Марина Крамер – Алекс. Девушки любят негодяев (страница 10)

Она сорвалась из-за стола и почти бегом скрылась в большой комнате. Марго вздрогнула от удара закрывшейся двери, как от пощечины. Посидев неподвижно еще несколько минут, она взяла телефон и набрала номер, который никогда не заносила в книжку, так как помнила наизусть.

– Что тебе нужно, Марго?

– Алекс… ты был прав. У нее действительно роман, и она не говорит, с кем.

– Я прекрасно знаю, с кем. Если это все, то давай прощаться, меня ждут.

– Кто? – непроизвольно вырвалось у Марго, и она тут же прикусила язык, но было поздно.

– Это не твое дело.

Разумеется! Как всегда! В его жизни постоянно что-то меняется, что-то происходит – и только она, Марго, неизменна, и только она слышит эту фразу про «не твое дело»!

Захотелось плакать, но она удержалась, пошла к себе и легла на кровать, отвернувшись к стене. Из соседней комнаты был слышен разговор – Мэри звонила кому-то, и по тону Марго поняла, что адресатом был не Алекс – никогда Мэри не говорила с ним таким мягким, нежным голосом. Марго даже не подозревала, что подруга вообще способна на такой тон.

– …да, я тоже, – мяукала Мэри. – Конечно… ой, это просто здорово! Да, договорились. Покааа… – выдохнула она последнее слово, и почти сразу Марго услышала, как подруга направляется в ванную.

Зашумела вода, потом загудел фен – определенно Мэри куда-то собиралась. Марго размышляла, стоит ли спрашивать, или все-таки перемолчать, не усугублять ситуацию и не раздувать угли в костерке назревающей ссоры. Решив, что Мэри сама скажет, если захочет, Марго немного успокоилась.

В коридоре постукивали каблучки – значит, Мэри красит глаза перед большим зеркалом, постукивая при этом ногой по полу – эта привычка раньше удивляла Марго. Не выдержав, она все-таки встала и вышла в коридор. Мэри действительно заканчивала макияж, стояла перед зеркалом в сапогах на невысоком каблучке, в короткой юбке и тонкой трикотажной водолазке. На появившуюся из спальни Марго она даже не взглянула, бросила тюбик туши в косметичку, оглядела себя с ног до головы и взяла патрончик помады.

– Возьми другую, эта слишком вечерняя, – не вынесла Марго, и Мэри фыркнула:

– Спасибо, мадам стилист. Я учту ваши советы, – но помаду сменила.

– Ты поздно вернешься?

– Может, совсем не вернусь.

– А…

– Это не твое дело, Марго, – и Мэри, чмокнув подругу в щеку, выпорхнула за дверь, оставив в прихожей холодный аромат любимого «Кензо».

Марго не вынесла и расплакалась, сев на пол – второй раз за вечер ее щелкнули по носу, а у нее даже не хватило сил ответить. И времени не хватило…

Мэри вышла из подъезда и поморщилась – опять грязно и сыро, что за зима здесь? После сибирских морозов, после огромных сугробов, укрывавших все почти на пять месяцев, Москва удивляла ее своей нестабильной погодой и почти полным отсутствием снега.

Мэри спустилась с крыльца и медленно пошла в сторону дороги – Владимир обещал подъехать и забрать ее. Неприятное ощущение чужого взгляда, преследовавшее ее уже несколько недель, снова появилось, и Мэри резко обернулась назад, однако ничего не увидела – как, впрочем, и всегда. «Паранойя какая-то, сдурела я совсем с этим Алексом», – раздраженно подумала она и решительно вышла из двора на ярко освещенную улицу. Машина Владимира – довольно новый «Фольксваген» – уже стояла за автобусной остановкой. Мэри, стараясь не хромать, ускорила шаг, но в последний момент вдруг снова обернулась – из двора выезжал белый «форд».

– Господи, вот я дура, – пробормотала она вслух. – Это ведь из нашего дома мужик, на седьмом этаже, кажется, живет. Точно – спятила.

Айван, сидя за рулем «форда», проклинал слишком наблюдательную девицу – теперь ему придется заложить приличный круг с риском потерять из виду темно-синий «Фольксваген». Какого черта она все время вертит по сторонам головой, спрашивается?! Как будто знает, что за ней постоянно следует кто-то из них! Интересно, Джефу тоже приходится вертеться, как флюгеру, или ему везет больше?

Он на максимально возможной скорости объехал квартал и начал судорожно вглядываться в движущиеся впереди машины. Найдя «Фольксваген», Айван почувствовал облегчение – теперь все в порядке. Стараясь держаться на предельном расстоянии, он проводил Мэри и ее спутника почти до самого подъезда большого старого дома, подождал, пока в окнах на седьмом этаже загорится свет, и только после этого позвонил Джефу.

Айван убрал мобильный в карман и не заметил, как на противоположной стороне двора показался голубой «Ситроен» и припарковался так, чтобы из его окон был виден подъезд, в котором скрылись Мэри и ее спутник.

– Входи, – Владимир гостеприимно распахнул дверь квартиры, пропуская девушку вперед.

Мэри вошла и огляделась. Просторная прихожая, золотистые обои на стенах, два бра в виде канделябров по сторонам зеркала в тяжелой бронзовой раме, небольшой пуфик возле полки для обуви, рядом – высокая корзина, в которой видна рукоять зонта и свернутые в трубку журналы. В приоткрытую дверь большой комнаты виден диван – обивка золотистая, как обои, небрежно брошены несколько подушек, на стеклянном столике пепельница, ваза с мандаринами, опять журналы.

– Ну, проходи, что ты на пороге стоишь, – Владимир помог Мэри снять пальто и присел, расстегивая «молнии» на сапогах. Его рука скользнула чуть выше, погладила колено, и Мэри фыркнула:

– Ты не слишком торопишься?

Он рассмеялся:

– Не поверишь – боюсь не успеть.

– Это ты о чем?

– Боюсь, что передумаешь и сбежишь.

Мэри посмотрела ему в глаза серьезно и чуть грустно, покачала головой и сказала:

– Я практически никогда не поворачиваю назад, Володя. Если я пришла сейчас сюда, то должно произойти что-то из рук вон, чтобы я изменила решение.

Владимир улыбнулся, взял ее за руку и повел в большую комнату. Там не оказалось верхнего света – только торшер в виде цветка лилии около мягкого кресла, в которое Владимир бережно усадил Мэри.

– Побудь одна пару минут, я сварю кофе.

Он щелкнул пультом, и из колонок полилась медленная музыка. Мэри чуть сморщилась – нельзя быть таким маньяком-трудоголиком, чтобы и дома слушать румбу. Но музыка все-таки была приятной, и девушка расслабилась, откинулась на спинку и закрыла глаза. Из кухни доносился звук кофемолки, постукивание чашек, опускаемых, видимо, на поднос, потом к звукам примешался аромат готовящегося напитка. Мэри почувствовала себя совсем спокойно и уютно, почти как дома. В какой-то момент ее сморило, а когда она открыла глаза, то едва не закричала от ужаса – перед ней на корточках сидел Алекс в пальто и неизменном шарфе.

– Что… что ты… тут делаешь?! – инстинктивно подбирая под себя ноги, прошептала Мэри, и увидела злость в его глазах:

– Пытаюсь не дать тебе наделать глупостей! Идем отсюда.

Этот тон и эта «хозяйская» фраза мигом вернули Мэри в нормальное состояние.

– Н-да?! И куда же это мы пойдем, стесняюсь я поинтересоваться?!

– А ты не стесняйся, поинтересуйся, – спокойно посоветовал Алекс. – Я отвечу. Домой пойдем.

– Домой?

– А что тебя так удивило? Домой.

Он принес сапоги и пальто, бросил все на пол и демонстративно отвернулся к окну, заложив руки за спину. Мэри лихорадочно соображала, что происходит, как Алекс попал сюда, и где, в конце концов, Владимир?

– Твой приятель в кухне, с ним все в порядке. Но тянуть руки к чужому я ему отсоветовал. Одевайся, я жду.

Эти слова совершенно добили Мэри. Мало того, что Алекс ворвался в квартиру, командует тут, так еще и искренне считает, что имеет на это полное право! Похоже, Марго не преувеличила по своей давней привычке, а даже несколько приуменьшила степень его ненормальности.

– Я никуда с тобой не поеду, – решительно сказала она, вцепляясь пальцами в подлокотники кресла.

Алекс повернулся, оглядел ее с ног до головы, раскачиваясь на носках туда-сюда, потом резко рванул Мэри за руку к себе, и, как она не сопротивлялась, поднял на руки и понес из квартиры.

– Лучше не кричи, мне не хочется тебя бить, но, чувствую, придется, – процедил он в лифте, и она замолчала. Какой тяжелой может быть рука Алекса в гневе, она прекрасно помнила, получив однажды в Цюрихе полновесную оплеуху.

Уличный холод обжег Мэри, она задрожала, и Алекс крепче прижал ее к себе, шепнув на ухо:

– Потерпи, машина рядом.

Он усадил ее на заднее сиденье, снял свое пальто и бросил туда же:

– Завернись, согреешься.

– Отвали! – буркнула смирившаяся со своей участью Мэри, поняв, что сейчас проще не сопротивляться.

Они долго петляли какими-то переулками и дворами, и у Мэри, плохо знавшей город, в голове вообще все перемешалось. «Если сбегу – не выберусь», – обреченно думала она, глядя на меняющиеся за окном пейзажи. Уже совершенно стемнело, некоторые дворы полностью погрузились в темноту, и девушка поняла, что эту ночь ей придется провести черт знает где, да еще в такой компании. Блуждать по темным подворотням совершенно не хотелось, да и без сапог как-то неудобно.

– Алекс… куда ты меня везешь?

– Потерпи – узнаешь. Почти приехали.

Он, наконец, припарковался у какого-то дома, и Мэри попыталась посмотреть название улицы на табличке, однако лампочка над ней оказалась разбита. Алекс снова взял девушку на руки и усмехнулся:

– Видишь, что делается? Даже сама дойти не можешь, приходится от меня зависеть, да, Мэри?

Она промолчала.

В квартире, куда принес ее Алекс, было темно и пахло почему-то сладкими духами. Заметив, как Мэри повела носом, он усмехнулся: