Марина Кравцова – Сильфида и дракон (страница 29)
— Как жаль, Мод не может плакать. — тихо произнесла девочка-цветок. — Не могу помочь. Не могу поплакать.
Зато слезы показались в голубых глазах Кирито.
— Кайми, ты можешь говорить? — спросил Дин.
— Да… — ответил сильф. — Я должен. Альмарис и Кюбико… спасите их.
Дракон вздрогнул.
— Альмарис?
С трудом, постоянно прерываясь, Кайми рассказал обо всем, что произошло с ним.
— Гардар предчувствовал что-то… грифоны такие… Не бросил, ждал на дереве. Когда… карлик потащил меня в лодку, Гардар увидел, отбил… Схватил меня, вернул сюда.
Грифон по-прежнему стоял перед Дином с виноватым видом. Принц рассеянно погладил его по голове.
— Кюбико в темнице! — взволнованно продолжил Кайми, едва удерживая стон. — Альмарис я видел связанной без сознания… Спасите их!
Тиан, сидевший у воды, порывисто вскочил. Его лицо исказилось от гнева и тревоги, черные глаза метали молнии. Обычно хладнокровный и рассудительный, юноша не совладал с собой. Темный смерч окутал его фигуру, и по всем присутствующим ударила волна, заставившая содрогнуться и замереть от страха. Дракон, блистающий чешуей в закатных лучах, прошедших сквозь туман, с силой ударил хвостом по земле и оглушительно заревел.
Линди упала в траву. Мод бросилась в защитные объятья побледневшего Ганса. Кирито тихо завыл. Дин с трудом справился со страхом, напомнив себе, что перед ним не чудище, а друг.
— Тиан, — попросил он, — вернись к нам… Ты невольно нас пугаешь. Прошу тебя…
Через несколько мгновений дракон снова стал человеком. Но не успокоился. Он ударил со всех сил кулаком по шершавому древесному стволу, в кровь разбивая руку.
— Какой же я идиот! Как я мог отпустить ее? Там, в обители… И раньше — почему не полетел за ней? Кюбико ведь говорила…
— Кюбико… — прошептал Кайми. — Что с ними теперь с обеими?
— Мы сейчас же отправимся на остров Забвения! — отрезал Дин. — И, конечно же, спасем их.
— Да! — кивнул Тиан. — Но Альмарис… это я во всем виноват. Никогда не мог защитить тех… кого люблю.
И тут юноша-дракон замер. Он произнес эти слова вслух? Признался… что любит сильфиду?
Пылкое чувство, подобно долго сдерживаемому потоку, устремилось на волю, сметая на пути все преграды. Тиан зарычал, словно все еще оставался страшным зверем. Прислонившись лбом к стволу, о который только что разбил руку, юноша прошептал:
— Прости, принцесса, что меня нет рядом, когда тебе плохо. Но скоро я приду.
— Осторожней, дракон… — проговорил Кайми, которого мягко касался язык Кирито, успокаивая боль. — Тирис еще раньше предполагала… что ты можешь прилететь за Альмарис. Настроила всех против тебя. Наши, кто умеет, будут сплетать ветра… насылать ураганы и смерчи. Альвы — стрелять в глаза из арбалетов. С несколькими сильфами ты справишься… Со всеми… не знаю. Не убивай без причины моих сородичей. Они обмануты. И себя не дай убить… спаси… сестру. И лисичку…
Тиан признательно взглянул на брата своей возлюбленной.
— Не волнуйся, Кайми. Спасибо, что предупредил. Мы что-нибудь придумаем.
Потом он выпрямился и обвел всех жестким взглядом.
— Дин, Гардар, готовы? Летим!
Линди вцепилась в принца, не желая его никуда отпускать, но тот, погладив девушку по руке, мягко высвободился из ее объятий.
— Я с вами, — сказал вдруг Кирито.
— Волк умеет летать? — удивилась Мод.
— Просто вы никогда еще не видели, как я становлюсь туманом…
Один миг — на месте серебристо-белого зыбкого зверя заклубилось туманное облачко. Из него послышался знакомый теплый голос:
— Вот и я готов.
— Полетели! — воскликнул Дин, вскочив на Гардара.
— Удачи! — сердечно пожелал Ганс, а Мод кивнула.
Тиан снова стал драконом. Но сердце, учащенно бившееся в могучем теле, оставалось сердцем юноши, только что осознавшего, как дорога ему девушка, которую он долго отвергал.
«Мы встретимся, Альмарис, — подумал он. — И я обязательно скажу, что люблю тебя…»
Вчетвером они взмыли над островом и скрылись в волшебно сияющем тумане…
Часть четвертая
Ледяной призрак. Глава 1. Остров пепельных альвов
Багряный остров… Пригревшее солнце рассеяло обильный туман, когда к землям пепельных альвов медленно причалила лодка с крылатой пленницей. Лодка необычная. Не построенная, а выращенная, словно дерево… Цельная, идеально гладкая, даже цветущая — по ее бортам пробивались веточки с крупными белыми бутонами.
Кроме связанной Альмарис в ней находились двое пепельных. Один, довольно рослый и плечистый для альва, немногословный, весь путь молча напирал на весла. Второй — ниже и изящней — сидел на скамье в вальяжной позе. С его темных пухлых губ не сходила неприятная усмешка.
Кто он такой? Альмарис услышала имя — Валерн. Тирис общалась с ним на равных, но второй альв проявлял все признаки безропотного подчинения.
Тирис. Кажется, совсем еще недавно — маленькая сильфида, нежное существо со светло-сиреневыми крылышками… Она и тогда была упрямой и независимой, любила покомандовать, но Альмарис ей не особо-то подчинялась. Даже порой вовлекала в свои проделки — например, набрать побольше еловых шишек на родном острове и устроить из них дождь над землей лунных альвов… Иногда ее брат присоединялся к проказам девчонок.
А потом у Тирис открылась странная, но прекрасная магия. Это случилось, когда юная сильфида полюбила Кайми… пылкое чувство сотворило в ней чудо. Цветы из ветра — как такое возможно? Но влюбленная девушка создавала их, и ее волшебство наполняло миром и гармонией всех, кто соприкасался с ними.
Неужели все могло измениться вот так сразу? Или всеобщее восхищение и упоение властью медленно и незаметно подтачивали гордое сердце?
Белокрылая сильфида, которую вряд ли ждало что-то хорошее, все равно думала о вероломной подруге. Потому что перед тем, как альвы захватили ее, Альмарис, произошло нечто ни на что не похожее…
Потому она успела заглянуть в глаза Тирис.
Там, на маленьком островке, куда Тирис ее привезла…
Где уже ждали их два пепельных альва…
Когда подручный Валерна как куклу перекинул пленницу из одной лодки в другую, предводительница сильфов подошла взглянуть на Альмарис — в последний раз…
И этот миг все решил.
Альмарис вспоминала сейчас, как в ее душе поднялась настоящая буря. Ей захотелось закричать: «Зачем ты это сделала⁈»
Вновь и вновь память разворачивала перед ней эту картину…
Вот черноволосая сильфида подходит к необычной лодке пепельных альвов. Вот ее синие глаза встречаются с глазами Альмарис. В них — почти что смятение. Может, она тоже спрашивает себя: «Зачем я это сделала?» Но нерешительность тут же сменяется жестокостью. Злая улыбка искажает пухлые девичьи губы, глаза наполняются пустотой. Она свой выбор сделала.
А в душе беспомощной, связанной Альмарис бушует гнев. Она смотрит на Тирис и словно вытягивает пристальным взглядом наружу все чувства, всю правду из той, что так долго была ей как сестра…
— Предательница!
Тирис вздрагивает. По ее телу проходит судорога, крылья поднимаются и опадают. Весь ее облик бледнеет и размывается. Еще миг — и красавица сильфида превращается в бесплотный призрак, собранный из осколков льда, сотканный из крупных беснующихся снежинок…
Все замерли. Блеклый отпечаток правительницы сильфов, лишившейся плоти, запаха, голоса, издал стон, напомнивший вой ночного ветра. А потом призрак взмыл над заполнявшими островок пихтами и пропал в предрассветном тумане.
Пепельные не сразу пришли в себя.
— Что это было? — угрожающе спросил Валерн.
Альмарис отвернулась. Он дал ей пощечину. Отвратительное начало. Девушка напряглась в ожидании нового удара, но его не последовало.
— Дикий народ, — пробормотал альв, усаживаясь в лодку. — Безумные крылатые, чего от них можно ожидать?
Наверное, он подумал, что так странно сработала магия самой Тирис. Но Альмарис точно знала: это ее взгляд сделал такое с бывшей подругой… Тирис не жаль. Но как же хочется научиться контролировать волшебство созерцания, пустившего в душе такие глубокие корни! Магия превращения… Сейчас в ней, пожалуй, ее единственная надежда…
Сколько прошло времени? Сильфида, кажется, даже задремала от усталости. Но вот показался берег, сплошь поросший деревьями с гладкими светлыми стволами и редкими, но очень длинными ветвями, торчащими вверх. Деревья махали ими, словно в пылу спора. Они в самом деле производили впечатление живых существ.
Лодка причалила, и слуга Валерна не особо бережно поднял девушку на руки. К Валерну подошли трое мужчин с кожей цвета пепла. Один из них подвел к нему странное существо, напоминавшее огромную собаку из обугленного дерева. Альв вскочил на это чудище и куда-то умчался. А его слуга, миновав движущиеся стволы — береговая стража, не иначе! — спокойно взгромоздился с пленницей на полено с длиннющими сучьями. И оно, вдруг приподнявшись над землей, само понесло их вглубь острова.
Перед Альмарис раскрылся изумительный город. Все дома выращены магией Ионн-Ре. Ни один не похож на другой. Большие деревья с окнами и дверьми, гигантские цветы с широкими полыми стеблями, к которым пристроены лестницы… даже жилые грибы! Как бы это порадовало любопытную сильфиду, будь она здесь не пленницей, а гостьей… Еще до Великого разлома Альмарис посещала лунных альвов. Ей никогда не доводилось видеть материковых белых или обитавших на юге солнечных, так же, как и морских, живущих в восточных водах. Но она слышала, что все они тоже выращивают себе жилища. Лунные же, тяготеющие к волшебству Хтин-Ре, свою природную растительную магию использовали только для разведения необычных цветов.