Марина Леванова – Попаданка, которая гуляет сама по себе (страница 4)

– Выпустите меня отсюда! Выпустите!!! Я не местная. Я не Тания. Я хочу домой.

А через какое-то время она, крепко связанная по рукам, снова сидела в изоляторе для особо буйных адептов и истерически хихикала. И на этот раз, чтобы посадить её туда, местным медбратьям (как их про себя окрестила Таня) пришлось изрядно погоняться за ней. За что потом они её скрутили особенно крепко и даже поначалу хотели и кляп в рот вставить.

«Дурацкая сказка! Пип! Дебильная Академия! Пип! Да как я вообще могла раньше любить читать такое? А, ну да. Там ведь главная героиня всегда красавица, умница, немного супергёрл, и её обязательно любит ректор и ещё половина мужской половины академии, да и вообще – все любят».

Пошевелила затёкшими руками, рубаха тут же стянула тело ещё туже. Застонала от боли.

– А тут вообще, ректор – женщина. Ничего, я обязательно дознаюсь, что тут происходит! – непонятно к кому обратилась Татьяна, стараясь хоть немного расслабить стянутые мышцы. Жутко чесался кончик носа. Попыталась дотянуться им до плеча, чтобы почесать, и задохнулась от боли. – И вам тогда точно несдобровать, – едва прохрипела она. – Так и знайте!

В двери открылось маленькое круглое окошко, и оттуда вновь на неё посмотрел нереально зелёный глаз.

– Я смотрю, ты никак не успокоишься? – низкий вибрирующий голос поплыл по комнате. – Два раза за день – это слишком даже для тебя.

– Вышло ужасное недоразумение. – Татьяна заёрзала на стуле. – Какая-то катастрофическая ошибка. Вы не ту взяли. – Сорвалась на крик: – Я не та, кто вам нужен!

– Ты говоришь глупости, – голос на этот раз прозвучал грустно. – И мне очень жаль, что ты всё никак не можешь принять действительность такой, какая она есть.

Дверца закрылась.

– Нет! Подожди! Вернись. – По щекам потекли слёзы. – Вы ведь не дали мне выбора.

Но ответом ей была тишина.

– Я хочу в другую сказку!

Глава 3. Ночной разговор

Татьяна бежала по лесу, жадно втягивая запахи, витавшие в ночном влажном воздухе. Вот слева сорвалась испуганная лань; с ветки вспорхнула сова, вышедшая на охоту; а впереди с визгом в рассыпную бросились лесные кабаны. О, как она была счастлива! Ветер в лицо, огромная луна над головой и бесконечное чувство свободы. Хотелось закричать от счастья. Она открыла рот… и услышала:

– Ка-а-ар!

Над головой по-прежнему были звёзды и луна, и её всё так же со всех сторон обдувал ночной ветер, вот только она сидела на крыше замка, а рядом чёрная ворона рассматривала её любопытным взглядом.

– Ёперный театр! Дооралась. Допросилась. – Почему-то первой мыслью было, что сбылось её желание очутиться в другой сказке. Но внимательно осмотревшись, поняла: её по-прежнему окружали всё те же здания, вот только сейчас она на них смотрела не снизу вверх, а наоборот. Таня перевела взгляд на ворону, в ужасе всхлипнула: – Как же я умудрилась сюда забраться? Может, всё ещё сплю?

– Ка-а-ар! – радостно возвестила птица о том, что это вовсе никакой не сон, а на соседней крыше в ответ ей призывно взвыли загулявшие коты.

– Я же боюсь высоты, – жалобно хлюпая носом, произнесла Таня. – Да как же это? – Разовернулась, легла на живот, развела руки и ноги в стороны и осторожно поползла вниз. – Да что же это такое делается? То одно, то другое, теперь ещё и это. – Сорвалась. Покатилась по глиняной черепице, изо всех сил пытаясь за что-нибудь зацепиться, чтобы остановить неминуемое падение. – Не-е-ет! Я не хочу так умирать!

В самый последний момент ей удалось ухватиться за край крыши, точнее, за украшение в виде какого-то зверька. Посмотрела вниз, болтая ногами в воздухе. В ужасе пискнула и попыталась взобраться обратно. Но всё было тщетно. «Может, попробовать позвать на помощь?» И вдруг увидела в нескольких метрах ниже себя открытое окно. «Нужно постараться попасть в него». Принялась раскачиваться на руках. В подходящий момент, как ей показалась, разжала пальцы… и камнем полетела вниз.

Она рухнула на крону огромного многолетнего дерева. Первый удар был такой силы, что выбил весь воздух из лёгких, а вот последующие сопровождались глухими стонами. Когда она приземлилась, первой мыслью было, что в фэнтези, оказывается, всё по-настоящему, и запросто можно погибнуть. Лёжа на траве, перевернулась на спину и тщательно ощупала себя. Лицо посекло ветками, на голове шишка, и жутко болело в области рёбер, да так, что больно было дышать.

«Фух. Кажется, на этот раз обошлось». – Поднялась с земли, растирая ушибленные места, и, прихрамывая, побрела, куда глаза глядят.

– Стоять! – скомандовал голос из темноты. Татьяна как вкопанная замерла на месте, медленно поднимая руки вверх. «Поди пойми, как правильно нужно себя вести в таких ситуациях, когда находишься в магических академиях. Пусть уж видят, что я не представляю никакой опасности». – Не двигаться!

Из кустов вышли три фигуры, с ног до головы закутанные в чёрные плащи, и двинулись к ней.

– Руки опусти! – рявкнул один из них, жестом подавая какой-то знак. Двое других разошлись в стороны, осторожно обходя её с боков. – Назови своё имя.

– Тания, – не задумываясь, выпалила она, усиленно вспоминая свою новую чудную фамилию. В голове крутилось: «чур меня», «чарующий аромат кофе» и даже «ваучер». – Тания Урчур.

– Нет такой ученицы в академии, – строго произнёс тот, который стоял ближе всех. Двое других напряжённо замерли на месте, ожидая дальнейших распоряжений. – Я произнёс специальное заклинание, твоё имя должно было высветиться в воздухе, если конечно, – в его руках что-то странно засветилось, – ты числишься в этих стенах. Последний раз спрашиваю: как твоё имя?

– Я здешняя, честное слово! – Таня в ужасе взирала на тёмные фигуры, которые про себя прозвала ночным дозором. – Я просто забыла свою фамилию.

Тот, что стоял справа, подошёл ближе, наклонился к ней… и потянул носом воздух.

– Вот ты сейчас чего такое сделал? – У Тани глаза на лоб полезли. – Ты что, меня только что обнюхал?

– Я её знаю, это Тания Чауррь, – проигнорировал её вопрос дозорный. Зато как только он произнёс её имя, какие-то закорючки высветились прямо возле лица Тани.

– Да-да, это я, – радостно закричала Татьяна, забыв напрочь о странном поведении одной из тёмных фигур.

– Ну, хорошо! Кто ты такая, мы выяснили, остаётся ещё один вопрос, – не унимался тот, что был среди них самым строгим и, наверное, старшим. – Тания Чауррь, что ты делаешь здесь?

– Что-что, – она зябко повела плечами, разглядывая едва освещённый сад, больше похожий в лунном свете на дремучий лес, в котором расположились бесконечные корпуса академии. Это она очень хорошо рассмотрела, пока сидела на крыше. «И правда, что я тут делаю?» Посмотрела на патрульных и уверенно произнесла: – Гуляю я тут.

– На дереве? – поинтересовался третий, до сей поры молчавший.

– Так получилось, – Таня постаралась придать своему голосу виноватые нотки, даже получилось удручающе вздохнуть. – А можно я уже пойду? – она демонстративно потёрла босой стопой свою ногу.

– Иди, но мы вынуждены будем сообщить о нарушении режима.

– А может, не нужно? – с надеждой в голосе спросила Таня, рассудив про себя: «Мало ли чем это может грозить в этих стенах».

– Нужно, – дружно ответили патрульные, расступаясь перед ней. – Возвращайся к себе.

Таня послушно пошла к тёмным фигурам, поравнявшись с ними, чуть замедлила шаг, с интересом заглядывая в темноту капюшона одного из дозорных. Разочарованно скривила губы: «Эх, ничего не видно». Прошла мимо.

За спиной раздался странный сдавленный звук: не то приглушённый смех, не то удивлённый возглас. Таня обернулась и подозрительно посмотрела на патрульных.

– Что?

– А-а-а, м-м-м… – самый молчаливый из них махал руками, пытаясь то ли что-то показать, то ли сказать таким странным образом, но вдруг замолчал, получив с обеих сторон по ощутимому тычку.

– Нет, ничего, – ответил старший патрульный таким тоном, словно испытывал за что-то неловкость.

– Тогда я пошла. – Она отвернулась и, прихрамывая, поковыляла в сторону корпуса, где жила Дранкива. Ей срочно нужно было с ней поговорить.

Вечером, когда её выпустили из изолятора, орчанка снова пришла. Хотя Таня уже вполне могла добраться без посторонней помощи до своей комнаты, но увидеть её, подпирающую со скучающим видом стену, было приятно. Оказалось, пока Таня отбывала свой срок наказания, прошло время ужина. Дранкива молча сунула ей в руки свёрток с едой, которую она прихватила из столовой, и сказала, что зайдёт чуть позже, чтобы отвести в душ.

И вот сейчас Таня в сомнении топталась возле дверей орчанки. Протянула руку и тихо постучала, дверь распахнулась почти сразу. На пороге стояла заспанная Дранкива. Она смотрела на ночную посетительницу, и её лицо не выражало никаких эмоций. А потом брови орчанки медленно поползли вверх.

«Во! Куда сразу сон делся у человека, точнее, не у человека», – Таня усмехнулась. Нужно было срочно брать быка за рога.

– Я тут пока падала с дерева. – У Дранкивы глаза стали совсем огромными. – Точнее, упала-то я с крыши, но вот пока летела до земли от ветки к ветке, вот о чём подумала. – Таня переступила с ноги на ногу: на улице она так не чувствовала холод, как здесь, в помещении, стоя босыми ногами на каменном полу. – Слушай, а можно мне войти?

Орчанка, пребывая в глубоком изумлении, безропотно распахнула дверь настежь, пропуская девушку внутрь. Комната была довольно просторной, с высоким потолком. Три узких окна не были ничем занавешены, и лунный свет заливал помещение.