Из-за могучего плеча Софьи выглянула тощая, остроносая Юля Лисичкина – практикантка из универа.