Марина Ли – Хозяйка Мерцающего замка (страница 70)

Неужели это правда? Вот этот вот обычный с виду мужчина виновен в смерти сотен людей? И почему он до сих пор на свободе, если это так? Один он это сделал, или ему помогали другие «ангелы»? И почему, почему он, черт возьми, винит во всем меня? Неужели это я была тем самым драконом, чье обращение пытались спровоцировать в тоннеле Героев? Или это просто пугающее совпадение? Бывают вообще такие совпадения?

Я в ужасе следила за телодвижениями безумца и не думала ни о чем таком героическом, вроде того, как мне спастись самой и выручить из беду друзей, я тупо боялась. До икоты, до паралича… Впрочем, паралич – уж и не знаю, что там он мне вколол, – у меня и так не прошел.

– Гора трупов, разъяренный дракон, разрушения… Думаю, одним рухнувшим тоннелем тогда бы не обошлось, – бормотал Яков. – Возмущения, демонстрации, ноты протеста и, наконец, запрет драконам на посещение Земли. И это будет лишь первая ласточка, но зато какая! Одним ударом мы выведем из строя самого сильного противника, а затем займемся остальными… Перевести военные действия на землю противника, чтобы свои территории не страдали, и вырезать всех от мала до велика. А потом навеки запечатать вход, чтобы магическая зараза уже никогда не просочилась на нашу Святую Землю.

Яков метался из одного угла в другой, двигаясь какими-то рывками, и вообще выглядел не вполне здорово… Он и не был здоровым человеком в полном смысле этого слова. И чем больше я прислушивалась к тому, о чем он говорил, тем отчетливее понимала, что и человеком-то его назвать можно было только с очень большой натяжкой. Монстром, бесчувственным уродом, вот кем он был, настоящим, не вымышленным демоном, которого нужно было запереть в самое пекло ада, чтобы черти его там вечно жарили на сковородке.

– О! Я еще покажу, на что способен Яков Ведель! – Он то неразборчиво бормотал, то переходил на высокопарный тон, смеялся, плевался… У меня от всего этого мурашки по спине бегали. Ну или, допускаю, то, что мне вкололи, потихоньку прекращало действовать и к моим конечностям возвращалась чувствительность. – Потомки расценят, кто был прав, а кто виноват, и внесут мое имя в учебники истории. Матильда!

Матильда заскулила в голос и подняла на своего жениха – надеюсь, что уже бывшего! – заплаканные глаза.

– Мне нужна кровь.

Проклятье!

Подруга побелела и вжала голову в плечи.

– Да не твоя, дура! – выругался Яков и презрительно посмотрел на «невесту», а потом перевел взгляд на меня. – В жизни бы с такой идиоткой не связался, если бы не ты, демонское отродье.

– Драконье, уж если на то пошло, – пробормотала я. Ну а что? У меня в бабушках драконицы ходят, а не демоницы… Хотя, если судить по поступкам… Нет, демоницы на такую подлость все-таки не способны, ни одна из моих знакомых так точно!

– Пасть закрой! – рявкнул безумец. – Матильда, я жду.

Отвернулся, и я потихоньку передвинула руку так, чтобы кончиками пальцев дотрагиваться до «Фантазии», которая, к счастью, все еще лежала у меня в кармане.

– Я не понимаю, что ты хочешь, – зарыдала Мотька, глянула из-под влажных ресниц на меня и, неуклюже встав на колени, переползла чуть в сторону, заслоняя меня от мерзавца своим телом. Значит, не так уж я и незаметно двигаюсь. Проклятье!

– А тебе все надо разжевать и в рот положить, да? Сама не догоняешь? Вон с этого куска мяса целая лужа натекла. Макай в нее пальцы и обводи кровью те символы, которые я сейчас стану рисовать… – Улыбнулся безумной улыбкой, а я, надеясь на удачу, дважды нажала на одну из двух кнопочек, расположенных на боку моего телефона. Надеюсь, я не промазала. Пожалуйста! Пусть это будет та, благодаря которой мой карман сто раз звонил последнему абоненту, с которым я разговаривала. Мне так нужен этот абонент. Прямо сейчас! Просто жизненно необходим! – Замешанная на крови магия рванет так, что с лица земли снесет не только этот вертеп, который вы называете отелем, отголоски взрыва прорвутся сквозь открытые арки и хорошенько встряхнут не ожидающих нападения демонов.

– Таков ваш план? – спросила я. Привлекать к себе внимание психа не хотелось, у меня и без того лицо, наверное, на отбивную похоже… Но как иначе дать знать Тимуру о том, где я и что происходит? – Не самый умный, как на мой взгляд. Знаете, какие здесь стены? Да они без труда выдерживают драку между вампиром и драконом. Что им какой-то взрыв? Вы убьете нас и, скорее всего, погибнете сами. Таким вас и запомнят потомки. Человеком, который был настолько глуп, что попытался взорвать Зал Отражений.

– Заткнись, сука, – тут же огрызнулся Яков. – Во-первых, твоего мнения никто не спрашивает… Матильда, шевели поршнями! Или ты думаешь, я до утра ждать буду? А во-вторых, не держи меня за дурака. Я оставил жучка в твоей спальне и прекрасно слышал ваш разговор с вампиром. Что он там говорил про твою волшебную кровь? Что она стократ увеличивает силы? Думаю, она станет отличным катализатором.

Фанатик довольно рассмеялся.

– Ирония судьбы, согласись. Вампиреныш, который стараниями «ангелов» был обречен на смерть, выжил благодаря твоей крови. И именно эта кровь убьет его отца… Прелестно, прелестно… Так или иначе, но вампирский трон будет настроен против Земли. Если сегодня здесь погибнет герцог, брат короля… Мммм… Вампиры точно объявят нам войну, и мир узнает, что на самом деле представляют из себя эти твари!

У меня все оборвалось внутри. «Инквизиция» решила, что много чести доставать своими воплями одну лишь местную общественность и переключила свое внимание на соседние миры? А в службе контроля об этом знают?

Потом об этом подумаю и сообщу в компетентные органы. Главная задача на данный момент – выжить и не позволить этому больному уроду взорвать замок. Вот только как это сделать?

– Только сумасшедшему психу могла прийти в голову столь безумная идея, – произнесла я. – Да и тварями я бы называла не вампиров, а тех уродов, которые без сожаления убивают сотни невинных людей. Таких, как ты!

Мне хотелось отвлечь Якова. Пусть он лучше злится и орет на меня. Пусть лучше меня ударит, а не рисует магические узоры. Потому что, уверяя, что Зал Отражений выдержит взрыв любой силы, я, мягко говоря, блефовала.

К сожалению, безумец не повелся на мою провокацию.

– Сумасшедший псих, говоришь? – Растянул губы в улыбке. – Зато везучий! Это же надо было мне именно сегодня впервые заявиться в ваш замок. Это была красочная иллюстрация. Ну, как того оборотня скрутило. Пришлось на ходу все планы менять. Но оно того стоило. А? – И, насмешливо фыркнув, продолжил свое дело… А если дождаться момента, когда он будет далеко, и попытаться сбежать? Лежала я прямо возле выхода. Если рвануть со всех ног, то даже если он меня поймает, то… то я хотя бы подниму шум… Хотя кто меня услышит? Проклятье? Ну почему Зал Отражения в подвале? Был бы он ближе к холлу…

И все же, когда Яков удалился на приличное расстояние и повернулся спиной, я тихонечко поднялась на ноги и метнулась к лестнице. Возможно, если бы не Лют, ослабивший меня своим заклинанием, и если бы не та гадость, которую мне вколол этот подлец, у меня что-то и получилось бы, а так… Он догнал меня на удивление быстро и на этот раз не ограничился парой оплеух. И мне хотелось бы сказать, что я стоически терпела и не позволила ему насладиться видом моих слез, но не стану врать. Я рыдала от страха и боли. И кричала. Очень громко, отчаянно надеясь, что наверху меня услышат и, если не спасут, то хотя бы спасутся сами.

Мотька рыдала вслух, цеплялась за ноги своего жениха и, размазывая по лицу кровавую юшку, смешанную со слезами, умоляла его опомниться. Глупая, как же она не видит, как не понимает, что докричаться до разума этого существа невозможно?..

И словно в подтверждение моих мыслей, Яков ударил мою подругу кулаком в висок, и та, замолчала, завалившись на пол.

– Фух, наконец-то тишина, – фанатик улыбнулся и заговорщицки мне подмигнул. – Достала, ей-Богу.

А потом вынул из нагрудного кармана миниатюрный шприц и приставил его к моей шее.

– Не на… – просипела я и задохнулась от оглушающей боли, потому что прислушиваться к моим желаниям, конечно же, никто не собирался. По ощущениям, кровь в моем теле превратилась в огонь, и теперь я горела изнутри.

– Больно? – с искренним любопытством в голосе поинтересовался Яков. – Не отвечай. Знаю, что больно. Чудесная штука, скажу я тебе. Разработка одного из «ангельских» химиков.

Мы называем ее «святая вода», за то, как здорово она действует на демонических выродков.

Ласково похлопал меня по щеке. По той самой, которая опухла от его ударов, а затем схватил за шиворот и потащил в центр зала.

– Вот так… Положим тебя тут, на пересечении линий… Дай-ка сюда свою ручку. Надо сделать маленький надрез. Не понимаешь, зачем? Глупышка… твоя живая кровь станет лучшим катализатором… Жаль, что я этого уже не увижу.

Я смотрела, как он достает из кармана брюк перочинный нож, не отводила глаз, когда он проводил им по моему запястью, но ничего не чувствовала, кроме страха.

Яков вскрыл вены на второй моей руке и отошел, чтобы передвинуть тела Матеуша и Матильды, что-то бормоча себе под нос… А я лежала, не чувствуя холода, исходящего от пола, и с каким-то отрешенным равнодушием смотрела, как из меня вытекает кровь и тонкими, неторопливыми струйками бежит по начертанным узорам, окрашивая их в алый.