Марина Кистяева – Сын маминой подруги (страница 61)
Он пытался его отвлечь, и Адам это смутно понимал.
— Нет. Завтра планировал.
— И кольцо есть? — прищурился мужик.
— Есть.
— Ну тогда поездка за мой счёт.
— Мужик, не дури, — мотнул головой Адам.
— У меня тоже жена… — таксист на секунду замолк, глядя на дорогу. — Один раз вот так… зимой. И если бы не два парня, которые не проехали мимо, остановились… не было бы у меня сейчас моей Стаськи. Поэтому без разговоров даже.
Горло как-то странно и туго свело, и Адам отвернулся к запотевшему стеклу, сжимая телефон в руке.
Потом молча полез в карман и достал визитку.
— Возьми.
Таксист взял прямоугольник, прочитал, хмыкнул.
— Серьезно? У меня сын спортсмен, поломался малость…
— Если дорога не смущает — привози.
— И привезу! — хохотнул мужик.
Место, где Дарина слетела с трассы, они увидели сразу. Его выдавало неестественное скопление машин на обочине. Впечатляющее и тревожное зрелище.
— Что за…, — начал Адам и не договорил.
— Так проезжающие тормозят, — пояснил таксист. — Вот сразу видно, что вы приезжий и северных законов не знаете.
Не знал он. Этих негласных правил дорог, где каждый водитель потенциальный спасатель. Здесь они ещё продолжали действовать. Здесь свои законы и порядки.
Таксист еще не успел как следует затормозить, как Адам уже выпрыгивал из машины на ходу.
Он сразу увидел Дарину, стоящую рядом с Владимиром. На её плечи был накинут плед. Она обернулась на шум очередной подъехавшей машины.
Он раскинул руки. Жест, не требующий дополнительной трактовки.
И она тотчас бросилась к нему.
Живая… Целая…
Вот теперь Адам всё видел собственными глазами.
Она с метр не добежала до него, поскользнулась на том самом предательском льду, что уже раз сыграл с ней злую шутку. Но на этот раз он был рядом. Он успел. Адам резко шагнул вперед и подхватил ее, прежде чем она успела упасть, прижал к себе так сильно, как мог.
— Адам, я…
Он не дал ей договорить. Перекрыл её слова своим ртом. Начал целовать. Сначала лицо. Ледяные щёки, влажные от снега скулы, закрытые веки. Целовал жадно, бессистемно, куда попадал, сметая всё на своём пути.
Потом, наконец, нашёл её губы. И тут его прорвало.
Это был не поцелуй, а пиздец, вырвавшийся наружу. Сначала просто жёсткое, почти болезненное прижатие, некая проверка на прочность, на реальность. Потом в нём проснулся голод, дикий и слепой.
Он соскучился! Вот теперь да… Он впился в её губы, в её дыхание, пытаясь вдохнуть в себя её нежность, тепло, чтобы растопить лёд, который сковал его изнутри с того самого звонка.
Адам впивался в неё так, будто хотел раздавить дистанцию, эти чёртовы километры, эту трассу, эту случайность, что едва не отняла её. В этом поцелуе была вся его немыслимая, ошалевшая от ужаса ярость на весь мир и щемящая, до дрожи в коленях, слабость от осознания, что могло бы случиться
— Больше никуда одна не поедешь, — выдавил он, с силой прижимаясь лбом к её лбу, впиваясь в неё взглядом
— Я нормально вожу, — попыталась возразить Дарина.
— Не спорю, — его дыхание обжигало её кожу. — Но не по ночам. И не на оледеневшей трассе.
Таксист вышел из машины, громко хлопнув дверью.
— Вот теперь точно вижу, что невеста, — кивнул он с одобрением.
На лице Дарины промелькнуло удивление, щёки залились румянцем. Адам чуть сильнее сжал её руку в своей.
Потом он повернулся к таксисту и крепко, по-мужски, пожал его ладонь. Дело было не в деньгах. Совсем не в них. Это было что-то гораздо большее — молчаливое братство, понимание, которое не требует слов.
— Жду твоего звонка. Обязательно позвони, — сказал Адам.
— А вот и позвоню, — мужик широко улыбнулся, и от него буквально исходила позитивная энергия. Он натянул потрёпанные перчатки. — Так, что тут у нас?
И он уверенно направился к группе людей у обочины, готовый помочь.
Адам с Дариной тоже пошли за ним.
Остановились у Владимира:
— Ты вообще как тут оказался?
Они похлопали друг другу по плечам.
— Должен же был кто-то за твоей красотой присматривать. Ты говорил прилетаешь… Я выехал тебя встречать. Смотрю, а впереди знакомая тачила.
Так. Понятно, что ничего особо не понятно. Но похер.
Машину Дарины вытащили. Дарина сразу бросилась бегать вокруг неё, благодаря всех тех, кто помог.
— Прикурить есть? — спросил Адам, стоя рядом с Вованом и тоже благодаря тех, кто откликнулся, не проехал мимо.
Володя достал сигарету.
— Ты ж не куришь.
— Закуришь тут с вами.
Машины разъехались. Они остались втроем.
— Я поеду первым, — предложил Володя.
— Давай.
Адам закинул сумку на заднее сиденье «поло» Дарины и протянул руку. Девушка вздохнула. Потом вздохнула вторично уже более театрально и протянула ключ.
Терлоев кое-как уместился.
— Что за лилипуты тут сидят, — проворчал он, настраивая под себя сиденье и руль.
Дарина ещё раз вздохнула.
— Я плед забыла кому-то вернуть.
— Баш на баш вышел.
Они тронулись.
И проехали нет ничего. Может, километр, может, меньше. Как раз попалась небольшая выемка в трассе, куда он и свернул.
Не глуша мотор, повернулся к Дарине.
Та тоже смотрела на него.