Марина Комарова – Ямада будет. Книга 3. Ямада будет смеяться (страница 4)

– Как не винить? – шиплю я сквозь зубы. – Всё началось после того, как он меня поцеловал!

– Задолго до того, – возражает он. – Твоя метка – только катализатор. Хироки планировал это годами.

Возможно, он и прав. Но от этого мне не легче.

Дом Осакабэ сегодня выглядит по-другому. Обычно здесь царит атмосфера умиротворённости и древней мудрости, но сейчас воздух буквально вибрирует от напряжения. У входа стоят охранники – люди Хаято. Ито хмур и даёт какие-то распоряжения. Внутри слышны приглушённые голоса.

Нас проводят в большую комнату, которую я раньше не видела. Зал для совещаний в традиционном стиле – татами на полу, низкие столики, бумажные перегородки. Но сегодня здесь собрались существа, которые обычно предпочитают не встречаться друг с другом.

Осакабэ-химэ сидит во главе, её лицо непроницаемо, как маска. Справа от неё находятся несколько онрё, их тёмные силуэты едва различимы в полумраке. Слева ёкаи в человеческих обличьях, но я чувствую их истинную природу кожей. За отдельным столиком представители якудза во главе с человеком, которого я не знаю, но по тому, как почтительно кивает ему Хаято, понимаю: это кто-то очень важный. А ещё вижу Окадзаву. Он выглядит как обычно. Такой же сноб.

– Ямада-сан, – кивает мне Осакабэ. – Садись. Мы только начинаем.

Я сажусь рядом с Хаято, чувствуя на себе десятки взглядов. Некоторые любопытные, некоторые враждебные. Понимаю, что многие винят меня в происходящем. Хоть Хаято и сказал, что дело не во мне.

– Ситуация критическая, – начинает Осакабэ. – За последние два дня баланс между мирами нарушен полностью. Граница между реальностью живых и царством мёртвых истончилась настолько, что обычные люди видят то, что видеть не должны.

Одна из онрё, высокая женская фигура в белом, подаёт голос:

– Мы не можем контролировать наших младших братьев. Они прорываются в мир живых самовольно, напуганные тем, что происходит в нашем мире.

– А что в нём происходит? – спрашиваю я.

– Хаос, – коротко отвечает она. – Кто-то с огромной силой вторгается в наши владения, подчиняет слабых, принуждает сильных к повиновению.

Хироки. Это может быть только он.

Представитель ёкаев, мужчина средних лет с необычно острыми чертами лица, добавляет:

– Танака не ограничивается миром мёртвых. Его люди скупают землю по всему городу. Не просто недвижимость, а места силы. Древние храмы, старинные кладбища, перекрёстки, где традиционно проводились ритуалы.

– Зачем? – спрашивает Хаято.

– Создаёт сеть, – отвечает Осакабэ. – Каждое приобретённое место становится узлом этой сети. Через неё он может контролировать энергетические потоки всего города.

Грузный мужчина с седыми волосами и шрамом через всё лицо, явно кто-то из якудзы, стучит кулаком по столику:

– А наши информаторы сообщают, что половина полицейских участков уже получает спонсорскую помощь от «Танака Групп». Официально для борьбы с ростом преступности, но сами понимаете…

– Он покупает всех, – киваю я. – Власть, полицию, недвижимость…

– Не покупает, – поправляет Осакабэ. – Использует страх. Люди настолько напуганы происходящим, что готовы принять любую помощь. А Танака как раз предлагает себя в роли спасителя. – Она поворачивается ко мне. – И ключ ко всему этому – твоя связь с ним, Ямада-сан.

Все взгляды устремляются на меня. Я чувствую себя как под микроскопом.

– Что вы имеете в виду?

– Метка работает в обе стороны, – объясняет Осакабэ-химэ. – Да, он может отслеживать тебя, чувствовать твоё местоположение и эмоциональное состояние. Но и ты можешь почувствовать его планы и слабости. Связь даёт доступ к его мыслям.

– Но я ничего такого не ощущаю!

– Потому что не умеешь пользоваться связью. Но мы можем тебя научить.

Внезапно по комнате проходит ропот недовольства. Один из онрё говорит голосом, похожим на шуршание сухих листьев:

– Слишком опасно. Девчонка неопытная. Может выдать наши планы.

Екай с головой коня кивает.

– Согласен. Лучше разорвать связь. Любой ценой.

Почему звучит так, словно разорвать надо меня?

– Цена такого разрыва – смерть Ямады-сан, – спокойно замечает Осакабэ. – Вы готовы на это пойти?

Повисает тяжёлая тишина. Чувствую, как некоторые из присутствующих обдумывают этот вариант вполне серьёзно.

– Нет, – резко встаю. – Хватит!

Все поворачиваются в мою сторону.

– Я не буду ничьей приманкой! И не позволю вам использовать меня как подопытную крысу! – Голос срывается, но я продолжаю: – Мне надоело быть пешкой в ваших играх! Сначала Хироки метит как скотину, теперь вы хотите превратить меня в шпионку!

– Ямада… – пытается успокоить меня Хаято, но я не даю ему договорить.

– Нет! – отрезаю. – Найдите другой способ. Без меня.

– Другого способа нет, – холодно говорит Осакабэ. – Ты – единственная связь с ним. Уникальный способ проникнуть в его планы.

– А если я откажусь?

– Тогда через неделю город превратится в филиал ада, – отвечает она без эмоций. – А через месяц Хироки получит доступ к твоему миру и начнёт поглощать его тоже.

Я опускаюсь обратно на татами, чувствуя, как мерзко подрагивают ноги. Выбора действительно нет.

– Даже если соглашусь, – говорю тихо, – я не знаю, как пользоваться этой связью.

– Мы тебя научим, – обещает Осакабэ-химэ.

– А если что-то пойдёт не так? Если он почувствует, что я пытаюсь шпионить за ним?

– Тогда ты умрёшь, – честно отвечает она. – Но если мы ничего не предпримем, то умрём все.

Закрываю глаза, пытаясь собраться с мыслями. Да уж. Перспектива просто огонь. И в этот момент чувствую знакомое потягивание. Метка начинает гореть, а в голове появляется чужой голос. «Как дела, дорогая? Надеюсь, хорошо спишь?»

Резко открываю глаза. Все смотрят на меня с тревогой.

– Что происходит? – спрашивает Хаято.

– Он здесь, – произношу одними губами. – В моей голове.

Воздух в комнате сгущается. В центре зала начинают появляться очертания знакомой фигуры. Высокий силуэт в дорогом костюме, идеально зачёсанные волосы и холодная усмешка.

Хироки материализуется не полностью – это всего лишь видение, но оно настолько реалистично, что несколько присутствующих инстинктивно отшатываются.

– Какое трогательное собрание, – говорит он, оглядывая комнату. – Онрё, ёкаи, якудза… Только кого здесь не хватает? А, да. Людей. Обычных живых людей, за которых вы якобы боретесь.

– Исчезни, – шипит змеёй Осакабэ, но Хироки только смеётся.

– Исчезнуть? Но я только пришёл навестить свою дорогую Ясуко. – Он поворачивается ко мне, и я чувствую, как метка на губах вспыхивает болью. – Как ты себя ощущаешь, милая? Не слишком ли тяжело быть центром такого внимания?

– Отвали, – совсем непочтительно огрызаюсь и встаю.

– Как грубо, – качает он головой с притворным сожалением. – А ведь мы с тобой связаны теперь. Навечно.

Хироки делает шаг в мою сторону, и я инстинктивно отступаю.

– Не подходи!

– Но почему? – Он даже не думает останавливаться. – Разве тебе не нравится наша связь? Разве не чувствуешь, как она делает тебя сильнее?

– Она делает меня… э-э-э… больной!

– Временно, – хмыкает Хироки. – Это всего лишь период адаптации. Скоро ты поймёшь, какой подарок я тебе сделал.

А можно без подарков, а?

Хаято вскакивает, пытаясь встать между нами, но его рука проходит сквозь фигуру Хироки.