Марина Леванова – Попаданка, которая гуляет сама по себе (страница 2)
– Есть. – Таня нервно сглотнула и выдала: – Где установлены скрытые камеры? И почему именно я?
– Что-о-о? – Раблус Ен приподнялась, опираясь ладонями о столешницу.
– Я вас очень прошу, отпустите меня, а? – голос Татьяны предательски дрогнул. Она умоляюще посмотрела в глаза женщины: – Это не может быть правдой. Это невозможно. – Её взгляд пробежал по старинным фолиантам на стеллажах за спиной ректора. – Не существует магии, нет никаких академий, и я просто не могу быть одной из тех самых попаданок. И вообще, это неправильная сказка.
А через какое-то время она уже сидела в изоляторе для особо буйных адептов и истерически хихикала. А то, что это изолятор, она нисколько не сомневалась, и не потому, что ей доводилось бывать в таких помещениях, а потому, что так их описывали в прочитанных Таней книгах и просмотренных фильмах.
Два громадных жлоба за мгновение спокойненько скрутили её и выволокли из кабинета ректора. В изоляторе на неё напялили странного вида рубаху и со словами «перевёртыши нестабильны до своего полного превращения», связали ей руки длинными рукавами. Ещё и добавили: «Это для твоего же блага!»
Таня обвела взглядом обитые чем-то мягким и мерцающим стены, с интересом осмотрела рубаху: та, будто живая, пульсировала, реагируя на каждое её движение. Стоило ей предпринять попытку освободиться, как ткань тут же словно удав стискивала её тело, да так, что становилось трудно дышать. Она снова истерически засмеялась.
«Так. Что мы имеем? Я попаданка. Я в академии. Меня все ненавидят. У меня нет друзей. Меня хочет прибить орк. Нет, не так. Меня хотят прибить сразу два враждующих клана орков».
Снова смешок.
«И я перевёртыш».
И опять истерическое хихиканье.
«Вот интересно, в кого я хоть перевёртываюсь?»
Маленькое окошко на двери открылось, и чей-то нереально зелёный глаз в упор посмотрел на неё.
– Ты ведь понимаешь, что всё то, что с тобой происходит, это вполне заслужено? – голос обладателя неестественного зелёного глаза звучал певуче и как-то волшебно. Хотелось непременно приветливо улыбнуться, сказать ласковое слово, проявить радость.
– Нет, не понимаю, – вместо этого произнесла Татьяна, всё равно глупо улыбаясь. – И не говори со мной так, будто ты меня знаешь.
– Но я знаю тебя, – голос обволакивал и ласкал.
– Нет, не знаешь. Я Татьяна Орловская, а никакая-то там Тания-перевёртыш. Мне семнадцать лет. И я не из этого мира. Понятно? – А про себя подумала: «Других попаданок хоть в приличные условия помещали. Тьфу ты. О чём я вообще?»
За дверью громко смеялись. Нет. Там ржали.
– Пожалуйста, – взмолилась Татьяна. – Верните меня обратно. Я хочу в свой мир и в свою прежнюю жизнь. Да. Она была у меня не сахар. Но она была – моя!
Стало очень тихо. Зелёный глаз снова смотрел на неё.
– Поверь мне, – голос снова поплыл по помещению. – Это и есть твой мир и твоя жизнь.
Окошко захлопнулось.
– Постой! – закричала Татьяна. – Вернись!
Но ответом ей была тишина.
– Это просто какое-то сумасшествие! – На самом деле ей было до ужаса страшно. – Я не смогу. Я не умею. – В голове роилась куча романов про попаданок в другие миры, и ни в одном из них не было ничего подобного тому, что происходило сейчас с ней. – За что это всё мне? – непонятно к кому обратилась она, поднимая голову.
Маленькое окошко снова открылось.
– Успокоилась? – спросил мужчина – один из тех, что притащил её сюда.
– Да, – не моргнув глазом соврала Татьяна.
Дверь распахнулась. Мужчина прошёл внутрь и принялся развязывать удушающие рукава.
– Что на тебя нашло? – тихо поинтересовался он, стаскивая с неё рубашку.
– Дурной сон.
– Сочувствую. – Всмотрелся в её лицо и удовлетворённо кивнул: – Ну, беги, ещё успеешь на некоторые пары.
– Пары?.. – в ужасе переспросила Татьяна, оборачиваясь на выходе. – А, ну да. Академия же.
Она разглядывала длинный коридор, решая, в какую сторону пойти. Мужчина подтолкнул её, чтобы самому выйти из комнаты, и тогда она побрела направо. Татьяна плелась по коридору и тяжело вздыхала.
– Тания.
Она обернулась. За спиной стояла та самая орчанка.
– Ты идёшь не туда.
– Спасибо, что вернулась за мной, – от всей души поблагодарила Таня.
У девушки глаза стали огромными. Она открыла рот. Закрыла. Потом подозрительно прищурилась и выдала:
– А разве у меня был выбор?
«Так. Нужно срочно узнать, что я сделала ей, и почему при такой ненависти ко мне она всё равно продолжает помогать».
Орчанка развернулась и стремительным шагом направилась прочь. Татьяна бросилась следом.
«Я попаданка. Очешуеть!»
Глава 2. Академия – зло!
Татьяна снова не следила за дорогой. Всё воспринималось как сон. Но в какой-то момент её просто втолкнули в комнату, в которой она сегодня проснулась.
– Одевайся! Через час зайду за тобой. – Орчанка развернулась, чтобы уйти. – Пойдём хоть на последних парах появимся.
– Подожди! – остановила её Таня. – На каких парах? Я не готова.
– Это личное распоряжение Раблус Ен.
– Задержись, пожалуйста, ещё на минутку, – попросила Татьяна, жестом приглашая её войти в комнату. Приподняла бровь, наблюдая, как та неохотно выполнила её просьбу, закрыла дверь за орчанкой и осторожно поинтересовалась: – Тебе наверняка покажется странным мой вопрос, но не могла бы ты мне напомнить, как тебя зовут?
Орчанка отшатнулась, будто её ударили по лицу. На щеках вздулись желваки. Руки сжались в кулаки до хруста в костяшках. И видно было, что она едва сдерживается, чтобы не бросится на девушку. И такая лютая ненависть сквозила в этом тёмном нечеловеческом взгляде, что Татьяна отступила от неё на шаг.
– Меня. Зовут. Дранкива, – сквозь зубы процедила орчанка, испепеляя её взглядом.
– Ты ведь орк, – и это прозвучало не как вопрос, а как утверждение. Орчанка кивнула, всё больше мрачнея. Татьяна проигнорировала её состояние, подбирая слова для следующего вопроса: – А мы с тобой дружим?
– Нет. Мы с тобой не дружим.
Услышать такой ответ почему-то оказалось неприятно. Татьяна нервно сглотнула.
– Не пойму. Тогда объясни, почему ты мне помогаешь? Разбудила утром. – Она обвела внимательным взглядом помещение: кровать застелена, разбросанные вещи сложены аккуратной стопочкой. – Прибралась в комнате, передаёшь распоряжения для меня, каждый раз приходишь, когда нужна, и вот сейчас тоже – пообещала зайти через час. – Догадка родилась сама собой: – Понятно! Это твоя комната, да? И мы с тобой просто из-за чего-то поссорились?
– Нет, это твоя комната. – Орчанка прикусила губу. – Ты вынудила меня прислуживать тебе. – И тут же в сердцах добавила: – И я ненавижу тебя!
– Просто замечательно! – Предметы поплыли перед глазами. Татьяна на нетвёрдых ногах добрела до стула и тяжело опустилась на него. – Уходи! Я больше не нуждаюсь в твоих услугах.
– Ты прекрасно знаешь, что я не могу уйти, пока ты не вернёшь мои записи. – Дранкива вскинула голову, во взгляде её не было ни капли сочувствия, но голос дрожал от волнения, когда она спросила: – Ты отдашь их мне просто так?
– Я что, у тебя дневник спёрла? – испуганно глядя на мрачное лицо орчанки, поинтересовалась Татьяна. А про себя подумала: «Так и есть. Что ещё может быть столь ценным, как не мысли или мечтания, которые доверил тетради? И наверняка какая-то тайна. Да что же я за сволочь такая? Тьфу, блин! Она». Смело встретила полный ненависти взгляд орчанки: – Я не могу отдать его тебе… к сожалению.
Орчанка метнулась к ней, схватила за грудки, выбивая ногой из-под неё стул, и с силой встряхнула. Да так, что Тане показалось: голова сейчас слетит с плеч.
– Я бы с лёгкостью могла оторвать тебе голову, и ты об этом прекрасно знаешь. – Приблизила к ней своё лицо. – И ни одна душа бы не пожалела о твоём исчезновении, более того, даже не вспомнила бы. Но дело в том, что смертоубийство в этих стенах наказуемо. И если бы наказанием была только смерть, меня бы это не остановило, лишь бы свернуть тебе шею. Верни мне мои записи, и мы разойдёмся с тобой навсегда. И, клянусь предками, я не буду мстить тебе.
– Я не могу этого сделать. – Татьяна беспомощно подёргала ногами в воздухе. Дранкива угрожающе запыхтела. – По очень простой причине: я не знаю, где они. И вообще, это не я. Точнее, я – это не она.
– Прекрати паясничать! – прошипела орчанка, снова встряхнув девушку.
– Клянусь! – прохрипела Татьяна, вцепившись руками в лапищу Дранкивы. – Я эта… попаданка из другого мира.
Орчанка в ужасе выпустила её из рук, и Таня кулем упала ей под ноги.
– Да у тебя окончательно мозги поплыли! – Дранкива наклонилась над ней, пытаясь рассмотреть видимые признаки сумасшествия на лице девушки, сидящей на полу. – Этого и следовало ожидать: долизалась лягушек.