Марина Красоцкая – Обнимая вечность (страница 5)
От того, как она произнесла его имя, у него отнялся дар речи и по телу пробежала волна, но он постарался совладать с собственным желанием, чтобы не схватить её и не уподобится её университетскому дружку.
– Да, я поеду с тобой. – Ответил он, придя в себя. – Потому что не могу позволить тебе передумать. Ты моя.
Мужчина последовал за своей добычей, думая о том, что девочка, просто не представляет какое будущее ей уготовлено в его клане. Просто не может представить. И почему этот гад Сьеро так долго тянул? Ведь если она так сильно чувствует тягу к нему и его желание, то она уже давно была готова.
Глава 3. Обращение
Они спустились в чёрный холл и подошли к машине Сорелла. Дверь им открыл шофёр – молодой темнокожий мужчина, показавшийся девушке очень знакомым. По дороге она была занята тем, что старалась не думать о том, что произойдёт после шоу, но когда выходила из машины, всё-таки задала интересующий её вопрос.
– Вы случайно не Сэм Зедрик?
Мужчина сначала осторожно посмотрел на Сорелла, и, видимо получив разрешение на ответ, улыбнулся и кивнул.
– Да, мисс Лермонт. Вы наконец узнали меня.
– Как же мне не узнать тебя, если ты возил меня в школу, сколько я себя помню, а потом, когда я уехала в Европу, в университет, пропал. Это тебя Юлиан переманил от Сьеро?
– Эва, тебе не кажется, что ты немного опаздываешь? – Весьма корректно вмешался Сорелл.
Девушка бросила взгляд на маленькие часики на собственном запястье и побелела.
– Меня точно сегодня выгонят! Садись в первый ряд на любое место, если кто будет против, скажи что ты приглашённый Пьера. Он всегда оставляет для своих вип-места. – Бросила она и побежала в гримёрку, где уже толпилось около двух дюжин полуголых девушек.
И по закону подлости, первым, с кем она столкнулась на входе, был сам Пьер в костюме цвета марсала с чудовищным шейным платком в горошек. Злой как чёрт.
– Эва! – Заорал он, едва увидел её.
– Да, я знаю, Пьер. – Предупредила его следующие слова она. – Ты должен был меня уволить ещё в позапрошлый раз.
С очаровательной улыбкой на лице она проплыла мимо него. Старательно игнорируя пышущий негодованием взгляд модельера в собственную спину, она быстро принялась переодеваться в подготовленное для неё платье. Поэтому совершенно не заметила, как её подруга Линда настороженно принюхалась к её запаху, и как быстро на лице той удивление сменилось совсем другими эмоциями, которые явно пошли бы в разрез с представлениями о дружбе самой Эвы.
Юлиан Сорелл, не подозревая о страстях, кипящих за кулисами, с неизменной охраной за спиной, пошёл занимать один из многочисленных столиков в первом ряду, перед длинным, изогнутым подиумом. Тут и правда были два пустых столика, а девушка с планшетом, увидев его лишь пожала плечами и пошла рассаживать менее смелых гостей.
Перед началом объявили название «Династия» и погасили основной свет, оставив лишь изощрённо развешенные светильники, которые освещали лишь подиум. Зазвучала тихая музыка и по нему медленно поплыли девушки. Это был показ королевских платьев старинного покроя, но в современном полупрозрачном стиле. За девушками, для большего эффекта, на цепях шли полуголые, блестящие от якобы пота, рабы. На рабов, конечно, эти накаченные, ухоженные, намазанные с ног до головы ароматическим маслом парни, походили меньше всего, зато женская половина публики просто слюнки пускала, так что Юлиан ясно ощущал в воздухе терпкий аромат вожделения.
Эва вышла третьей, на ней было небесно-голубое платье с нижней лёгкой шифоновой юбкой, поверх которой был наброшен тонкий, вышитый золотом шёлк. Блестящий стразами, словно бриллиантами стоячий воротник шёл от глубокого весьма вызывающего декольте, обнажавшего не только соблазнительные окружности груди, но и восхитительную линию плеч и шеи с бархатистой кожей. До которых так хотелось дотронуться, впиться клыками, насладиться её юной, не тронутой чьими-то грязными мыслями кровью.
Белоснежные волосы были подняты и собраны в затейливую причёску, со спадающими на обнажённые скульптурные плечи локонами. Она остановилась на повороте дорожки и, приподняв подол платья, поставила одному из «рабов» на спину свою ножку в атласной туфельке на тончайшем, как иголка каблуке, впившемся в кожу молодого человека, демонстративно натянув цепь к которой тот был прикован.
Внезапно Юлиан Сорелл увидел другую женщину, такую, какой она будет через лет триста – властную, с неумолимой жаждой свободы, которую уже будет ничем не удержать. Настоящую королеву его маленького королевства, а не Линду с её мелкими интригами и придирками по мелочам к прислуге. А вокруг будут ползать поверженные этой её властью мужчины, как сейчас эти три смазливых «раба», в одних набедренных повязках с блестящими от масел телами, покорно жмутся к её ногам.
Ещё какой-то час назад, у него в доме, рассказывая о себе, она была лишь маленькой девочкой, мстившей всему миру за то, что она умна и красива, а сейчас, переодевшись в королеву, она влилась в её образ, а казалось наоборот.
«Юлиан, там опять этот фотограф, что преследует нас уже второй месяц». – Раздался в голове Сорелла голос Сэма.
«Пропусти. Пусть снимает». – Разрешил он, не сводя взгляда с подиума.
«Думаете, стоит?». – Удивился тот.
«Скоро переселение. Уже не имеет значения, Сэм. – Отмахнулся мужчина. – Ты лучше посмотри на неё. Посмотри и представь какой она будет, став одной из нас.»
«Не знаю, Юлиан. Как по мне, так все женщины после обращения становятся слишком жестокими. – Ответил Сэм, наблюдая за снующими туда-сюда моделями. – Они хуже, чем солдатня на войне – сам знаешь. А мисс Эва, мне жаль её. Она хорошая.»
«Вообще, я имел в виду её внешние данные. Она и сейчас потрясающая – кремовая кожа, тонкие черты, грациозные движения. Представляешь, что станет со всем этим хотя бы лет через десять, когда кровь полностью поглотит её?»
«Думаю, она будет совершенна. Совершенно красивая, совершенно беспощадная!»
«О, ты всегда всё извратишь. Но всё равно не могу понять, как она осталась невинна. Да я знаю, что ты слышал наш разговор. Сэм, ты вообще помнишь, когда мы в последний раз обращали девушку?»
«Лет триста назад. – Хмыкнул тот. – А вообще, не понимаю, какое это имеет значение, если ты сегодня собираешься исправить этот её недостаток?!»
«Ты должен меня понимать. Я хочу взять её до того, как она будет обращена. Это словно соблазн попробовать шоколад, пока он не залит в форму. Ибо потом, как его ни плавь, он уже таким же не будет.»
«Девочка ещё в детстве была не такой как все. Интересно что будет с ней после обращения. – Задумался Сэм, как вдруг вспомнил кое-что, увидев на подиуме ещё одно знакомое лицо. – Кстати, ты ведь был у Линды. Как она отреагировала на столь прелестную замену?»
«Как ни странно, весьма спокойно. Она даже пожелала удачи.»
«Меня бы это насторожило, Юлиан. Сам знаешь Линду. Я бы не удивился, если бы сегодня Эву переехал автобус. Знаешь, так вот совершенно случайно.»
«Частично благодаря подобным рассуждениям я и поехал сейчас сюда. Но с завтрашнего вечера, после того, как я её обращу, с этой девочкой уже ничего не случится.»
«Да уж. – Хмыкнул Сэм. – Если бы её сразу не готовили для тебя, её бы у нас точно не поделили.»
«Мне показалось или ты действительно не одобряешь того, что она будет моей?»
«Как по мне, так ты не достоин её. Даже учитывая, что она женщина, которая после обращения будет идеалом жестокости. Но всё же она невинна и хочет лишиться невинности с тобой, чтобы стать одной из нас. Это по моему мнению не правильно. Почему бы тебе не сделать её сначала вампиром, а потом с незамутнённым сознанием пусть бы выбирала сама.»
«Ты забываешься, Сэм.» – Возмутился Сорелл, глянув на своего давнего друга.
«Возможно. Но также и знаю, что если бы не твой дар, она бы вполне вероятно выбрала бы не тебя. Тем более, что она ещё не знает того факта, что как только ты дашь ей свою кровь, ты уже не сможешь её полюбить как женщину. Хотя лично я уже давно сомневаюсь в принципе в твоей способности это делать. Она станет твоей рабыней, как я, Линда и все, кто был до неё.»
«Ты всё высказал?»
«Нет. Я даже сомневаюсь, что она сможет любить тебя, когда прозреет. Ибо единственный человек, который способен на любовь к тебе, не смотря ни на что – это Линда. Она такая же беспринципная, как и ты сам. Вот. Теперь я всё сказал.»
«Я рад, что ты высказался. Завтра с утра я обращу её, но мне нужно будет уехать в Даллас. Научи её кормиться и убирать за собой. И да, к утру найди донора на первый раз.»
«Как скажешь, босс.»
Эти невидимые постороннему взгляду разговоры настолько отвлекли мужчину от происходящего на подиуме, что он не заметил, как шоу закончилось и кто-то уже целую минуту тормошит его за плечо. Запах, нежный цветочный проник в его сознание, вернув обратно.
– Юлиан. Ты что, решил заснуть, чтобы не исполнить своего обещания? – Девушка, снова в своём коротком розовом платьице, сделавшим её где-то лет на двести восемьдесят младше, с надутыми губками отвернулась от него. – Ты и так с невеликим интересом-то смотрел.
– Глупости какие. – Сорелл поднялся и протянул ей руку. – Я всего лишь был очарован вами, мисс Лермонт. А сейчас пойдём, я буду исполнять свои обещания. И первое и второе.